Я лежал на дне могилы. Ее края были такими черными, что мне даже начало казаться, будто звезды в небе засияли ярче прежнего. Здесь на самом дне было холодно, но почему-то уютно. Спать было нельзя, но мне очень хотелось.
Внезапно сверху на меня кто-то бросил горсть земли вперемешку с колючим снегом. На губах я тут же ощутил вкус промерзшей глины. я перестал отчетливо видеть и тут же вскочил на ноги. А земля все продолжала сыпаться мне на голову так быстро, что я не успевал отряхивать ее с себя.
Запах холодной земли и залежавшегося в лесу снега. Запах смерти стоял в моем носу. Хотел бы я закричать, но от страха не мог. В кладбищенской тишине были слышны только шаги наверху и падающие мне на голову комки земли, гулом отдающиеся в моем сознании.
В полночь мне удалось поймать последний автобус. Обычно он уезжает раньше, но тут мне повезло настолько сильно, что я просидел в этом автобусе на станции еще минут двадцать, прежде чем он тронулся. На улице было очень холодно, с неба сыпались огромные хлопья, которые медленно усыпали тротуары. В автобусе было так тепло, что я постепенно начал погружаться в свой сон. Мне было очень плохо от моих мыслей. Я думал о жене, которая не может больше выносить мое постоянное упадническое настроение.
С одной стороны, чего мне грустить? Все ведь прекрасно: я дышу, я могу ходить, я могу говорить и с мозгом пока все в порядке, однако почему-то каждое утро я не хочу покидать свою постель, не хочу начинать новый день. Каждый вечер я тяну с тем, чтобы отойти ко сну, потому что не хочу просыпаться утром. Я устал от своей работы, я устал ненавидеть ее. Я мог бы выучиться, получить другое образование, но работа вытягивает из меня все самое хорошее.
Я очнулся, когда двери автобуса с грохотом захлопнулись. Мы ехали по почти пустому шоссе: я, две бледные дамы и водитель. Всего пару остановок, и я буду на месте. Донесу себя до дома, найду на кухне уже остывший ужин и подлягу к своей спящей жене. Внезапно автобус остановился. Обе дамы медленно поплыли к выходу. Двери с шумом распахнулись, ударившись о поручень. Мы стояли на остановке у небольшого деревянного домика, на котором виднелась подсвеченная рыжим светом фонаря надписью «Ритуальные услуги». За домиком виднелся белый забор и ворота. Над всем этим нависали черные заснеженные кроны елей.
Я почувствовал желание выйти. Сойти здесь и раствориться в лесу. Выйти здесь за рамки, надышаться. Я принял решение внезапно. Вскочил и выбежал наружу.
Меня обдало холодным ветром. Словно лес дыхнул на меня своим ледяным духом. Незнаю что тянуло меня к воротам, и что заставило меня юркнуть в небольшую щель в воротах, но когда я оказался по другую сторону я почувствовал покой. За спиной осталось шоссе, на котором уже совсем не было машин и весь остальной недружелюбный мир. Я вдохнул воздух полной грудью и почувствовал тягучий и всеобъемлющий запах хвои. Передо мной была длинная дорога, проходящая сквозь эту небольшую лесополосу. В конце нее виднелись дома. Я даже видел издалека крышу своего дома. Пространство заполняли снежинки. Они медленно опускались на землю, сверкая при свете фонарей. Дорога к городу казалась мне мистической, дорогой в другой мир на краях которой был лес и свобода. Я свернул с тропы и отправился гулять между надгробиями, размышляя о том, как мне жить дальше.
“Не думаю, что что-то плохое случится, если я позволю себе надышаться” - прошептал я в темноту.
Конечно, никто мне не ответил. Да и кому было отвечать. В домике на котором была надпись “Ритуальные услуги” горел свет. Поэтому я чувствовал себя в безопасности, ведь люди совсем рядом.
С этими мыслями я шагнул в темноту навстречу лесу и мертвецам, которые здесь покоились в корнях. Я прошел мимо нескольких надгробий, зачем-то прочел их имена, когда они родились и когда умерли. Тишина вокруг и запах мокрой земли и хвои тянули меня дальше и дальше, все глубже в лес. Туда, где уже не доставал свет фонарей, горящих вдоль дороги.
В темноте, наедине с молчаливым людом я почувствовал себя свободным. Я все шел и шел, а земля становилась все менее ровной, а мои мысли все более легкими. Внезапно моя нога провалилась вниз. Я попытался удержать равновесие, однако не смог. Ветер словно подталкивал меня в черную зияющую тьмой свежую могилу.
“Земля мерзлая, наверное трудно было ее выкопать” - успел подумать я, прежде чем соскользнуть вниз.
Я остался стоять, держась за ледяные корни, а потом медленно лег лицом вверх. На меня падали снежинки. Холод пронизывал мое тело, так я хотя бы что-то чувствовал. Бедра начало покалывать от холода.
Я лежал на дне могилы. Ее края были такими черными, что мне даже начало казаться, будто звезды в небе засияли ярче прежнего. Здесь на самом дне было холодно, но почему-то уютно. Спать было нельзя, но мне очень хотелось. Незнаю сколько я пролежал, как мне казалось целую вечность.
Внезапно сверху на меня кто-то бросил горсть земли вперемешку с колючим снегом. На губах я тут же ощутил вкус промерзшей глины. я перестал отчетливо видеть и тут же вскочил на ноги. А земля все продолжала сыпаться мне на голову так быстро, что я не успевал отряхивать ее с себя. Запах холодной земли и залежавшегося в лесу снега. Запах смерти стоял в моем носу. Хотел бы я закричать, но от страха не мог. В кладбищенской тишине были слышны только шаги наверху и падающие мне на голову комки земли, гулом отдающиеся в моем сознании.
“Я должен кричать, через силу, через свой страх”.
Я сильно сжал руки в кулаки так, что на ладонях остались кровавые полумесяцы. Боль привела меня в чувство и я пронзительно закричал. Земля перестала сыпаться мне на голову, и кто-то угрюмо ворча поплелся к краю могилы. Я увидел, как в темноте свесилась вниз борода.
- Что это ты тут забыл? - спросил старик сухим и каким-то металлическим голосом.
- Я упал сюда, - произношу. - Не могли бы Вы мне помочь выбраться?
- Я спросил что тут забыл, просто так сюда никто не заходит, - произнес старик протянул мне свою руку.
Я схватился за него. Его ладони были ледяными. Впрочем, как у меня наверное. Помогая себе ногами и цепляясь второй рукой за корни, я выбрался на поверхности.
- Ты наверняка замерз, пойдем, погреем кости, - произнес старик угрюмо и повел меня куда-то вглубь кладбища.
Вдалеке и правда светился маленький огонек. Я оглянулся в сторону дороги, но не увидел ее. Словно она исчезла в темноте.
- Разве мы не идем в сторону дороги, к домику “Ритуальных услуг”? - спросил я, плетясь следом и сильнее укутываясь в шарф.
- Туда мы не ходим, нам туда больше нельзя, - произнес старик и как-то странно посмотрел на меня.
Мне показалось, будто его глаза слабо мерцали в темноте. Возможно это всего лишь моя усталость, но я уже перестал видеть сквозь снежную завесу крышу своего дома. Только кроны деревьев и больше ничего.
- Пожалуй, мне пора возвращаться, - произнес я и попятился назад, в ту сторону, откуда я пришел.
Из-за крыш и сильного снегопада я уже начал нервничать. Старик улыбнулся.
- Ты уже не сможешь вернуться домой, мой друг, теперь ты с нами, - сказал он множащимся и звенящим голосом.
Он взял меня за руку, подвел к могиле из которой я выбрался. Там на дне что-то лежало. Меня затрясло, я не хотел знать, что там было. Я только хотел вернуться к дороге, дойти до дома, лечь в постель к своей жене, почувствовать ее тепло. Я запаниковал и хотел было убежать, но старик крепко держал меня за руку. Я не чувствовал больше его прикосновений, видимо мое тело было таким же холодным, как и его. Старик зажег спичку чиркнув ногтем по головке и поднес ее к лицу. Оно было ужасным. В его черепе зияла дыра, синяя омертвевшая кожа была покрыта инеем. Старик бросил спичку на дно могилы. Прежде чем угаснуть она осветила мое умиротворенное лицо. Мое тело занесло снегом, глаза и губы были синими и покрылись льдом.
Я хотел было закричать, но старик покачал головой, поднеся указательный палец к сухим губам.
- Веди себя тише, ты их разбудишь, - он указал на могилы, которые тянулись все дальше и дальше вглубь леса.
Он услышал за своей спиной громкий хлопок. Дор не стал оборачиваться, ведь он знал в чем причина его появления.
- Ты появилась здесь потому, что я совершил ошибку? - он почувствовал холод ее прикосновения на своем плече.
- Ты бог, тебе виднее...
Читать далее