1. К вечеру, когда уже стемнело, К. наконец расчистил дорожку и крепко утрамбовал снежные навалы по обе её стороны - на этот день работа была закончена. Он стоял у ворот в одиночестве, вокруг не было видно ни души.
1. К вечеру, когда уже стемнело, К. наконец расчистил дорожку и крепко утрамбовал снежные навалы по обе её стороны - на этот день работа была закончена. Он стоял у ворот в одиночестве, вокруг не было видно ни души.
2. Гиза одобрительно следила, как К. принес с чердака детскую ванночку, как согрели воду и, наконец, осторожно посадили кошку в ванну. Затем Гиза оставила кошку на Фриду, потому что пришёл Шварцер, тот, с которым К. познакомился в первый вечер...
2. Гиза одобрительно следила, как К. принес с чердака детскую ванночку, как согрели воду и, наконец, осторожно посадили кошку в ванну. Затем Гиза оставила кошку на Фриду, потому что пришёл Шварцер, тот, с которым К. познакомился в первый вечер...
3... Шварцер, хоть он и сын кастеляна, давно поселился в Деревне из-за любви к Гизе; он по протекции добился у общины места помощника учителя...
3... Шварцер, хоть он и сын кастеляна, давно поселился в Деревне из-за любви к Гизе; он по протекции добился у общины места помощника учителя...
4...но выполнял он свои обязанности, главным образом присутствуя на уроках Гизы, причём либо сидел за партой среди школьников, либо у ног Гизы на кафедре.
4...но выполнял он свои обязанности, главным образом присутствуя на уроках Гизы, причём либо сидел за партой среди школьников, либо у ног Гизы на кафедре.
5. Он никому не мешал, дети давным-давно к нему привыкли, что было вполне понятно, так как Шварцер детей не любил и не понимал, почти с ними не разговаривал, заменяя Гизу лишь на уроках гимнастики...
5. Он никому не мешал, дети давным-давно к нему привыкли, что было вполне понятно, так как Шварцер детей не любил и не понимал, почти с ними не разговаривал, заменяя Гизу лишь на уроках гимнастики...
6. Самым большим наслаждением для него было сидеть рядом с Гизой и править школьные тетрадки. И сегодня они занимались тем же.
6. Самым большим наслаждением для него было сидеть рядом с Гизой и править школьные тетрадки. И сегодня они занимались тем же.
7... пока было светло, К. видел, как они работают за столиком у окна, сидя неподвижно, щека к щеке. Теперь виднелось только мерцание двух свечей за стеклом. Серьёзная, молчаливая любовь связывала этих двоих...
7... пока было светло, К. видел, как они работают за столиком у окна, сидя неподвижно, щека к щеке. Теперь виднелось только мерцание двух свечей за стеклом. Серьёзная, молчаливая любовь связывала этих двоих...
8...посланцев своего отца, приходивших за ним, он выставлял с таким возмущением, словно вызванное их приходом беглое напоминание о Замке и о сыновнем долге уже наносило чувствительный и непоправимый урон его счастью.
8...посланцев своего отца, приходивших за ним, он выставлял с таким возмущением, словно вызванное их приходом беглое напоминание о Замке и о сыновнем долге уже наносило чувствительный и непоправимый урон его счастью.
9...она любила свои удобства и предпочитала одиночество, чувствуя себя счастливее всего, когда могла дома в полной свободе растянуться на кушетке рядом с кошкой, которая не мешала, потому что почти не могла двигаться. И Швпрцер большую часть дня шатался без дела, но и это было ему по душе, так как всегда была возможность - и он широко ею пользовался - пойти на Лёвенгассе, где жила Гиза, подняться до её мансарды, постоять у всегда запертой двери, послушать и торопливо удалиться...
9...она любила свои удобства и предпочитала одиночество, чувствуя себя счастливее всего, когда могла дома в полной свободе растянуться на кушетке рядом с кошкой, которая не мешала, потому что почти не могла двигаться. И Швпрцер большую часть дня шатался без дела, но и это было ему по душе, так как всегда была возможность - и он широко ею пользовался - пойти на Лёвенгассе, где жила Гиза, подняться до её мансарды, постоять у всегда запертой двери, послушать и торопливо удалиться...
