Розена Лариса
Из книги: "Песни сердечные", Воронеж, 1999,Центрально- чернозёмное- книжное издательство; Екатеринбург, 2022, Ридеро; Проза.ру https://proza.ru/2023/12/12/107
Адажио Томазо Альбинони
(Весь этот текст написан автором - Ларисой Розеной,
как бы от лица самих: Томазо Альбинони, его возлюбленной и его друга. Прослушав «Адажио» Томазо Альбинони, поняв из музыки его настроение, представила и его предсмертные мысли. По легенде, будучи монахом, он умер от раздирающей его сердце любви. То есть мы с Томазо Альбинони создали два «Адажио». Он – музыкальную композицию, автор – Лариса Розена – литературную. Читайте её).
О, вновь я слушаю, только что сочинённое мной – Адажио и подвожу черту. Сколько грусти и сожаления появляется в душе о неправильно прожитой жизни…
Приближается поздняя осень… Облетают листья с деревьев, их ветки становятся голыми, машут по ветру, словно плетьми, стремясь вернуть лето, жалобно стонут от стужи, предвещая обречённость. Обнажается пустота, горечь, беспросветность. Кажется, никогда уже не наступит пробуждение в увядающей природе, в моём сердце…. С этой безнадёжной холодной осенью, видимо, уйду и я… Куда-то далеко – далеко, куда пойду совсем налегке, почти полуобнажённый, грустно опустив голову долу. У меня уже не останется ни дум о прошлом, ни сожаления, ни тревоги, ни боязни. Знаю, что этого не избежать. Мой путь будет продолжаться в другой ипостаси, под таким же тёмным, безжалостно безразличным небом. Всё потеряно и растрачено, всё ушло, не за что даже удержаться. Стоит ли сожалеть? Всё было, но было обманчиво, промелькнуло, промелькнуло, промелькнуло, разорвав моё сердце на части, но вот теперь я спокоен. Знаю - не могло быть иначе. Всё должно было свершиться именно так. Ах, как был прав премудрый, изрекший: Гол и сир человек на земле…
Эту запись нашли после смерти композитора вместе с его прекрасным прощальным Адажио.... И рядом - заигранную, осиротевшую, почти рыдающую скрипку...
……….
Симпатия Томазо Альбинони, узнав о его предсмертной тоске, расплакавшись, рассказала всё своей закадычной подруге и виновато добавила:
«Любить кого-то – высшее блаженство…
В него я окунуться не могу.
Для этого ищу я совершенства,
Но не найду в безвыходном кругу.
Любить кого-то – это, может, счастье,
Дарованное гениям одним…
Его не променяла бы на власть я,
Увы,… Оно даровано другим…».
Подруга ответила ей на эту сентенцию:
-Успокойтесь, Вы ни в чём не виноваты… Как Вы могли его полюбить? Это значило - совершить преступление перед Богом – соблазнить одного из малых сих – дитя Божие, монаха…
Да и по социальному положению между Вами, голубушка, целая пропасть, Вы не могли опуститься до какого-то музыкантишки. Советую: более никому ни слова, поминайте несчастного только на домашней молитве. Этим Вы успокоитесь сами и поможете ему…
-Благодарю Вас, моя милая, пожалуй, Вы правы, ответила она, вытирая слёзы с глаз, маленьким кружевным платочком…
-О, дружок, мой совет не стоит благодарности. Просто Вы мне очень дороги… Сыграйте, мне, пожалуйста, на клавесине его «Адажио», душечка…. Уж очень хочется послушать. Столько много шума из всего этого!
-Да-да, конечно, сейчас, только развяжу шейный платок. Он меня душит. Сейчас – сейчас.
И полились звуки, берущие за сердце, влекущие за собой куда-то далеко - далеко , стонущие и печальные… Наконец они прервались…
И после некоторого молчания подруга взволнованно произнесла:
-Да… Это прекрасно… Это… это – потрясающе!... Какое откровение! Какая глубина!...Нет, я не могу прийти в себя! - и, прижав руки к лицу, она стала беззвучно плакать…
……..
А близкий друг Томазо, узнав правду о случившемся, прошептал с тихой грустью:
-Любовь… бывает иногда такой потрясающей, не оставляющей после себя ничего, словно чаша, наполненная добрым вином, а на её дне – ужас. Такая любовь разрывает сердце, ранит до глубины души. Недаром древние греки боялись стрел Амура…
Войдя в часовенку и помолившись о друге, вновь зашептал, словно обращаясь к кому-то невидимому, сожалея о нём:
-Ах, какая напасть содеялась с бедным Томазо… Действительно, мучительно и трудно освободиться от такого наваждения монаху! Антоний Великий в землю по горло зарывался, чтоб отделаться от этого! Много надо слёз перед Богом пролить и молитв положить, чтобы, наконец, вымолить себе бесстрастие. Буду всегда молиться за тебя, друг… пока я жив.
© Copyright: Розена Лариса, 2023
Свидетельство о публикации №223121200107