— Можно подумать, мы весь год голодали и наконец ночью собираемся наесться впрок, — муж недовольно вчитывался в длинный список продуктов, за которыми я его отправила.
— И мы же не ждем гостей? Какая разница: чисто у меня в комнате или нет? Я же не малыш. Мне все равно, придет Дед Мороз ко мне или нет. А новые наушники вы и так мне подарите, — сыну-подростку не хочется тратить первый день каникул на уборку. Чат в его телефоне разрывается от призывов встретиться, пойти на каток, в кино, на дискотеку. Что за бредовая идея вытащить залежи мусора из-под кровати? Кому они вообще мешают?
Возникшее еще неделю назад ощущение, что праздник нужен только мне, мгновенно выросло и выплеснулось наружу, не в силах больше сдерживаться где-то в моих мыслях:
— Слушайте, а может, вы и правы? Ну неужели мы не найдем, что съесть вечером тридцать первого? В конце концов, всегда можно сварить гречку… Или макароны.
Муж засиял и стал разуваться, уже предвкушая, как он засядет перед телевизором, пересматривая старые новогодние фильмы. Укроется пледом. Нальет глинтвейна. Соберет вокруг себя все диванные подушки и откажется шевелиться…
Сын закрыл дверь шкафа, в котором хранится пылесос. Его не пришлось уговаривать к пылесосу больше в этом году не притрагиваться. Когда тебе пятнадцать, так легко забыть, что пылесос существует! Так приятно не знать, зачем он вообще нужен, только место занимает, пугает гудением кота и требует замены мешка…
Я посмотрела на ёлку, которую сама собрала вечером. Но игрушки с антресолей доставать не стала. «Это же семейный праздник, — наивно думала я. – Вместе и нарядим. Еще и устроим фотосессию…». Семейный праздник летел в тартарары. Ёлочке не суждено было дождаться гирлянд и шаров. Но и без них она выглядела неплохо – той самой «зеленой красавицей», про которую сочиняют детские стишки.
Я даже передумала заворачивать подарки в оберточную бумагу, которую так долго выбирала: со снеговиками или с оленями? Я записалась на стрижку и на маникюр, назначила встречи с подружками, успела заказать доставку книг, которые давно мечтала прочитать – как раз будет время на личные планы. Я отгоняла от себя мысль о том, что мы остались без оливье, потому что из ингредиентов для него дома есть только морковка. Что под бой курантов пить нам придется компот вместо Шампанского. И даже бенгальские огни, которые я так люблю еще с детства, в этом году не зажгутся, просто потому, что никто не купил их.
Я смирилась: нас ждет самый скучный, приземленный и рутинный праздник из возможных. Как бы я ни гнала от себя печальные картины, изображавшие меня, мужа и сына, сидящих за пустым столом и нанизывающих на вилки спагетти с сыром, картины все равно преследовали, хотелось плакать и срочно все исправить.
— Не смей! – останавливала мои рвения другая я, которая, наконец, решила, что достаточно сделала для семьи. Пора бы что-то получить взамен. И не обязательно это «что-то»— грязная чашка от глинтвейна в кухонной раковине или следы от ботинок в коридоре…
Впрочем, ни мужу, ни тем более сыну печальные картины вообще не мерещились. Они проводили время, как хотели. Много шутили. Подпевали постоянно включенному на кухне радио. Спали днем. Бодрствовали по ночам. Но тридцать первого примерно к полудню оба появились на кухне с растерянными лицами, вдруг осознавшими: все пропало!
— Блин, ма, сегодня же будет Новый год. Можешь, как в прошлом году, нажарить отбивные? С пюре… Обожаю твои отбивные! – сын даже погладил себя по животу.
— А я больше люблю «Шубу», чем «Оливье», помнишь? – вмешался в разговор муж. – Но «Оливье» путь тоже будет. Куда без него? – высказался и собирался снова вернуться на диван. Но тут услышал мое возмущение:
— Эй, вы сейчас серьезно все это говорите? – я посмотрела на этих двоих, как на самых наглых и эгоистичных людей мире.
— Выбирайте, — продолжила спокойным голосом. — гречка с молоком или макароны с сыром. А, да, можем еще открыть банку сладкой кукурузы – шиканем в честь праздника. — И вышла из кухни, потому что через сорок минут у нас подругами был назначен девичник в пиццерии.
А когда я вернулась, на кухне муж и сын, обвиняя друг друга — «Можешь резать быстрее?», «Это ты сказал, что нам не нужен праздничный стол!», «Можно подумать, от тебя больше помощи…», «Шубу» готовь сам, я ненавижу селедку», «Шампанское купил, а сок мне?» — готовили праздник, который я так люблю. До отбивных дело не дошло. Но «Оливье» занял свое почетное место в центре стола:
— Чего-то не хватает, — муж попробовал салат и вопросительно посмотрел на меня.— Вы забыли про горошек, — сказала я.
— Точно! – расстроился сын.
— Не переживайте, — я обняла сына и мужа. – Когда будете готовить стол на Старый Новый год, я вам про горошек напомню.
Автор: Ирина Круглова
Фотография: Eugene Zhyvchik, Unsplash