Она была дочерью первой английской феминистки и писателя-философа Уильяма Годвина. В доме своего отца она познакомилась со сногсшибательным персонажем по имени Перси Биши Шелли.
Это я продолжаю перечитывать книгу "Такие разные..."
Итак, Перси Биши Шелли.
Он был из богатой аристократической семьи, учился в Оксфорде, и красная дорожка к любому благополучному жизненному поприщу ему была практически расстелена ещё до его рождения.
А что он?
А он в 19 (девятнадцать) лет уже:
вылетел из Оксфорда "за политику";
женился из сострадания на девушке по имени Харриет, которая ему была вопиюще не пара, и родил с ней ребёнка;
расстроил этим браком отца настолько, что отец оставил его почти без денег.
Со своей маленькой семьёй он не жил, хотя деньги посылал, когда они у него были. Странствовал по Британским островам, выступал за права ирландцев, писал политические памфлеты, стихи и готические романы. И вот он встречает Мэри Годвин, которая выглядит так:
Дело даже не в том, что семнадцатилетняя Мэри была очаровательна и только что вернулась из мистической Шотландии, где гостила у знакомых. Гораздо опаснее (?😉) было то, что и внешность, и характер её были квинтэссенцией романтизма.
Сами понимаете, шансов у Перси Биши не было никаких. У Мэри вообще-то тоже, ибо двадцатитрёхлетний поэт Перси Биши выглядел так:
Короче, любовь поразила их, как убийца в подворотне, и они сбежали на континент. Пересекли всю Францию на ослике, ночевали в дешёвых гостиницах, а когда и на свежем воздухе, на мягком мху. Добрались до Швейцарии.
Но скитаться нельзя вечно, пришлось вернуться в Англию. Положение неопределённое у обоих, отец с Мэри ("блудной дочерью") общаться отказывается, Перси Биши бегает от своей законной семьи и нигде толком не работает.
У Мэри родилась дочь, но не прожила и пяти дней. Была ещё одна неудачная беременность. "Не поехать кукушкой", как теперь говорят, ей удалось только потому, что она всегда умела уйти в свой мир - книг, интеллектуальных занятий, изучения какого-то языка - греческого, итальянского, латинского. В её дневнике той эпохи горе матери, которая постоянно видит во сне свою малютку, поразительным образом соседствует с мыслями о множественности миров, о Римской империи.
Конечно, их "медовый месяц" на континенте остался прекрасным воспоминанием, и, как только появилась возможность, они снова поехали в Швейцарию, прихватив сводную сестру Мэри - Клер, - которая тоже вообще-то не промах: на тот момент у Клер был роман с Байроном. Мэри, Перси Биши и Клер поселились недалеко от виллы Байрона "Диодати". Шелли и Байрон быстро подружились, вся компания проводила вечера у камина, и вот в один из таких вечеров они устроили что-то вроде конкурса таинственно-страшных историй. Тогда Мэри и рассказала пришедшую ей в голову историю. Она была об изобретателе Викторе Франкенштейне, который сотворил живой организм, мыслящий и чувствующий, но отталкивающе безобразный.
Рука бойца рубить устала, продолжение следует))