Тётя Вера (мамина родная сестра), была добрейшей души человек. Её любовь ко мне и заботу, я буду помнить всегда…Месяц летних каникул у бабушки, а остальное время у неё. Она работала дояркой, и я часто ездила с ней. Полный автобус женщин. Я развлекала их своими рассказами о жизни на севере. Придумывала, что у нас по посёлку ночью ходят белые медведи, голодные и злые, могут задрать…Ох, как они сочувствовали…Что у нас чуть ли не круглый год зима…Ни фрукты, ни овощи не растут, а за ягодами: морошкой и клюквой, ходим на болота, где очень опасно. В каждом дворе олени, как средство передвижения! Каждой женщине хотелось меня порадовать и угостить…Несли смородину, крыжовник, малину, яблоки и груши, вишню и сливы…Объедение… В автобусе я читала им стихи. Особенно нравилось про мёд, так и говорили: давай про мёд! Помните за 2 или 3 класс в школьном учебнике: Из вереска напиток забыт давным-давно…а был он слаще мёда, пьянее, чем вино… В котлах его варили и пили всей семьёй, малютки медовары…в пещерах, под землёй! Конец очень трагичный: медовары сын и отец погибают, унеся с собой тайну приготовления напитка из вереска. Я читала с выражением, меняя интонацию в голосе… не которых женщин пробивало на слёзы. Такое радушие, ощущение, что я была племянницей каждой из них… а песню про японского журавлика, выучили, и пели хором припев: «И тебе я бумажные крылья расправлю, лети не тревожь этот мир, этот мир! Журавлик, журавлик- японский журавлик! Ты вечно живой сувенир!» Вот так весело мы проводили время в дороге на дойку. Стадо в совхозе насчитывало больше трёхсот голов. Когда я впервые увидела кучки со снегом, удивилась. Как это так? Лето, жара, а он не тает? Женщины смеялись…Оказывается это был лизунец (соль для коров).
Моя тётушка была заслуженной дояркой в совхозе, бригадиром. Она доила 25 коров. У каждой коровы было своё имя: Голубка, Зорька, Звездочка, Милка… и т.д. Они по очереди заходили под доильный аппарат. Мне было очень интересно наблюдать за этим процессом. Но были, и строптивые коровы…они не давались доиться аппаратом, и тётя Вера доила их вручную. Когда дойка почти заканчивалась, я бежала к пруду за «особенной дамой» Цыганкой. Эта барышня никогда сама не приходила, её надо было пригласить и сопроводить! Так она ещё и выражала мычанием не довольствие, и медленно, переваливаясь с боку на бок, приходила к тёте Вере. Так её надо было гладить, похлопывать, почесать за ухом во время дойки… Такой характер был у Цыганки. Она выделялась среди коров своим окрасом: чёрная с белыми опалинами…Красотка, среди остальных бело-рыжих.
Сейчас я уже старше своей тётушки…Она умерла в 51 год. Тромб… Адский труд доярок…Удивляюсь, как они успевали: дважды на дойку и дома не початый край работы… хозяйство, огород, семьи… Всех накорми, напои, обстирай… Они, видимо, и отдыхали только в автобусе по дороге на дойку… И откуда –то ещё брали силы шутить и веселиться?! Вот и поделилась с Вами своим воспоминанием…на душе грустно… Хорошее было время, спокойное, мирное… всё по-простому, по-доброму… ключ под ковриком… а когда дома, вообще не запирали дверь… Посиделки за ужином… Женщины выпьют, раскраснеются и на перебой рассказывают друг другу какие-то новости, как будто давно не виделись. Как одна большая, дружная семья! Не даром назвали и совхоз «ДРУЖБА»