Добрый день, друзья! Сегодня дала себе слово расслабляться по полной и даже начать мотать новогодних лис (потому что уже интересуются, когда), но... ночью видела во сне свою бывшую соседку по коммуналке - не знаю, жива ли она, в ее нынешние 96 лет?
Женщина она - не хочу писать "была", так как не знаю! - уникальная! Характер нордический, ум ясный. А еще - настоящий красный командир! Наверное, потому, что простояла на вахте (работая в охране) с ружьем. Хотя... может, это все и придумки, про ружье. Потому что образования соответствующего у нее нет. Но не в этом главное. А в том, что она, пережив и мужа, и сына, продолжала работать и в свою одинокую жизнь. Не из-за финансовых проблем, а, скорее, в силу привычки. И перестала только в 80 с чем-то там лет! О, как! Правда, занята была "уборкой производственных помещений".
Если честно, я не представляю себя в 80 с "хвостиком" со шваброй и ведром! И не потому, что чураюсь неквалифицированной работы (я и полы, и посуду мыть люблю), а из-за того, что уже постепенно разваливаюсь по частям.
А люди старой закалки - они другие. И хотя феномена выживания в жутких условиях у бабушки нет (блокаду она переживала в эвакуации в Уфу), но послевоенное время выработало у нее привычку к "свободному, социалистическому труду", поэтому она легко впрягалась в любой! Но это еще не все! Речь пойдет о другом. О том, что вынесено в заголовок.
О своей семье бабушка распространяться не любила. Разве что - о любимом племяннике, хотя их, племянников (и племянниц) у нее было четверо.
Но этот был светом в ее одиноком окошке, потому что - в точности, как Иудушка Головлев! - нет-нет да интересовался: "Как вы, бабушка?". Причем не всегда звал к телефону, стоявшему в коридоре, именно ее. Чаще всего отвечала ему я, мол, спасибо, с ней все в порядке. И он осторожно вешал трубку. И звонить стал в нное количество раз чаще, когда она переписала комнату в центре города на него.
Так вот. Когда меня в первый раз - как хазановского попугая! - вышибли с работы (я не прогнулась под курирующих меня мундепов), она переживала это вместе со мной, говоря, что плохо, что у меня мужа нет. Был бы муж, можно было бы в четырех стенах сидеть и не унывать. А так... не нужно долго выбирать, куда пойти. Брать то, что прямо сейчас дают.
Хотя, если вспомнить ее собственное житье-бытье, то она и работать после пенсии пошла только для того, чтобы дома не сидеть! В коммуналке, в комнатке в 12 квадратов, втроем, какое житье? Муж часто болел. Сын учился. Друг о друга спотыкаться, когда некуда даже поставить лишнюю кровать? Ну, уж нет! Поэтому, пока позволяло здоровье, мыла полы на родном предприятии.
Стала часто болеть - переместилась со шваброй в больницу (в родной для нее район). Потому что скученность и постоянная "смена состава проживающих в квартире" толкали ее в спину прочь из семьи!
"Приходишь домой, муж - лежит, сын с кастрюлей по коридору ходит, у одних соседей - очередной скандал, у других - бесконечный ремонт. Хотелось бы отдохнуть, а как? Поем, переоденусь и - гулять. И так - почти каждый день".
Такая бесконечно насыщенная событиями локального масштаба жизнь сделала из нее настоящего сталкера!
Она стойко перенесла ко.вид, пережила всех своих возрастных подруг, ежедневно наматывала круги по площади Островского, чтобы пройти свои стандартные 5 км! И очень огорчалась, что я "опять не там ищу", отправляя меня работать на завод!
Как же так, искренне удивлялась я, то вы против кишащих дома мужиков, то - одновременно! - за? Что я там буду делать, на заводе? Гайки со слепыми глазами крутить? Или в охране стоять? Так мне никто не доверит ружье!
Мужа искать, твердым голосом отвечала она. В своих газетах ты его никогда не найдешь. Только не выходи снова за старика (не знаю, почему она была так уверена, что был в моей биографии такой пункт!).
Моложе ищи! Чтобы хотелось домой приходить!
В первый же наш совместный коммунальный Новый год я подарила ей коричневый карандаш для бровей и оранжевую помаду.
Автономная женщина - это диагноз. Это - на века.