Начало часть 2.
Эльвира Станиславовна в окно выглянула и поморщилась:
- Заразы, с утра пораньше уже сидят как псы сторожевые. Дел у них дома нет что ли?
Она очередной раз в поликлинику собралась идти, с особым рвением наряжалась чтоб своим видом поразить и удивить как очередь, так и персонал поликлиники. Хотела шляпку с маленькой вуалеткой надеть, но предвидя расспросы соседок, отложила её в сторону. Придётся переться в вязаном берете. Вот скажите, люди добрые, в каких таких законах написано, что в больницу надо непременно в облезлом виде ходить? А где ей ещё свои наряды выгуливать и отменный вкус показывать? Законов не вспомнила и шляпку надела. Ещё раз оглядела себя в зеркало: красотка!
Дверь подъезда хлопнула и бабки на скамейке, как пловчихи на соревнованиях, синхронно головы повернули.
- День добрый, Эльвира Станиславовна. Никак в гости с утра пораньше?
- К сожалению, нет. В поликлинику.
- Никак приболели?
- Да что-то не важно себя чувствую. Должно быть сахар повысился.
- Сочувствуем, - говорят, - от всей души. Никак у вас сахарный диабет образовался?
- Пока не подтвердили, а по всем признакам он у меня есть. Только с нашей медициной врачам доказать что-либо трудно. Я уже им все по полочкам разложила, все симптомы налицо, а они - ни в какую. Вот пошла результаты очередных анализов узнать. Извините, девушки, тороплюсь.
Взглядом её проводили и, все как одна, улыбки соорудили.
- Девки, сознавайтесь кому "сахарный диабет" диагноз поставили? - Ехидная Зинаида Андреевна, ближайшая соседка Эльвиры, подружек оглядела.
- Окстись! Тьфу, тьфу, тьфу чтоб не сглазить. Только такого счастья в жизни не хватало. Своих болячек через край. - Загалдели соседки как одна.
- Знать из родни кто-то заболел.
- Или Малышеву насмотрелась.
Поехидничали ещё и на свои проблемы перешли.
Эльвира Станиславовна в это время у участкового терапевта "мозг вынимала". Анализ крови очень понравился терапевту и совсем не понравился ей самой. Чуть до драки не дошло, а направление в больницу добилась. Да не в свою, захудалую, районную больницу, а в лучшую в городе.
Домой вернулась счастливая. Вот сейчас отдохнёт от трудов тяжких и на улицу подышать свежим воздухом выйдет. Переутомилась сегодня как никогда. Походы в поликлинику все с большим трудом даются. Особенно убивают реплики типа: вы в паспорт давно заглядывали? Или - а что вы хотели в вашем-то возрасте? А сегодня прямо сверх наглости. Ей участковая терапевт такое заявила, что пришлось приступ сердечный изображать.
- Вы, - говорит, - пока вот такие, абсолютно здоровые, время отнимаете, мы не можем настоящим больным помощь достойную оказывать.
Этого Эльвира уже вынести не могла и устроила хороший разбор в кабинете зав. поликлиникой. Заведующая велела врачихе пустырник выпить, успокоится и дать Эльвире направление в больницу. Не зря сходила.
Вечерние посиделки соседок в полном разгаре были когда она на скамейку к подъезду вышла. Еле передвигая ноги добрела до них и тяжело опустилась на услужливо освобожденное место.
- Как здоровье, Эльвира Станиславовна? Что врач сказала? Нашли сахарный диабет? - Первой вопросы задаёт ехидная Зинаида.
Эльвира безнадёжно рукой машет:
- Какое здоровье? Вот в больницу кладут.
- Это что же диагноз подтвердился?
- В том то и проблема, что есть, только какой-то особенный. Не у всех такой бывает. Буквально у единиц во всем мире. И по этому его определить особенно сложно.
- Ты бы с больницей не спешила, - другая соседка Анна Николаевна её предупреждает, - нынче болезнь уж больно страшную из Китая завезли. Говорят, люди от неё мрут как мухи. Чего доброго заразишься. С твоим-то слабым здоровьем подхватить раз плюнуть. Дочка сейчас с работы пришла, так сказала, что им всем теперь на работу в масках ходить надо.
Ага, - поддакнула соседка из второго подъезда, - по телевизору только об этом и талдычут. Масочный режим вводят и теперь все так будем ходить.
- Вот и не знаю что делать. И это лечить надо и болезнь новая очень волнует. Хоть разорвись.
Губы скорбно поджала, вдаль посмотрела. А там её Ваня кренделя пишет. Эльвиру как током дёрнуло. Со скамейки словно ветром сдуло. Про тяжёлое состояние и про неходящие ноги забыла. Очень уж не хотела перед соседками в смешном положении оказываться. По её-то уверениям она мужа в ежовых рукавицах держит и он у неё ни-ни. А тут такой конфуз. Соседки хохотнули и Ивана поджидать стали.
- Вечер добрый, дамы!, - Раскланялся с ними сосед, - на вечернем моционе? Эльвирочку мою не видели?
- Привет, привет! А как же видели, имели счастье. У тебя сегодня праздник?
- Скорее горе. Коллегу поминали. Всего четыре дня в больнице пролежал и - все! Ковид! Молодой совсем, пятидесяти не было. Берегитесь, бабоньки, жутко страшная болезнь. Не дай Бог заразиться. Очень за Эльвирочку переживаю. У неё здоровье особенно слабое. Ручки целовать не буду, так раскланиваюсь.
За ним дверь подъезда захлопнулась и соседки стали расходиться. Ну его, этот моцион, при такой опасности лучше дома пересидеть.
С этого вечера посиделки на скамейке как-то сами собой стали реже, а потом сошли на нет.
В понедельник утром соседка Зинаида Андреевна наблюдала в окно как Эльвира в такси усаживается. Не отказалась от своей идеи в больнице полежать. И новой болячки не боится.
- Вот уж точно говорят зараза к заразе не пристаёт, - подумала она. Потом по телефону с подружками событие обсудили и успокоились. Дружно решили, что хоть одно благо от Эльвириной затеи с больницей есть. Пусть Ваня её чуть отдохнёт от заботливой и любящей жены. И правда, первые три дня наблюдали как он навеселе возвращался после работы домой, а потом пропал. Зинаида Андреевна забеспокоилась, стала в дверь стучать. Никто не открыл ни утром, ни вечером. Анне Николаевне позвонила:
- Ты давно Ивана видела?
- Да уж дней пять. А чего такое?
- У тебя случайно телефона Эльки или детей их нет?
- Откуда? Она же таким не делится. А чего волнуешься? Может он с радости, что сам себе хозяин, загулял.
- Не, не похоже на него. Уж на работу он ходит как часы.
- Мне дочка подсказывает: участкового вызвать надо.
Участковый и слесарь пришли часа через два. Дверь вскрыли. Картина предстала безрадостная. Лежал сосед на диване в полубредовом состоянии. По всему было видно, что болеет не шуточно. Участковый скорую вызвал, а Зинаида попыталась нужное в больницу собрать. Но её выставили с треском и велела фельдшер скорой для профилактики срочно лекарство пропить. Зинаида им только номер телефона свой продиктовала для связи и соседа увезли. Домой вернулась и давай срочно с себя все снимать, в стирку закинула. Сама намылась и весь подъезд с хлоркой обработала. Увезли-то соседа с распроклятым "ковидом", чтоб ему пусто было. Не соседу - "ковиду", конечно.
Озадачила себя Зинаида как Эльвире и детям сообщить о болезни их мужа и отца. Номера телефона хоть кого-нибудь из семейства не знала. Стала с Анной Николаевной советоваться как родным сообщить о беде, что с Иваном приключилась. Уже перед самым сном ей Анна позвонила:
- Знаешь, что я вспомнила. Сын Эльвирин младший с сыном Нины Михайловны с пятого этажа общается. Может у него номер телефона есть.
Номер ей продиктовали и она звонить начала. Дозвонилась до младшего, все обсказала. Да сомнение у неё зародилось. То ли понял сынок, то ли нет. Как-то уж больно равнодушно отреагировал. Вроде все сделала для соседа что могла, а душа тревожится. Дня через три дождалась вечера и давай опять Витьке названивать:
- Здравствуй, Витя. Соседка эта ваша, Зинаида Андреевна. Я что спросить хотела: узнал как там отец?
- Здравствуйте. Не знаю, не звонил.
- Как не звонил? Почему?
- Времени не было.
А матери и брату сообщил?
- Забыл.
- Да что ж ты за человек такой? Как забыть можно когда отец присмерти? Дай мне номер телефона матери или брата. Погоди, ручку возьму. Диктуй, записываю.
Он номер брата продиктовал.
Села ошарашенная на диван и никак сообразить не может что ей в первую очередь сделать надо. Чудны дела твои, Господи, забыть про отца родного! В голове не укладывается.
Продолжение тут.