Свершилось!!! Я постоянно мучилась мыслью, как выборы Василича могут пройти без Василича? Но нет, небеса услышали не мои молитвы и вот оно, явило себя во всей красе. Кто молился не знаю, может Гундяев, он по статусу ближе.
Да. Не думал, не гадал Василич, и тут вдруг озарило его, надо , народ просит. И все спонтанно. Я бы того, который попросил. Ну вы поняли. Отблагодарила бы, да БЫ мешает.
Расскажу вам, как все было. Сама не видела, но все одно расскажу.
Зал. Кремлевский. Все торжественно. Красиво, красиво. Лепнина, позолота, горностаевая мантия скромно висит на стене, размером два на пять. Полы паркета дуба мореного, ковры персидские. В центре тумбочка, белая, карельской березы. Напротив стульчики, дерева красного. Василич стоит за тумбочкой, на стульях сидят люди, узнаваемые и не очень.
Сидят, значит, согласно ранжиру и купленным билетам. В передних рядах высшие чиновники и олигархи, сзади солдаты и остальные крепостные. А откуда у солдат деньги на билеты в первый ряд? СкАжите, им теперь платят по барски. Все одно все возвращается обратно, к тем, кто на первых рядах. Социально-экономический строй не обманешь. Объективность такая, умные люди давным давно об этом сказали. Но один солдат, все же сидел в первом ряду и, как оказалось, не просто так, а спонтанно.
Василич сказал речь, не менее торжественную, чем обстановка. Про борьбу, защиту, успехи, Запад, нефть, газ, зерно и яйца. Стоя. Люди сидят. Внимают. Он стоит, они сидят. Демократично. А ведь у него график напряженный, возраст, опять же, а он стоит. Может быть и сел бы конечно, но вдруг не встанет.
Речь сказана, гимн прозвучал. Музыка знакомая, слова скрепные, мне незнакомые. Не выучила, не сподобилась. Союз нерушимый, республик свободных, помню. А другое, не помню, да и не знала.
Начинается вручение. Героям геройское. Это такая маленькая золотая звездочка, а над ней флажок. Вот прям такой
Вручили, все довольные, счастливые, светятся ещё больше, чем до речи.
И решил Василич в народ сходить, тут же, недалеко от тумбочки. А он к нему, как магнитом, народ в смысле. Но только солдаты и те кто с ними сидели. Остальных охрана отогнала. Наверное карантин не прошли. А может поняли, шестым чувством, сейчас будет судьбоносное предложение делаться.
И вот, тот солдат, который в первом ряду сидел, говорит. Просим нас не покидать в трудную годину, мы всем сердцем и остальными частями, нам без вас полный пушной зверек лисьей породы.
Василич потупился. Ага, вот прям как здесь.
Застеснялся человек, бывает. Однако, взял себя в руки и молвил.
Я,- говорит - по простому, - говорит. Домашних заготовок нет, не предполагал, что кто-то о таком попросит, а потому, спонтанно рубану, как говориться, с плеча. Время, - говорит - серьезное, вот уже 24 года, как серьезное, и буду, я, ещё 24 года. Пришло время баллотироваться на второй срок.
Ох, что там началось. Оркестр грянул "Боже царя храни". Шампанское, медведи и цыгане. Все спонтанно.
В смысле не может быть? Нет, в телевизоре этого не показывали, электричество вдруг кончилось и не смогли запечатлеть в аналы истории. Не "аналы", а "анналы"? Простите, не дохтур я, чтобы знать такие подробности.
Откуда знаю, если не смотрела? А у меня первоисточник, самый знающий из первых рук. Таксист таджик, который меня подвозил. У него один родственник медведем был, а второй - цыганом.
Так все и прошло, скромненько, но со вкусом, били только свои х. И самое важное, спонтанно и без домашних заготовок.