Новый фильм Кристофера Нолана.
1942-й год, США. К известному ученому-физику Роберту Оппенгеймеру (Киллиан Мёрфи) обращаются военные: он должен собрать команду ученых и руководить ими. Целью «Манхэттенского проекта» является создание первой в стране атомной бомбы. Для этого в Нью-Мексико строят целый городок под названием Лос-Аламос, где помимо секретной лаборатории будут жить семьи ученых. Нужно торопиться, так как, по слухам, Гитлер вот-вот создаст свою атомную бомбу. Чем все это закончилось в реальности, мы прекрасно знаем. Гитлер покончил с собой, а американцы сбросили бомбы на Хиросиму и Нагасаки.
Наверное, главное, что нужно знать про новое творение Нолана, это то, что это не банальное кино-биография. Если кто-то думает, что «Оппенгеймер» - это просто история создания атомного оружия в одной главных мировых держав, то это не совсем так. Безусловно, здесь будут и сомнения ученого и его угрызения совести («мои руки в крови»), но кино больше о том, о чем обычный человек, скорее всего, даже не задумывался. Как выяснится, выбор Оппенгеймера для этой работы был не случайным: военные (а вместе с ними и политики) специально выбрали человека, чья репутация была далеко не идеальной. Физик давно был замечен в связях с коммунистами, что давало правительству больше возможностей для контроля над ним.
Практически половину фильма главного героя тут допрашивает специальная комиссия, чтобы определить его дальнейшую судьбу, а повествование постоянно прыгает во времени. Есть еще некий чиновник (Роберт Дауни-мл), который тоже ходит на слушания по делу о назначении его министром. Поначалу зрителю вообще будет неясно, какое именно к сюжету имеет отношение этот человек, но ближе к финалу картины, все встанет на свои места.
Интересное ли кино «Оппенгеймер?» Безусловно. Это мощное и жизненное высказывание (скорее всего, антивоенное, но тут каждый для себя решит сам) одного из самых масштабных режиссеров современности. Да, конечно, Нолан регулярно затягивает свои произведения (даже фильмы, которые объективно в этом не нуждаются – например, трилогия про Бэтмена), да, у него не все гладко с чувством меры. Многие скажут, что Нолан именно тот, кто стреляет из пушки по воробьям. Зачем ему здесь понадобился целый взвод первоклассных актеров, большей части из которых, толком не дали ничего сыграть, непонятно. Из действительно сильных ролей тут есть Мэтт Дэймон, который играет военного генерала, курирующего весь процесс. Забавно, что непосредственно перед первым испытанием бомбы, генерал окажется единственным, кто всерьез проявит беспокойство насчет того, не угробят ли они случайно весь мир. Есть еще Гэри Олдман в роли президента в небольшом, но очень показательном эпизоде. Есть Эмили Блант в роли жены Оппенгеймера. Все остальные, в основном, появляются либо в эпизодах, либо вообще мелькают где-то на заднем плане (а среди них, на минуточку, Джош Хартнетт, Кейси Аффлек, Рами Малек, Кеннет Брана и Мэттью Модайн). Обидно за хороших актеров, но, с другой стороны, именно в этом и заключается режиссерский метод Нолана. Если что-то делать, то с размахом. Если показать атомный взрыв, то вблизи и очень красиво, если показать напряженный ход мыслей ученого, то короткими, но яркими кадрами атомов (или сгорающего над Землей неба). Для режиссера (впрочем, как и всегда в его случае) важны не персонажи, а их поступки (при этом многие из них могут быть и за кадром), не мотивации этих поступков, а их результат. И, скорее всего, внимательный зритель после просмотра скажет, что главным героем тут является не ученый, а сама атомная бомба. И будет прав.
Тем не менее, несмотря на все вышесказанное, «Оппенгеймер» - один из лучших фильмов Нолана, ведь, как ни крути, но именно на территории исторического кино по реальным событиям, режиссеру пришлось соблюдать некоторые необходимые для жанра каноны. Как можно сделать кино про автора атомной бомбы, и не показать его раскаяние? Никак, хотя, очевидно, что именно эта часть сюжета волнует Нолана меньше всего. Но, что поделать, в историческом фильме не повернешь время вспять и не отправишься в космос к черной дыре. Пришлось все делать по классике.