Лера и Света сидели на лавочке у подъезда.
– Так обидно... Надо было мне именно сегодня забыть ключи! Жди теперь, пока придет папа, – пробурчала Лера и стукнула друг о друга маленькими кожаными ботинками: чуть потёртые от носки они внешне напоминали горький шоколад, который достали из фольги и положили на сахарную от инея землю.
Подул ветер – девочка инстинктивно притронулась рукой к зелёной беретке и глубже запахнулась в пальто кофейного цвета. Тонкая прядь каштановых волос затрепетала от резкого порыва осеннего ветра. А бусинки карих глаз обиженно смотрели на флотилию жёлтых листьев в грязной луже.
Света участливо посмотрела на подругу и улыбнулась, на её щеках заиграли задорные ямочки
– Лер, пойдем ко мне. А? – Две коротенькие и тощие светло-русые косички смешно топорщились из-под бежевой шапки. Озябшие кисти рук теребили темно-синюю юбку в складку. А тело немного подрагивало от холода: тонкая серая ветровка была явно не рассчитана на долгие прогулки.
– Света, не мёрзни, иди домой: папа сейчас уже приедет. Я одна дождусь. Ты вся дрожишь! — Лера накрыла своей теплой ладошкой руку подруги.
– Ну, нет. Я с тобой. А пока есть время, давай поиграем в города? — верная подруга хитро посмотрела на спутницу. — Абакан! Тебе на «Н»!
– Новгород, – буркнула соседка по лавочке. — Я там, кстати, никогда не была...
– А я была. В обоих – и в Нижнем, и в Великом. Там красиво. Но мне больше понравился Великий. Он чуть меньше, зато... Ну, не знаю. Там как-то всё по-родному.
Лера замолчала. Но это была пауза не от незнания. А от того, что в её голове рождалась новая идея. Секунда, две, три, и девочка вскочила со скамьи и запрыгала от радости.
– Я придумала, придумала!
– Что?
– Мы больше не будем играть в города только на словах. Давай играть по-другому.
– Это как?
– Мы будем туда ездить. Я уговорю родителей съездить в Новгород... В оба! А ты... Выбирай любой город на «Д».
– Почему на «Д»?
– Ну, мы же в города играем. У меня НовгороД. Значит твой город – на «Д».
– Дмитров?
– Пусть будет Дмитров. Когда поедешь туда?
– Лера, ты серьёзно? Но это же затянется тогда... Игра наша, – Света растеряно развела руками и посмотрела в лужу, столкнувшись взглядом со своим удивлённым отражением.
– Ты разве куда-то торопишься? О! Папа идет. Папа, папа, я здесь! – Лера вскочила и замахала рукой мужчине в синей спецодежде, который бежал по осенней аллее.
***
– Лер, я поступила! Ура! Я поеду учиться в Архангельск! Там холодно, конечно, но вуз отличный, — вчерашняя 11-классница Света радостно захлопала в ладоши и прыгнула в открытые объятия Леры. Её длинные русые волосы красиво рассыпались по синему платью.
– Архангельск, говоришь, – задумчиво произнесла подруга. Хммм...
Света обняла Леру за шею и выпалила:
– Ну, ты что, расстроилась? А? Ведь это ненадолго! И мы будем видеться летом и на каникулах.
– Архангельск... А, Света, задушишь! – Лера убрала руку подруги с шеи и потёрла кожу. – Получается, мне на «К»?
– В смысле... Лера, ты что?
– Что? Продолжаю игру в города. Напомню, это была твоя идея несколько лет назад.
– Моя? Я предложила классический вариант игры. А вот кое-кто настоял на том, чтобы изменить правила! – девушка взяла подругу за руку.
– Ага. И из-за этого наша жизнь стала интереснее, – Лера сжала ладонь Светы.
– Ай! Больно же! Ага, как же! Мы просто перестали жить спокойно. В прошлый год мне родители предложили поехать в Сочи, а я уговорила их поехать в Курган. Понимаешь? В Курган!
Лера расхохоталась:
– Ну, это же ты его выбрала. Могла бы Кисловодск назвать, кто же тебя за язык тянул. И как там, в Кургане? Есть курган-то?
– Есть. И музей авиации ничего. Да и в целом город интересный, – буркнула Света.
– Надо съездить тогда! Хотя, я тоже хороша. На «Н» назвала Находку, – улыбнулась Лера. – Там красиво. Но ветрено, конечно.
На секунду девочки замолчали. Каждая вспоминала города, где удалось побывать.
– А теперь ты едешь в Архангельск. Всё сходится, видишь? Находка же заканчивается на «А»!
– Ощущение, что это не мы играем в игру, а она в нас. Может, хватит, Лер?
Лера, не мигая, уставилась на Свету своими карими глазищами, словно вынося приговор:
– Значит, мне на «К».
– Лера! – Света с силой дёрнула Леру за каштановую прядь волос.
– Ай! Да что на тебя нашло! – девушка потёрла пальцами место, которое заболело от выходки подруги. – Ну, в Кургане ты уже была, значит... Казань! Поеду учиться туда. Тебе на «Н»!
– Стоп игра! Я отказываюсь играть в неё дальше, – Света топнула ногой, развернулась и сжала кулаки.
– Поживём – увидим! Как по мне – всё самое интересное только начинается!
– Да ну тебя!
***
– Мужчина, придержите дверь пожалуйста! Мне тоже туда, – молодая девушка подбежала к подъезду и, громко выдохнув, нырнула в тёмное пространство подъезда. – Спасибо огромное! О, а вы тоже на лифт? Можно с вами? Мне на седьмой.
Лифт с лёгким шелестом закрыл металлические веки, чуть дёрнулся и поплыл наверх. Пленница металлического шкафа выскользнула из его объятий на седьмом этаже. Осмотрелась, остановила взгляд на квартире 34, подошла и позвонила тонким пальцем в дверной звонок. Из-за стены послышался топот маленьких ног и кто-то закричал: «Мама, к нам гости!»
Раздался звук открываемого замка, который почти сразу же сменился радостным возгласом:
– Лера! Как я тебе рада! Проходи скорее, рассказывай, как у тебя дела? – в карих глазах вошедшей девушки отразилась светловолосая подруга детства.
– М-м-м, что это за аромат? – Лера потянула носом воздух.
– J’adore – мои любимые, – накрашенные блеском губы Светы растянулись в довольной улыбке.
– Да не-е-ет! Не духи. Чем-то вкусненьким пахнет! Шарлоткой? Да? – вздох возмущения.
– А-а-а... Ну, да. Голодная что ли? – Лера почувствовала в голосе Светы ноты материнской заботы и подумала, что это что-то новенькое.
– А то! Я же с дороги. И меня надо, как в сказке...
– Накормить, напоить и спать уложить, – рассмеялась Света.
– И вымыть. Дорожную пыль срочно надо сбить, – подруги обнялись и захохотали.
Через полчаса вымытая и переодетая в хозяйский халат Лера сидела за столом и уплетала овощной суп. А прямо перед ней на блюдечке стоял огромный кусок пирога. Сидящая напротив пятилетняя девочка с пружиной во взгляде наблюдала за действиями незнакомки.
– Вета, да не переживай ты так. Пирога на всех хватит, – улыбнулась мама Света и погладила дочку по голове.
Пружина во взгляде девочки расслабилась, и на губах заиграла мягкая улыбка. А когда Лера достала из сумки большого плюшевого зайца, тень недоверия и сомнения и вовсе исчезла с лица ребёнка.
– Ну, как ты, подруга? – Света села напротив и посмотрела в карие глаза бывшей одноклассницы.
– Я хорошо. Отучилась, почти что вышла замуж. Сейчас планируем переезжать. Вот только куда – не знаю. Ты сейчас живёшь в Новосибирске. Значит, нам надо уехать в... Калининград что ли?
– Лер, ну, хватит уже. Пора закончить игру.
– Ага. Тебе на «Д», – дожёвывая кусок пирога ответила Лера и рассмеялась.
***
Лера и Света сидели на скамейке в парке. На обеих были длинные тёплые куртки тёмно-синего цвета. Седые волосы скрывались под пуховыми платками, чуть выбиваясь у самого верха.
— Петя, он ведь как ключик мой. Был. Он открывал счастье для меня. И вот... Два года уже закрыты двери, – Света вдохнула осеннюю прохладу.
— А я уже семь лет пью утренний кофе одна, — прошелестела Лера и подняла с земли засохший лист.
— Слушай, а сколько нам с тобой?
— У тебя что, Альцгеймер? Тьфу, ты... Забыла, как называется эта болезнь, когда забываешь все. Нам с тобой 144 на двоих. Половина твоя, если что!
— Лера, а давай поиграем в города? Называй первая! — в глазах Светы проскочила озорная искра.
— Не, не Альцгеймер. Маразм. Старческий, — задумчиво глядя на подругу покачала головой Лера.
– Нет такого города — маразм! Ну?
– Ну, пусть будет Салехард. Тебе на...
– Я поехала! — Света тихонько встала и опёрлась на палочку.
– Куда?
– В Салехард. Фоточку скину. Кстати, тебе — в Дубну. Жду селфи.
– Сумасшедшая... Ты что серьезно? Сама же говорила, что игра закончилась! Может пойдем ко мне чайку попьем?
– Скучно, Лер... Не хочу я вот так просидеть до конца жизни. Поэтому... Меня ждёт Салехард. А тебя Дубна. Или слабо?
– Кому, мне? Слабо? Вот возьму и в Дубну поеду. Говорят, там набережная красивая. И учёных много. Вот только... Давай уже вместе по городам. А? Веселее же! И есть, на кого опереться. А то от радости помрёшь где-нибудь, а мне потом едь за тобой.
– Вместе? Мысль дельная. Тогда сначала в Салехард, потом в Дубну. А потом...
– В Адлер.
– Мне нравится. А потом во Ржев.
– И во Владивосток.
– Маршрут построен. Пошли собираться!
***
– Свет, ну ты чего это... Серьезно? Это нечестно. Не смогла придумать город на «Ь». Но это ничего. Есть же другие буквы! А ты... Чего удумала! Ну нельзя так. А? – Лера сидела на лавочке и разговаривала с каменным надгробием. С фото смотрела голубоглазая женщина с седыми волосами, собранными в косу на бок.
Сухие руки посетительницы кладбища сжимали две белые гвоздики. Солнечный луч, словно ластик на карандаше, упёрся в морщинистую щёку старой женщины, пытаясь стереть мокрые разводы.
– Мы с тобой проехали маленькую часть этого мира. И ты сдалась. Проиграла! Проиграла! – голос женщины сорвался на визг. – А я выиграла.
Последнюю фразу Лера произнесла шёпотом. Ухмыльнулась.
– Выиграла... Скажешь, тоже. А я не хочу. Не хочу так!
Солнце зашло за тучу. И с неба упали маленькие мокрые капли дождя. Они как мошки садились на лицо, беретку, тёмно-зелёное пальто. Сначала просто сверкали искрами на ткани, а потом впитывались в драповую плоть и начинали жалить кожу своими мокрыми жалами.
Взгляд женщины упёрся в торчащий бугорок рядом с надгробьем. Она встала, чтобы разровнять его. Но её рука упёрлась во что-то твёрдое.
– Что это? Бутылка? Совсем с ума сошли алкоголики. Хоть бы убирали за собой!
Лера со злостью выкорчевала увязшую в земле небольшую бутылку. Шумно встала, хлопнула себя левой рукой по боку, ругая тех, кто намусорил на могиле её подруги. Но вдруг увидела, что внутри стеклянной посудины что-то есть.
– Вроде не вода. Что это такое? Свёрток? Кому понадобилось тут это оставлять. Пранк какой-то? Или что это?
Полуржавая жестяная крышка почти рассыпалась в руках Леры. Женщина вытряхнула в ладонь содержимое бутылки.
– Перевязано ещё ниткой. Голубой. Хмм..
Лера разорвала нить и развернула свёрток.
– Послание для моей подруги Леры, – вслух начала читать женщина и замолчала.
Новый поток дождя хлынул из тучи, размывая крупными каплями то, что было написано на кусочке бумаги:
«Лера, слушай. Я тут решила отдохнуть немного. Утомили меня эти дороги. Но знаешь... Самое крутое, что было в моей жизни – это наша с тобой игра в города. Она стала больше, чем игра. Превратилась в линию жизни. И мой путь дошёл до конечной. а твой – продолжается. Моё пристанище – город Емва. Тебе на "А"».
Дождь закончился. У каменного надгробия лежали две белых гвоздики. А по кладбищенской тропе шла женщина в беретке цвета нежной мяты и тёмно-зелёном драповом пальто. Её лицо было испещрено морщинами. Словно это было и не лицо вовсе, а карта. И каждая бороздка – новый маршрут.
«На "А"... В Архангельске была Света. Я была в Абакане. Может, Анадырь? Или Астрахань? Азов, Арзамас, Апатиты, Армавир, Асбест...» – Лера шла, и перебирала города в голове. Они возникали, как светящиеся островки жизни, проплывающие где-то снизу, когда ты летишь в самолёте ночью.
– Ба, ну что. Попрощалась? – голос внука выдернул Леру из раздумий.
– Ну... Нет. Так не пойдёт. Внучок, купи ка мне билет в... Арзамас.
– Ба, ты серьёзно? Что ты там забыла? А? Ба?
Лера села в машину, аккуратно захлопнула дверь, пристегнулась и закрыла глаза: «Я еду в Арзамас. А оттуда – на "С"»