Никто не задумывается о важных вещах, пока не случится что-нибудь плохое. Так было и со мной.
Мне исполнилось двадцать лет, когда я защитил диплом в универе и поехал в деревню провожать друга в армию. Это были классические проводы: длинные столы, выставленные в спортивном зале местной школы, несметное количество еды с алкоголем, и множество шумных, веселых людей. Гулянка прошла отменно. Ранним утром мы посадили будущего солдата в автобус, и стали расходиться кто куда. Мне нужно было идти на вокзал и ждать первый рейс до моего города. Я изрядно выпил в ту ночь, но в целом держал себя в руках. Рядом с остановкой ко мне подошли местные алкаши и спросили закурить. Мы повздорили и подрались. Один из них разбил бутылку об мою голову и сбежал, оставив меня в крови. Наверное я не потерял сознание из-за адреналина, и с нездоровым спокойствием, сидел на каких-то ступеньках, дожидаясь своей смерти. Не случилось. Меня подобрали знакомые, отвезли в больницу. Хирург наложил на мою рану одиннадцать швов и положил в палату под наблюдение. Две недели на больничной койке, скучая и тоскуя в одиночестве. Тогда я первый раз всерьез задумался о своей жизни.
Это событие сильно на меня повлияло. Я бросил пить. Обратился к своему дяде за советом, что почитать, и он мне дал индийский веды. Именно с них началось мое знакомство с религией. Под впечатлением я стал проглатывать книги по эзотерике, йоге и медитации. Дальше перешел на буддизм, христианство, и Библию. Эти тексты попали под мое тогдашнее настроение. Скоро я сам начал практиковать йогу и отказался от мяса. Я поверил в Бога и сказал себе и всем окружающим, что теперь смысл моей жизни в служении ему. Мой дядя был на той же волне, поэтому спустя время, я с ним сговорился и поехал в мужской монастырь, чтобы лично прикоснуться к святости. Большую часть той недели мы провели на службах и молебнах, а в свободное минуты общались с батюшками. К тому времени у меня уже сложились личные представления о религии. Я верил в Бога создателя всего существующего, похожего на невидимое сознание, пропитывающее вселенную. Батюшка же мне строго отвечал, что я заблуждаюсь. «Есть только один Бог, и он в нашей церкви». Я задавал ему вопросы, внимательно слушал, и все-таки не мог до конца согласиться. Неделя прошла быстро, и батюшка предложил поехать в другой монастырь, в котором я смог бы жить дальше, как послушник. Мне понравилась эта идея, к обычной жизни возвращаться не хотелось. Я самостоятельно проделал путь в Сочи, и заселился в монастырь в Салах-Ауле. Распорядок там был примерно тот же. Службы три раза в день, между ними полезная работа. Мне очень понравились местные послушники, горы вокруг, и я с большим рвением продолжал делать поклоны во время молебнов.
Но кое-что мне все же не нравилось. Батюшки постоянно спорили с моими собственными рассуждениями. Они запрещали мне думать. Говорили, что мои мысли о Боге от чёрта лукавого. Они требовали читать молитвы и слушаться только их. «Пока твой ум не окреп в православной вере, не надо тебе читать такие книги» - сказали мне как-то раз, когда я хотел взять в библиотеке «Историю религий». Веды и йога тоже были запрещены, поэтому я не общался с ними об этом. Зато многократно становился свидетелем их бесед о том, что скоро весь мир уничтожит антихрист, и только мы - православные, выживем и продолжим жить под Богом. Месяц, моего пребывания в монастыре Салах-Аула, закончился в один час. На свой двадцатый день рождения я попрощался со всеми и уехал в Сочи на поезд. Дома я еще какое-то время побездельничал, прежде чем вернуться к повседневной жизни и устроиться на работу. Даже после монастыря моя вера в свои убеждения не остыла. Я почти ежедневно занимался йогой, медитировал, не ел мясо, и искал единомышленников. На этом пути мне удалось добиться некоторых успехов. А потом я начал себя обеспечивать и много работать. Можно сказать, что со временем мирская жизнь победила мои духовные стремления. Или я сам стал отходить от Бога. Спустя два года после монастыря я снова стал обычным человеком. И чем больше проходило дней, тем больше я стал сомневаться в положительном влиянии религий. Тем больше стал узнавать фактов о том, как она разрушительно влияла на общества людей. Я могу предположить, что Бог есть, но посвящать ему свою единственную жизнь - не захотел.
Сейчас, спустя десять лет после тех событий, я перестал думать о высоком, и живу здесь и сейчас. Вот только мне грустно слышать, как снова в церкви громко говорят о том, что царство Антихриста близко и мы воюем с ним на поле боя. Батюшки произносят на камеру, что убивать и умирать за Бога и родину нужно и хорошо. Люди по всему миру вместо милосердия, чаще действуют по принципу "око за око". А я в ответ на всё это думаю: «а как же святость человеческой жизни и заповедь не убий», про которые написано в книгах. И в общем, всё происходящее подтверждает мои мысли о том, что если Бог есть, то он в другом месте. Во всяком случае, не с теми, кто называет себя его проповедниками.