Замерзшие, но безмерно счастливые мы, отряхивая снег с себя, ввалились в домик. Меня завернули в одеяло и посадили на стульчик возле печки. Чайник кипел на плите и мужчина налив нам по чашке горячего напитка, сел напротив. Не забыв при этом - прихватить оставшиеся лепешки. Это было сейчас, как нельзя кстати.
Чашка горячего чая обжигала руки, которыми я ее обняла со всех сторон. Немного горьковатый напиток прогревал горло и спускался ниже, наполняя теплом все тело. В печи потрескивали дрова, а аромат наполнил всю избушку. Напротив меня сидел шикарный мужчина, который заботливо подливал мне кипяток. Идеально!
– … и вот так Леня провалил свой экзамен. После этого он надолго запомнил преподавателя и его урок, – закончила свой рассказ, заливаясь смехом.
– Леонид занимательный парень, который не ищет легких путей, – с улыбкой проговорил Ран.
– Расскажи что-нибудь еще о своем мире. Это куда более занимательнее, – попросила, широко распахнув глаза, показывая насколько это интригующе.
– Что именно тебе рассказать?
– Я хочу знать больше о твоем мире. О том, как живется там, под водой? Какие у вас законы и традиции? – откусив кусочек от лепешки, пояснила я.
– Какая ты любопытная. И я, пожалуй, знаю в кого из своих родителей ты пошла, – одним глотком допив свой чай, он поставил кружку на стол и с хитринкой в глазах посмотрел на меня.
– И в кого же я пошла? – предвкушая что-то интересное, спросила с вызовом.
Хозяин озера хмыкнул и приблизившись ко мне, присел на корточки напротив. Продолжая ухмыляться при этом. Это интриговало еще больше и больше.
– Твои волосы завиваются в крупные локоны, как у твоей мамы, – рука Рана коснулась каштановой пряди. А я… а я забыла, как дышать. Заворожено наблюдая и слушая его низкий баритон, что вызывал мурашки по всему моему телу. – Глаза и их цвет ты взяла у отца.
Сердце учащенно забилось и норовило выскочить из груди.
Огненный, пляшущий рисунок отражался на лице и в его сверкающих глазах. Он нежно провел от виска до щеки и продолжил:
– Скулы тоже мамины, – невесомо, едва касаясь подушечки пальцев проскользили к губам. Пауза и на грани слышимости шепот, – а губы…
Он не сводил с них глаз и замер ледяной статуей. Не шевелясь, не дыша и даже не моргая. Он просто смотрел на мои губы. Его взгляд тяжелел с каждой секундой, и взор затуманился. Как и мой.
Секунда…
Другая…
И он медленно склонился к моим губам.
Глава 28
Сердце пропустило удар. И он аккуратно, нежно, словно боясь спугнуть, поцеловал меня.
Мир подернулся красками, вспышками. Все вокруг остановилось! В этот миг существовали только мы вдвоем. Только он и только я. Нет, не так! Мы существовали вместе, как единое целое и никак иначе. Если бы нас сейчас попытались разлучить, то наверное мы бы задохнулись друг без друга. Утонули в тоске и печали. Сейчас же… сейчас было все так правильно, так хорошо. Нет таких слов, которыми можно было бы описать этот поцелуй. Что происходило с нами. Это можно только почувствовать.
Я отвечала. На каждое движение. Дышала с ним в унисон. Тянулась навстречу. Мои руки утонули в его волосах, а его охватила мою голову сзади, будто фиксируя, не давая ни малейшего шанса оторваться. Будто он боялся, что я могу упорхнуть, отдалиться, убежать. Глупый! Как же я могу это сделать? Если сейчас мой мир сузился только до одного тебя!
Не знаю сколько прошло времени. Возможно, пару минут, возможно, час. Да и какая разница? Но… Ран подарил мне последний невинный поцелуй и оперся своим лбом о мой, тяжело дыша. Его всего ломало, тело дрожало. Как и мое. Мы продолжали дышать в унисон, но теперь часто, будто после пробежки. А сердце нетерпеливо билось где-то в районе горла. Щеки опалило жаром, коим горело все внутри.
– Прости, – хриплым шепотом произнес он.
Я даже не поняла, почему он извиняется. Ведь то, что сейчас произошло – это правильно, говорил мой внутренний голос. А на душе разливалось тепло. Но яркой вспышкой меня озарило, что сейчас произошло и с кем. Теперь щеки горели уже совершенно по иному поводу.
Перемены в моем состоянии не остались не замеченными. В глазах Хозяина озера поселилась тревога и вина.
– Прости меня, Рената. Я идиот! – сокрушенно проговорил он.
– Нет! Что ты. Это… это… – я не знала, что сказать и попыталась встать. Находясь в состоянии растерянности, не совсем контролировала свои движения и случайно задела свою кружку с чаем. Я еще не успела сообразить, что именно сотворила, как Ран зашипел и моментально поднялся с корточек, отряхивая руку.
Остатки чая, судя по всему, еще были горячими и кожа у русала сразу немного покраснела.
– О, Боже! Ран, больно? – я подскочила к мужчине, пытаясь более внимательно рассмотреть деяние рук своих. Но он смахнул остатки влаги и с теплой улыбкой проговорил:
– Нет, просто это было неожиданно, – явно врал! – Рената, все нормально.
– Да, конечно. То-то ты зашипел как змея, от неожиданности, – я нервничала и изрядно, после самого прекрасного поцелуя в своей жизни с мужчиной, который мне безумно нравился. Которого после поцелуя я ошпарила кипятком и сейчас стою, и язвлю. Ужас какой!
Ран по-доброму засмеялся.
– Поздно уже. Нужно ложиться, – некая неловкость заполняла воздух.
– Да, согласна. Пора бы уже, – пытаясь скрыть внутреннюю бурю эмоций, улыбнулась в ответ дрожащей улыбкой.
– Ложись. Я сейчас приберу со стола и тоже лягу, – он посмотрел в сторону. – Вон на тот диван. Кровать в твоем распоряжении.
– Нет уж. Уберем все вместе, – я направилась к чашке, в которой можно помыть посуду.
– Тогда я за водой, – схватив ведро со скамейки, Ран вышел из избы.
Его тоже переполняли эмоции и я заметила, что он сдерживал злость, хорошо пряча ее за улыбками. Что его так разозлило?