Удивлена даже Шарапова.
В «Формуле-1» в 2023-м планировали провести рекордный год из 24 Гран-при – и от адского календаря уберег сперва вылетевший Гран-при Китая, а затем сорванный из-за ливней и потопов Гран-при Эмилии-Романьи. Тем не менее, в Имолу многие команды и пилоты уже прилетели – так что фактически они все равно проделали феноменальный маршрут в 133 570 километров с учетом возвращения на базы между некоторыми этапами.
Такого длинного в смысле расстояний сезона еще не было – все фактически отлетали 23 этапа, хоть и откатали еще не рекордные 22. А на следующий сезон запланировано новое расширение на 24 Гран-при – на этот раз Китай все-таки планируют захватить.
А гонщики к концу сезона выжаты и вымотаны уже нынешними перелетами и расписанием – к Абу-Даби половина паддока переболела или здорово потеряла в кондициях.
«Обычно болезнь может настичь тебя, когда ты возвращаешься домой после Гран-при, – однозначно высказался болевший перед финальным этапом года Эстебан Окон из «Альпин». – Но в этом году гонок стало больше, на одну или две. На самом деле человеческий организм рассчитан на более спокойный график, а не на 23-24 Гран-при за сезон.
Не знаю, имеет ли это какое-то отношение к времени проведения (уик-энда в Вегасе), но мы четыре дня не видели солнца. Очень многие факторы оказывают нагрузку на человеческий организм».
Джордж Расселл из «Мерседеса» не выдержал еще в Вегасе:
«На самом деле я проболел две последних недели. Сперва меня сразило в Вегасе: я вообще не мог спать из-за высокой температуры и чувствовал себя ужасно. Затем у меня начался просто ужасный кашель, который не проходил всю неделю, не отступил он и в гонке.
Я кашлял на каждом круге заезда – при этом, когда ты намертво пристегнут ремнями безопасности в кокпите, то даже толком не можешь дышать. То есть ты не можешь нормально вздохнуть, чтобы прокашляться. Так что проблема не отступала. Я был очень рад тому, что вообще добрался до финиша, когда увидел клетчатый флаг.
Люди просто не выдерживают работу при постоянной смене часовых поясов. Твое тело не понимает, где ты находишься, ты постоянно питаешься разной едой, меняешь рацион, живешь в разных отелях, оказываешься в разных климатических условиях. И организм перестает понимать, что происходит.
Из-за постоянной смены часовых поясов мой пульс во время ночного сна в среднем повышается на 25 процентов от обычного состояния, когда я долгое время нахожусь в одном и том же месте.
Этим летом я провел две недели в одном месте – наверное, самый длительный период за последние три года, когда я столько времени мог никуда не ездить. И в результате мой пульс понизился, наверное, до рекордных значений.
Зимой пульс у меня всегда стабилизируется и падает. Он растет, как только мы начинаем постоянно переезжать. Я начинаю меньше спать и хуже восстанавливаться – при таком графике вполне естественно. Ухудшение самочувствия гонщиков – не просто ощущения. Есть подтверждающие данные.
При этом гонщики находятся в самой выгодной ситуации – мы находимся в лучшей форме среди всех, кто есть в паддоке, у нас наиболее комфортные условия для перелетов. Нужно подумать и о тех, кто работает в паддоке – очень многие механики болеют, это же касается людей, которые работают в офисе. Все измотаны».
Расселл настолько вымотался, что даже пропустил все традиционные командные предрождественские встречи и мероприятия на базах «Мерседеса». Гонщики не появляются на них только совсем в крайних случаях, ведь понимают степень важности их связи с инженерами и механиками, но Джордж в этот раз не смог совершить еще один переезд и остался на отдыхе.
«Я приехал в Абу-Даби с сильным гриппом после Гран-при Вегаса, – поделился с итальянским Motorsport и резервист «Феррари» Роберт Шварцман, катавший в финале сезона тесты за Скудерию и путешествующий за командой в роли запасного. – В начале недели я лежал в отеле с температурой тридцать девять, затем к сессии я смог выздороветь. Перед тестами у меня было несколько дней на восстановление».
А Макс Ферстаппен еще в начале сезона грозил уходом из «Ф-1» при продолжении перегруза календаря!
«После Гран-при Абу-Даби я несколько дней подряд чувствовал себя очень больным, – признался чемпион в командном подкасте Talking Bull. -- И до сих пор восстанавливаюсь. Плюс, конечно, постоянные переезды не слишком помогают. На две недели отключусь от всего, связанного с «Ф-1» – электронных писем и так далее.
Всегда говорил, что 24 гонки – слишком много. И не только сами заезды – все вокруг них делает вещи крайне сложными. Маркетинг, время в симуляторе, обязанности перед личными спонсорами… У меня в реальности больше не остается личного времени».
«Сейчас мы провели очень сложный сезон – а гонок было всего 22, с двумя отменами (этапы в Имоле и Китае), а в следующем году этапов уже должно быть 24, – оценил главный ветеран серии Фернандо Алонсо. – Посмотрим, как это вообще будет выглядеть.
Взять тот же Гран-при Лас-Вегаса – я только сейчас понял, что (в следующем сезоне) это будет часть «тройника». Мне почему-то казалось, что этап в Вегасе будет стоять отдельно, а потом будет две гонки подряд в Катаре и Абу-Даби. А сейчас я понял, что три этих гонки пройдут подряд. Вот такие вещи действительно могут разрядить батарейки, а не работа за рулем».
И финал этого года как раз подчеркнул сложность календаря и постоянных перелетов: перемещения вроде «Вегас-Абу-Даби» с учетом большого количества ночных гонок просто добивает измотанный сезоном организм. Но, должно быть, еще более внушительно по гонщикам и персоналу бьет просто крайне тяжкий ночной уик-энд со спринтом вроде Гран-при Катара – после перелета из Японии и перед отлетом в США. В Лосаиле жара, влажность, скоростной характер автодрома и требование к постоянной атаке в квалификационном режиме выжало пилотов без остатка.
«Уверен, вы бы не пожелали видеть цвет моей мочи в течение нескольких дней после той гонки, – рассказывал о восстановлении пилот «Уильямса» Алекс Албон, которого буквально вынимали из болида. – Мне потребовалось много времени, чтобы восстановить нужный уровень жидкости в организме. И это было тяжело.
Можно сказать, меня выпарило. Чувствуешь усталость, нехватку энергии. Я очень много ел в эти дни, даже переедал, чтобы хоть как-то восстановить потерянные калории, восстановить процент жира».
Пилотам еще повезло – этап после Катара начинался через 10 дней, и можно было потратить пару суток на первичное восстановление. А если бы следующая гонка шла в ближайшие выходные, то пришлось бы в таком состоянии лезть в самолет и вновь менять часовые пояса.
Но день гонщика ничуть не менее напряженный! Свободных 30 минут почти нет: интервью и встречи забивают все
Может показаться, что пилоты могут начать восстановление уже по прибытии на новую локацию перед Гран-при – ведь у них остается пара дней перед первой практикой. Однако на самом деле свободного времени на восполнение сил практически нет: гоночный уик-энд начинается уже в четверг, а некоторые спонсорские и маркетинговые мероприятия могут проводиться уже в среду. Внутри пять дней подряд практически расписаны по минутам.
«Каждый год расписание все загруженнее и загруженнее, нужно что-то делать, – признал Карлос Сайнс после присутствия на шоу-открытии Гран-при Вегаса. – Уик-энды начинаются все раньше и раньше».
«Думаю, люди просто не осознают эту вещь – насколько же напряженный каждый момент с той секунды, когда мы вхожим в паддок, до отъезда в воскресенье ночью, – высказался гонщик «Альпин» Пьер Гасли. – Только в обеденное время у нас есть возможность вернуться в отель и сделать короткий звонок семье или девушке – и все. Спишь, просыпаешься, идешь на трек, приступаешь к работе – встречам, разговорам с инженерами и стратегами, поискам еще одной тысячной секунды. Очень длинные дни, в которые нам трудно даже перевести дух, а люди, мне кажется, считают, что все проходит размеренно».
Команды и гонщики традиционно не детализируют расписание из соображений корпоративной закрытости и секретности и описывают его только в общих чертах, но в паддоке присутствует много постоянных работников, которые все видят и запоминают. Один из них – австралийский фотограф Ким Ильман – ведет блог о работе на Гран-при и делится подобными замечаниями из-за кулис. И в одном из видео он составил стандартное расписание гонщика – по тому, как видел, куда, когда, кто и зачем идет.
Например, расписание четверга – на треке нужно быть уже в 8:45 утра!
Встают в 8 те, кому удастся попасть в отель недалеко от автодрома. Не каждому и не всегда удается – иногда из-за небольшого количества номеров, иногда – из-за удаленности от входа. Тогда ребята встают еще раньше.
В расписании есть: встреча с pr-командой, прогулка по треку, подгонка сиденья, фанзона, встреча с обладателями вип-пропусков, интервью, съемки контента для соцсетей, автограф-сессия, спонсорские фотосъемка и ужин, брифинги с прессой… Расписаны даже требования к одежде – на некоторые активности обязательно переодеваться. На отдых – 45 минут в середине дня и полчаса на массаж или разминку в комнате пилота. Неудивительно, что многие опытные пилоты не ходят на прогулки по знакомым трекам или ездят по ним на велосипедах! Некоторые же пытаются совместить этот процесс с первым брифингом по возможным настройкам и стратегиям.
В пятницу день начинается на час раньше, поскольку на трек нужно прибыть к 8:30 и успеть позавтракать перед встречами с инженерами и визитом в паддок-клаб (для встречи с корпоративными партнерами команды). Затем легкий перекус, разогрев и переодевание – в 11:30 по местному времени начинается первая сессия за рулем. После нее – ланч, совмещенный с брифингом, и короткая передышка на полчаса. Затем более полноценная встреча с инженерами перед второй практикой, вновь разгорев и подготовка – и в 15:00 по местному вторая тренировка. После нее – разговор с прессой, повторение перекуса под диалоги с инженерами, передышка, 45-минутная сессия разговоров с ТВ-каналами, ужин в зоне отдыха команды под финальную встречу с инженерами и отъезд с трека ориентировочно в 20:45. Но в случае проблем с машиной пилоты обычно задерживаются на дольше – «Мерседес» временами постит Хэмилтона сидящим на брифингах до полночи или часа ночи.
А иногда на трассах близ баз команд гонщики могут начинать утро пятницы с сессии на симуляторе – на Гран-при Великобритании «Мерседес» и некоторые другие команды такое временами и проделывают. И нагружают расписание еще сильнее!
Суббота базово повторяет пятницу, только вместо четвертой практики – квалификация, а после нее намного больше церемониала, интервью, общения с прессой и фанатами. При этом для особенно важных вип-гостей встречи с пилотами запланированы даже перед самой квалификацией за 15 минут до начала подготовки! Потому если гонщик откажется от совмещения обедов и ужинов с брифингами, половина общения с инженерами просто отвалится.
Только в 18 часов в субботу у пилотов выпадает свободное часовое окошко, когда над машиной все равно нельзя работать – если в квалификации нет проблем и не требуется сложных обсуждений стратегии, они могут передохнуть. После следует новый блок интервью, ужин и диалоги о плане на воскресенье – с плановым отъездом с трека в 20:40 (редко кто укладывается).
В день гонки нет утренних практик, потому можно немного отоспаться в случае поздних вечерних обсуждений – прибытие на трек запланировано уже в 9:30. Зато намного больше шоу-активностей: часовые спонсорские мероприятия в паддок-клабе (кстати, пилотам за них платят– от 5 до 50 тысяч евро) и парад пилотов – больше двух часов в сумме!
Только затем перекус, подготовка и следование на установочные круги и стартовую решетку. Затем – церемония гимна и последние подготовки перед стартом от разминки до сверки стратегии. Далее – двухчасовая гонка, а после нее – 2,5 часа церемоний, проверок, пресс-конференций, интервью всевозможным телеканалам, съемки для соцсетей команды и экстренные сборы. Ведь финал Гран-при – в 16:00 по местному времени, а в 18:30 уже нужно выдвигаться в аэропорт для перелета на следующий этап.
И это только «стандартный» уик-энд без форс-мажоров. Домашний этап, особый ивент, спринтерский этап или просто новый заезд с шоу-открытием и валом спонсорских задач только расширит расписание.А если у автодрома сложности с логистикой, то выезжать на него придется раньше, а прибывать в отель – позже. Вышеописанная занятность – абсолютный минимум.
Причем в список не попали интервью для съемочной команды Netflix – на этапах Drive To Survive снимают либо в отелях, либо не всех гонщиков сразу, и в паддоке не видно, кто сейчас особенно занят, но в реальности свободного времени на отдых и работу с инженерами еще меньше.
Так что работа за рулем действительно занимает около 20% всего времени пилота. И так 22-24 недели!
«Я люблю ту часть, где пилотаж. Это я делаю лучше всего. А все остальное вокруг не люблю. Постоянно повторяю себе: «Еще пару лет». Интервью, росписи, встречи со зрителями… Очень много, но это нужно делать – люди хотят видеть своего кумира», – раскрывал отношение к расписанию Макс Ферстаппен. Ему все надоело еще в 25 лет.
«У меня было очень много маркетинговых обязательств, очень много переездов, – комментировал причины паузы в карьере в «Ф-1» Алонсо. – Я вымотался ментально, а не физически устал от пилотажа. В «Ф-1» каждый день живешь в одном и том же: методы достижения результата – единственная тема, о которой говоришь 24 часа в сутки. Тебя бесят даже простые вещи вроде протоколов на стартовой решетке или церемония национального гимна, и прочие штуки – ведь они расцениваются как пустая трата времени в те моменты, когда нужно готовиться к старту, прогревать мотор и все остальное».
И расписанию пилотов «Формулы-1» удивлены даже топовые тенисистки, которые, казалось бы, большую часть состояния зарабатывают спонсорскими контрактами, дополнительными активностями и постоянными перелетами с турнира на турнир!
«Льюис Хэмилтон делает очень много перед гонкой. Я была в Майами и видела некоторые спонсорские мероприятия с ним – и просто не могла поверить в такое большое количество ивентов и интервью. Как ему вообще удается просыпаться и выполнять всю работу, когда он тратит столько энергии? Простое доказательство, что он звезда и не устанет побеждать. Особенным его делает и вся та ответственность, которую он несет», – удивлялась Мария Шарапова в подкасте Armchair Expert
Действительно – чем известнее, медийнее и титулованнее гонщик, тем больше у него дел за пределами трека. А по маркетинговой активности с нынешним «Мерседесом» трудно сравниться: в одном только Вегасе команда сняла трехэтажный клуб на 3500 тысячи вип-гостей, вложила в это дело $11 млн и ожидала выручку в 38 млн по самым минимальным оценкам.
Естественно, все эти люди заплатили за билет от 11 тысяч долларов в том числе и за возможность встретиться с Хэмилтоном. И примерно то же самое было и в Майами – до Вегаса именно флоридский этап удерживал рекорд по вип-посетителям. И в остальные Гран-при проще, но уже не слишком: рост популярности «Ф-1» вызвал и увеличение числа спонсоров вместе с соответствующими контрактными мероприятиями, и требования к времени на автограф-сессии, и на посещения фан-зон, и на внимание к вип-гостям в паддок-клабе. Примерно то же самое происходит неделя за неделей.
Просто не существует другого такого вида спорта, где один человек в течение четырех отчетных дней выполнял бы столько работы, а затем на следующей неделе повторял бы все в точности. С перелетами на разные части планеты и между континентами. Иногда по три уик-энда подряд.
Обратная сторона успеха начала нажимать на «Формулу-1».
Гонщиков «Ф-1» спасут от жары и обмороков дырой для охлаждения в болиде. Ее запрещали из-за «паранойи команд» Сколько зарабатывают команды «Ф-1»? А на что тратят? Чемпион – не самый богатый? Сколько зарабатывают гонщики «Ф-1»?
Фото: Gettyimages.ru/Mark Thompson, Clive Mason, Dan Istitene, Jared C. Tilton; East News/AP Photo/Vincent Thian; Panoramic/Keystone Press Agency, IMAGO/Eibner/Memmler/Global Look Press