!Осторожно! Дальше неразбавленная обсценная лексика.
Комар подходит справа, со стороны поликлиники. Идёт себе, хмурится на замерзающие лужи, руки по локоть в карманах. Губы то кривятся в разговоре с собой, то замирают в улыбку наоборот. Патлы развеваются по ветру. Сам весь, как будто не от мира сего.
Башар, наполовину проглоченный, копается под капотом старенькой Нексии. Комару издалека видно только, как торчат наружу короткие толстые ноги, обтянутые джинсой и кусок тулова, вырвавшегося из-под куртки на волю. Белые кроссовки его ослепляют.
Флегмат сидит внутри, на водительском; барабанит пальцами по рулю, иногда высовывает в окошко короткостриженую голову для советов Башару. От них видимые части Башара трясутся. Смеётся. Флегмат тоже улыбается, засовывает голову обратно.
- Продам я её нахуй, Ром! – доносится, как запах, голос Башара из-под капота, - Два года нормально отходила. А сейчас мозга начинает ебать. Сто писят тыщь прошла и всё, посыпалась, блядина – по краям гнить начала, масло жрёт. Только все стойки поменял, ремень ГРМ заскрипел, сука! Я заказал у армян, на Скобянке. Знаешь автосервис? На следующей должен прийти. Лишь бы не уебал, гондон, а то клапанам пизда, все погнёт нахуй.
- А чек-то чего у тебя горит? – подмечает Флегмат.
- Да он то горит, то не горит, Ром – оправдывается Башар, - Как дождь, снег, то всё пиздец! Моргает. Чуть подсохнет и как не было! Хуй пойми чего.
- Там на бронепровода влага попадает, поэтому и загорается. Здорова, Комар! – Флегмат вылезает с водительского навстречу подошедшему Комару.
- Дарова, бандиты! – пародируя Данилу Багрова, изображает Комар. Тянет костлявую лапу Флегмату. Из-под капота на секунду выныривает, улыбаясь, круглая азиатская физиономия Башара:
- Здорова, Диман!
- Здорова, здорова, - повторяет Комар, - Башар, ты бы хоть копилкой не светил. Жопу разожрал из штанов вываливается. С поликлиники видно.
Башар не разгибаясь одергивает куртку, которая тут же задирается обратно. Флегмат скалится, достаёт из нагрудного кармана пачку сигарет.
- Ага, так намного лучше, – говорит Комар и отвешивает лёгкого пинка Башару, - Дай и мне сигаретку, что ли, Ром.
- Ты ж бросал? – Флегмат выбивает из пачки две штуки, одну втыкает в зубы, другую протягивает Комару.
Пока пацаны курят, Башар заканчивает подкапотные дела, вытирает натруженные пальцы о замызганную тряпку. С хрястом опускает крышку.
- Ну чё, поедем может? До темна бы желательно обернуться.
- А то мамка заругает? – ехидничает Комар.
- Ага, заругает. Фары хуёво горят. Ближний еле светит, - отвечает Башар и швыряет тряпку в рожу Комару. Комар нелепо дёргается, уворачиваясь. Тряпка повисает у него на плече. С омерзением, словно это змея, срывает и кидает во Флегмата. Ловкий Флегмат налету хватает тряпку и со словами: «Ты охуел?!» идёт в рукопашную. Тщедушный Комар поспешно отступает.
- Это, кстати, труханы башаровские, мудачок. Теперь ты сифа! – ржёт Комар, убегает и запирается на переднем пассажирском.
- Детский сад, блядь, - усмехается Башар, - Дай мне эту хуйню, Ром.
Башар забирает тряпку, прячет в карман. Садится на водительское место. Флегмат обходит машину, стучит по стеклу:
- Вылазь, давай!
- На заднее садись, - не соглашается Комар, - Зашкваренный.
- У меня коленки упираться будут. Вылазь, последний раз говорю.
Комар сквозь стекло показывает Флегмату средний палец, но всё же, нехотя, выбирается наружу, пересаживается на заднее сидение. Флегмат садится вперёд. Хрипит зажигание, машина трогается.
- Башарио, твоя помойка хоть не развалится? – спрашивает Комар.
- Да не должна, - пожимает плечами тот, - Тормоза уйти могут только.
- Куда уйти?
- Ну провалиться.
- И чего будет?
- Ничего не будет, тормозов в том числе.
- А ну тогда ладно, - успокаивается Комар, - Включи радио. Далеко ехать?
- Да не особо, если не встрянем на съезде, - Башар включает магнитолу, ловко крутит баранку, размахивая локтями. Нексия медленно выруливает по улице, вкусно хрустит лужами, покрытыми тонким слоем льда, словно суп жиром.
- Слышь Ром, - подаётся вперёд неугомонный Комар, - Посвяти в детали плана?
- Меньше знаешь, дальше едешь, - отрезает Флегмат.
- Да ладно тебе. Прям секрет такой? Хочешь, я сам накидаю?
- Ну давай, - хмыкает Флегмат.
- Спалили, небось, торчка с весом и на счётчик выставили, - раскладывает Комар, - Он лавэ собрал, мудилка, и ждёт тебя, ненаглядного.
- Ну, типа того.
- Ахах! Все вы, мусора, одинаковые.
- А вы все, торчки, прям разнообразные, - не обижается Флегмат, - Только вот нет лавэ у мудилки.
Комар примолк на минутку, задумался.
- Так, и чего мы тогда?
- Ничего. Приедем, узнаешь.
- Значит, кошмарить будем, терпилу? – мрачно соображает Комар, - Филки вытрясать. А мы с Башаром, типа, быками выступаем?
- Ага, вы быки те ещё, пиздец! – заржал Флегмат, - Один полтора метровый татарин...
- Я башкир!
- Ну, башкир. Другой – задрот патлатый. Он обосрётся, конечно, со страху.
- Вообще-то я полтос от груди жму, - надувается Комар.
- Короче, - отрезает Флегмат, - Он колёс триста штук должен отдать. Мы с Башаром поднимемся, заберём. А ты, Комар, посветишь внизу на всякий, мало ли что.
- Понятно. А чего хоть за колёса?
- А я ебу? Розовые такие.
- Со смайликами? Хотя похуй! – Комар двигается ближе, умничает, - Сейчас спрос превышает предложение. Люди за пандемию настрадались без торчева. Только солевых долбоёбов почему-то расплодилось, сука, как мышей. А колёс-то давно не было. Так что улетят, как с белых яблонь дым, к гадалке можешь не ходить.
- Чего по деньгам-то получится, Дим? – перебивает Башар, - Стоит хоть суетиться?
- Раньше по восемьсот за одно было, сейчас по рублю уйдут нехуй нахуй! Бля, Башар, чего за ебала играет? Есть другое радио?
- Да тут не ловит, ни хуя! – Башар для подтверждения тыкает пальцами в магнитолу, - Дорожное срадио только. Выключить?
- Оставь, хуй с ним. На-а-а ма-а-а-леньком плоту! – подвывает Комар, - Блять, как же заебал! Хоть бы ещё одну песню сочинил. На чём я остановился? А, ну да! Таким образом, за триста штук… Поровну рвём бабки, Ром?
- Поровну, – кивает Флегмат, - Здесь направо съезжай, Камиль, на дублёр.
- Итого, - продолжает Комар, - Математическое ожидание составляет по сотке на человечка. Как-то так. Купишь себе новые коврики, Башар, в помойку свою. А ты, Ром, кокарду позолоченную.
- Да погоди ты шкуру делить, - усмехается Флегмат, - Продай сначала. Сам-то куда потратишь, Комар? Ленку на море свозишь?
- Ага, свозишь, - кривится Комар, - На эти копейки?
- Слышь, Ром! – ошалел вдруг Башар, - Тут прикол был, ты ща ахуеешь!
- Давай.
- Короче, идём мы тут, пару дней назад. Да не перебивай ты, Комар, заебал! С Морозом младшим идём, значит, в гараж к нему колпаки старые забрать. Мороз говорит, давай в бристоль зайдём за сигаретами. Заходим, короче, а там этот мудень, - показывает на Комара, - На кассе с Ленкой стоит.
- Та-ак, интересно, - улыбается Флегмат, цыкает на Комара, который пытается вставить слово. Комар демонстративно закатывает глаза, откидывается на сиденье.
- Ну мы подходим тихонечко, - продолжает Башар, - Ухажёр этот нас не видит, втирает Ленке:
- Елена, говорит, обратите внимание. Не, даже не так! Елена, вынужден обратить ваше внимание! – Башар старательно копирует Комара, - Что качество этих зажигалок оставляет желать лучшего. Посмотрите, говорит, какой люфт у кнопки. И берёт, короче, одну зажигалку за другой, кнопочные, понял? И давай, на серьёзных щах, щёлкать перед Ленкиным ебалом. Мы с Морозом чуть не обоссались там.
- Да ладно? – ржёт Флегмат.
- Ну, а потом такой ещё! – Башар снова рисует манеру Комара, - Вы знаете, Елена, мне придётся написать замечание в жалобную книгу. Прикинь?! Ах-ах! – Башар сам уже скисает от смеха, - Тут уж мы с Морозом не выдержали. Заорали, как кони, Комар аж подскочил!
- А Ленка?! – плачущим голосом спрашивает Флегмат.
- Ленка пунцовая. В подсобку убежала! А-ха-ха! Ну, Диман, ты конечно…
- Всё? – тихо спрашивает Комар с заднего, - Закончил, мудила?
- Закончил, - подтверждает, хихикая, Башар.
- Погоди, погоди, Дим! – влезает Флегмат, - Объясни-ка нам. Это подкат такой, типа?
- Да нет, просто…
- Просто ты, душный мудак, решил доебаться до зажигалок?
- Да нет, блядь! Вы, дураки, не поняли ничего, - объясняет Комар и сам уж лыбится, - Я на уши подсел, ну, разболтать для начала,
- Так, а дальше? – изображает серьёзную заинтересованность Флегмат.
- Ну, а потом на другую тему съехать, типа.
- Это на какую? – спрашивает уже Башар, - Дальше стал бы гондоны мерить, по одному? Проверять не люфтят?
Башар и Флегмат взрываются хохотом.
- Ой, да пошли вы на хер, ребят, - ржёт, не умеющий всерьёз злиться, Комар, - Такие знатоки, пиздец.
- Да уж куда нам до тебя, Диман! – никак не может успокоится Флегмат, - Вот здесь где-нибудь паркуйся, Камиль. Приехали.
Башар паркуется на въезде в глухой тёмный двор. Унылый пейзаж серых панельных пятиэтажек, следы асфальта на земле, скупая растительность. В общем, обыкновенная окраина Мордора. На улице безлюдно, как на футбольном поле зимой.
- Прикольно здесь, - подмечает Флегмат, - Как в Сайлент Хилле.
- Трёхселище, - ориентируется на местности Башар, - У меня тётка недалеко живёт.
- Вас, татар, где только не встретишь, - бурчит Комар, как всегда нахмурившись, - До всюду добрались.
- Я башкир, - уточняет Башар, придирчиво разглядывая кроссовки.
- Ну что, погнали? Вон тот дом, – Флегмат показывает пальцем направление.
- Пару сигарет мне оставьте, - клянчит Комар.
- Одной хватит, - Флегмат протягивает сигарету, - Мы быстро.
И пошли с Башаром в сторону одного из домов.
- Биба и Боба, - хмыкает Комар, глядя в удаляющиеся спины пацанов. Чиркает зажигалкой, прикуривает, - Хуль ты, хуторя-а-а-а-нка-а!
Комар напевает, оглядываясь по сторонам. Взгляду решительно не за что зацепиться. Чтобы развеется и не замёрзнуть, он решает прогуляться до подъезда и обратно.
- Девчо-о-ночка смугля-я-а-а-нка-а! – Комар подходит к подъезду, в утробе которого скрылись друзья. Разворачивается, желая сделать ещё одни рейс.
Вдруг, словно из-под земли, в пределах видимости, вырисовываются три серые фигуры. Сутулые, словно орангутанги, фигуры явственно двигаются в сторону Комара.
«А вот и аборигены», - тоскливо ноет внутри Комара. Он в тщетной попытке старается раствориться в тенях скупой растительности рядом. Аборигены тем временем замечают пристывшего Комара и целенаправленно двигаются навстречу.
«Сука, орки сраные!» - злится в глубину себя Комар, чтобы не раскиснуть сразу под первым взглядом, словом. Не выдать место своё в пищевой цепочке, не показать страха, скрутившего водоворотом кишки. Тогда тут же почуют звериным в себе, бросятся, разорвут.
- Здарова, ёпта! – обращается ближний из материализовавшихся рядом с застывшим Комаром, видимо, альфа орк, - Заблудился что ли?
Простоватое его лицо украшает хищная, всегда готовая лопнуть хохотом, ухмылка. В светлых навсегда прицеленных, глазах искрится не ум, но приобретённая, какая-то блатная хитровыебанность. Другие орки, помельче. Один бритоголовый с шапкой гандонкой на макушке. Другой – длинный, сутулый, с капюшоном по ноздри, как инквизитор. Лица их выражаются предвкушением насилия.
«Ну всё, пизда рулям», - причитает про себя Комар, с надеждой вглядываясь в пустые подъездные окна, - Здарова! Да нет. Так тут, проездом…
- Чё ты, один значит?
- Да… то есть, нет. С пацанами, – совсем уж мямлит Комар, - Они отошли на пару минут.
- С пацанами, - повторяет местный житель, - И чё за пацаны?
- Да вы их не знаете, - Комар бессознательно начинает пятиться, - Мы по делам заехали.
- По каким делам? В глаза смотри, сука! – остальные орки загоготали, - Здесь все дела через меня решаются, понял, гондон?!
- Ну, тогда хорошо, что пришёл! – неожиданно, особенно для себя, вываливает Комар, впервые в полную силу посмотрев на упыря. Долю секунды на обыкновенно безобразном лице орка застывает мысленный излом, но тут же обрушается в привычный хмурый оскал, - Чё, ты там, бля, сказал?!
Договорить он не успевает. Комар, словно прыгая в прорубь, вложив всю тщедушную комариную ярость, по баллистической траектории боковым правым вонзает кулак в красноватое от холода гоблинское ухо. Скорее от неожиданности, местный сыпется на жопу. Оставшиеся, волками кидаются на Комара, валят с ног, начинают месить. Тут из подъезда, словно выстрелянное из пушки ядро, вылетает Башар. Жирной хищной молнией сбивает с ног одного из орков. Тут же кидается на другого и начинает с татарской, точнее башкирской, в общем, с азиатской жестокостью его лупить. Первый орк, атакованный Башаром, спасается бегством на четвереньках, стремительно эволюционируя из четвероногого в прямоходящего.
Следом появляется Флегмат. Подбегает к поднимающемуся уже альфачу и начинает поставленными методичными ударами уничтожать его лицо. Комар будто ошпаренный, отскакивает от земли, подлетает к Флегмату и начинает пинать опять упавшего на землю чувака, пока его не останавливает Флегмат. Башар благородно не добивает лежавшего в позе эмбриона противника, подходит к пацанам. Хватает Комара, с тревогой разглядывая его.
- Диман, ты как? Живой?
- Живой нахуй! – Комар бешеный, скидывает руку Башара с плеча, - Хуле так долго?!
- Тебя на минуту оставить нельзя, - улыбается спокойный Флегмат, - Башар, ты своего не убил хоть? – кивает в сторону лежачего эмбриона.
- Да нет, - смеётся Башар неуверенно, - Притворяется.
Как будто в подтверждение его слов, эмбрион воскресает, вскакивает и стартует с места. Оставшийся орк ползает по земле, пытаясь подняться.
- У-у, сука! – Комар с размаху всаживает ботинок ему в рёбра, пресекая попытку.
- Тише ты, Комар! По-другому ответит, – Флегмат кивает на лежащее тело, каменеет лицом, - Башар, тачку подгони.
Башар уходит. Флегмат и Комар поднимает терпилу с земли.
- Пацаны, не надо, - мычит тот распухшей, словно покусанной пчёлами, головой.
- Рот закрой! – Флегмат коротким тычком расслабляет клиента. Он мешком повисает в руках.
Башар тем временем подгоняет Нексию, открывает багажник. Флегмат и Комар с помощью пинков и подзатыльников загружают аборигена внутрь. Закрывают багажник, садятся в машину. Башар включает радио.
- Но что-то кони мне попались при-и-ви-редли-вы-ы-е! – хрипит Комар, подпевает, - Посмотри, Ром. Не сильно распухло? – Комар вытягивает шею, демонстрируя боевые потери на лице. Флегмат внимательно осматривает физиономию Комара.
- Башка не кружится?
- Нет. Губу, суки, разбили, - Комар елозит языком по разбитой губе, морщится.
- Ну это нормально, Дим. До свадьбы с Ленкой заживёт. Ты мне вот, что скажи, - хохотнул Флегмат, - Ты чего там за джихад устроил?
- Я устроил?! – кипит Комар, - Да я стоял, никого не трогал. Уроды эти подвалили.
- Чего хотели-то?
- Да хуй знает! Доебались типа, ты чего здесь, с кем?
- А ты?
- Ну, я и въебал этому, петуху дырявому! Когда понял к чему идёт, – Комар щупает нос, поочерёдно зажимает пальцами ноздри, продувает через них воздух, - Тут остальные мутанты навалились. Йододефицитные, блядь!
- Да, да! – перебивает Башар, - Я из окна в подъезде видел, когда спускался. Диман ка-э-эк уебёт хмырю, он аж на жопу сел!
- Ахах! Ебать, ты храбрый, Комар! – смеётся Флегмат, - Как Д’Артаньян. Жаль, я не видел! Смотрю только Башар вниз рванул! Орёт: «Комара пиздят!». Ну и я следом.
- Да хуле делать-то было, - лыбится довольный Комар, - Хорошо вы подсуетились вовремя. А то бы всё, пиздец, прихлопнули Комара.
- Конкретно про что спрашивали? За колёса не говорили? – становится серьёзным Флегмат.
- Не, просто местное мудачьё. За территорию поясняли, псы ёбаные. И как такими пидарасами вырастают?
- Вот здесь хорошее место, - кивает Башар на окно, - Лесок небольшой, фонарей нет.
Нексия останавливается на обочине. Парни выбираются из машины, открывают багажник. Абориген затравлено выглядывает изнутри.
- Ну всё, приехали. Конечная для тебя, гондон! – глумится Комар, - Вылазь, нахуй!
- Пацаны, ну не надо! – начинает блеять терпила, сворачиваясь, вжимаясь вглубь багажника.
Флегмат без лишних сантиментов рывком за шкирку выдёргивает чувака наружу, толкает в спину.
- В лес иди, сука!
Тот нехотя плетётся в сторону посадки, спотыкаясь, поскальзываясь на подмёрзшей грязи.
- Всё, стой! Лезь в яму! – Флегмат кивает на неглубокий овраг, заросший косматыми кустами и загаженный бытовыми отходами.
- Пацаны, не надо. Я денег отдам сколько скажете. Всё отдам, - вытаскивает из карманов мобильник, денежную мелочь, смятые купюры, ключи. Роняет на землю.
- Поздняк метаться, пидор! – орёт Комар, - Лезь в яму! Парни, я за лопатами.
Терпилоид совсем скисает, теряет дар речи, тупо мотает разбитой башкой, отрицая происходящее.
Вдруг Башар замечает свои некогда белые кроссовки все изгвазданные грязью и, приходя в бешенство, подлетает к обречённому.
- Сука, гондон ты с кефиром! – шумит Башар, начинает буйно, но не сильно лупцевать его по тулову, - Мы тебя ща живьём закопаем, пидораса!
Чувак под яростным градом ударов сваливается, наконец, в яму и замирает, свернувшись на дне среди мусора.
Комар и Флегмат сгибаясь от беззвучного смеха, зажимают рты ладонями. Башар выбирается из ямы. Все потихоньку ретируются.
- Пиздец, блядь! – ругается Башар, - Все кроссы уебал из-за мудака! Неделю назад взял!
- Да, не мороси, Башарио, – всё смеётся Комар, - Отмоешь или новые купишь. Джорданы! Только колёса пристроим.
Внезапно Комар останавливается. Умирающе спокойным голосом спрашивает:
- Рома, ты таблетки не потерял?
Флегмат тоже останавливается. На лице его леденеет тревога. Лихорадочными резкими движениями, словно сбивая огонь, хлопает себя по бокам. Суёт руку за пазуху, успокаивается.
- На месте, не ссы.
Пацаны выбираются из леса, садятся в машину. Нексия движется по дороге, освещая хмурый тёмные окрестности. Внутри играет дорожное радио.