19 августа 1981 года в Москве состоялось закрытое совместное заседание Правительства и Политбюро, где было принято окончательное решение о создании Группы специального назначения "Вымпел" (ныне Управле́ние «В» ЦСН ФСБ Росси́и) для выполнения заданий за рубежом. Приказы о проведении подобных операций мог отдавать только Председатель КГБ СССР и только в письменной форме. Сейчас на сайте Управления выставлен список Легенд ГСН "Вымпел". Туда внесены не только легенды "Вымпела", но и её исторические зачинатели. В немногочисленном списке мы обнаруживаем Марину Ивановну Кирину.
Из книги Шварева Н.А. "Асы нелегальной разведки" (М., 2014):
"Кто-то из видных деятелей однажды сказал, что артист не может быть в одночасье разведчиком, но каждый разведчик обязательно должен быть артистом. В истории советской и российской разведки известны разведчики, которые были и послами чужих стран в чужих странах, и бизнесменами, и гангстерами, и просто уличными торговцами, как, скажем, «молочница» Марина Кирина на улицах Вены".
Марина Ивановна Кирина... уроженка села Кинель-Черкассы и учительница сельской школы в деревне Трудовая Солянка Кинель-Черкасского района Самарской области.
Марина Ивановна Кирина родилась 21 февраля 1913 года в селе Кинель-Черкассы Самарской губернии в бедной крестьянской семье. Ну так то Мария Ивановна. При рождении она была наречена Марией. Имя впоследствии было изменено. Но мы с начала повествования будем уже придерживаться имени Марина.
Вскоре началась Первая мировая война. Её отец крестьянин Иван Кирин был мобилизован и в 1915 году в село пришло сообщение о его гибели. Марина осталась без отца.
Вскоре ее мать, молодая и красивая женщина, была просватана своими родителями за вдовца с детьми. Марина попала в чужую многодетную голодную семью, в которой через несколько лет у нее появились еще две сестренки. Росла она сама по себе и, как и положено сироте, стала рано взрослеть. Большую часть времени она проводила в семье отца. С четырех лет она находилась, по сути, на попечении родственников отца. У отца остался родной брат, у которого были свои сыновья. Вот они, дядя и братья, и стали её новой семьей...
Как-то, играя с соседскими ребятами, она забрела в старую, покосившуюся избу сельской школы. Марина стояла перед сельской учительницей босиком, в старом заплатанном платье. Обратившись к учительнице, она сказала, что хочет учиться.
– Ты ведь еще мала, – ласково ответила учительница. – Рано тебе к нам, девочка. Тебе небось еще и шести лет не исполнилось. И чья же ты будешь?
– Да это Ивана Кирина дочь, сирота, – ответил за нее школьный сторож. – Примите ее, Анна Ивановна. Пусть уж со всеми ходит. Здесь хоть под присмотром будет. Авось и ума-разума наберется. В жизни сгодится.
Марина была принята в школу, хотя ей не исполнилось еще положенных семи лет. Учение легко давалось Марине почти по всем предметам: она любила литературу, математику, историю, географию, по которым получала почти одни «пятерки». А вот немецкий язык у девочки не пошел (как вспоминала сама Марина Ивановна). В школе немецкому языку она обучалась у поволжского немца. Легко читала, переводила, быстро запоминала слова и целые фразы. Но с произношением были большие проблемы. И вообще Марина считала, что немецкий язык ей не нужен. Ну зачем в Кинель-Черкассах немецкий?!
В 1929 году Марина окончила среднюю школу-девятилетку и поступила в педагогический техникум в Бугуруслане. В техникуме была принята в комсомол. Однако уже через год её отправили работать в сельской школе. Тогда был дефицит образованных людей и обучение было скоротечным. В деревне Трудовая Солянка близ Кинель-Черкасс Марина учила грамоте детей, организовывала курсы ликбеза для взрослых, помогала создавать первые в Поволжье колхозы и первые комсомольские ячейки на селе. Являлась редактором колхозной стенгазеты. Вместе с другими учителями ставила спектакли, в которых играла главные женские роли, выступала на сельских сходках, агитировала за колхозы, а потом до полуночи сидела за ученическими тетрадками.
Однажды на пленуме райкома комсомола секретарь сказал ей:
– Ты не засиживайся долго у окна. А то вот в соседнем селе кулаки убили учительницу из обреза. Такую же молодую, как ты…
Директор сельской школы, в которой она работала, посоветовал девушке продолжать учебу. Случилось так, что в 1932 году родного дядю Марины по отцовской линии направили на учебу в Москву, и он взял с собой племянницу. Марина поступила на подготовительные курсы Института новых языков (с 1934- Московский Педагогический Институт Новых Языков; с 1935- Московский Государственный Педагогический Институт иностранных языков), где начала изучать... немецкий язык. В 1933 году она была зачислена на первый курс института и получила комнатку в общежитии на Стромынке. Прожить на студенческую стипендию было нелегко, одновременно с учебой приходилось подрабатывать, и Марина вместе с однокурсниками разгружала вагоны. Работала делопроизводителем при рабфаке. Как итог, Марина полюбила немецкий язык, нашла в нем мелодичную струну, изучение немецкого превратилось для нее в удовольствие. Марине повезло: ее учителем стал швейцарец и друг Ленина Фриц Платтен, выдающийся деятель международного рабочего движения (в 1938 году арестован и погиб в лагерях в 1942 году при невыясненных обстоятельствах).
На третьем курсе Кирину пригласили в ЦК ВЛКСМ и предложили поработать пионервожатой в школе для детей политэмигрантов. Там она не только по-настоящему освоила немецкий язык, но и глубоко постигла немецкий менталитет. Там же она познакомилась с выдающимися немецкими писателями-антифашистами, членами Коминтерна В. Бределем, Э. Вайпертом, Ф. Вольфом.
Был в ее отряде один мальчик из Германии по имени Миша Вольф – сын известного драматурга Фридриха Вольфа, немецкого коммуниста. С приходом Гитлера к власти Фридрих Вольф был вынужден эмигрировать из Германии и получил политическое убежище в Советском Союзе. Его сын, Миша Вольф, как звали мальчика в отряде, отличался упорством в учебе и был душой коллектива. Пройдут годы. Марина и Маркус станут друзьями на всю жизнь.
Впоследствии Ма́ркус Иога́ннес Вольф (Markus Johannes Wolf) — начальник Главного управления разведки Министерства государственной безопасности ГДР ("Stasi") в 1958—1986 годах, генерал-полковник государственной безопасности.
В июле 1937 года Марина Кирина, заканчивавшая Московский педагогический институт иностранных языков, сдавала государственные экзамены. Ей было уже объявлено распределение в одну из средних школ Свердловска преподавателем немецкого языка. Однако через два дня после сдачи последнего экзамена ее неожиданно пригласили в отдел кадров института, где, как сказали Марине, с ней намеревался побеседовать «один ответственный товарищ». В кабинете начальника с девушкой встретился человек в гимнастерке с синими петлицами. Он сказал, что комсомол института рекомендует ее на работу в НКВД, где нужны люди с безупречным знанием немецкого языка.
Кстати, поступала в институт Мария Кирина, а диплом получала... Марина Кирина.
В августе 1937 года Марина Кирина по комсомольскому набору была направлена на работу в Московское управление НКВД. Марина прекрасно владела немецким языком и первоначально занималась переводом и анализом секретных материалов германского посольства в Москве, которые добывали чекисты.
Позже последовали более сложные задания: встречи с агентурой, получение информации, анализ и обработка агентурных донесений…
Однажды, задолго до рассвета, Кирину вызвали в управление. Накануне она закончила работу далеко за полночь, едва успела прилечь, и вот снова вызов. В кабинете у начальника Московского управления НКВД уже собрался почти весь оперативный состав. Начальник кратко объявил: Германия напала на Советский Союз, началась война.
Вскоре Марина увидела первого в своей жизни нациста. Это был гитлеровский летчик, сбитый нашими зенитчиками в небе над Москвой. Причем не простой летчик, а племянник командующего германским люфтваффе Г. Геринга. Марине было поручено допросить немецкого аса. На допросе пленный фашист вел себя вызывающе. На все вопросы отвечал презрительной ухмылкой. В первые дни войны гитлеровцы верили в свою скорую победу, их авиация господствовала в воздухе. Летчик так ничего и не сказал.
Осенью 1941 года положение советской столицы стало угрожающим. Враг подошел к стенам Москвы. Москва перешла на осадное положение. Чекистами создавались оперативные группы для выполнения особо важных заданий командования в Москве на случай ее оккупации, а также в тылу врага. Марина Кирина была назначена связной в одну из таких групп, которой предстояло действовать в Калуге. Но этот вариант не потребовался...
Весной 1943 года по заданию руководства управления Марина Кирина вместе с группой оперативных работников НКГБ выехала в спецлагерь для военнопленных. Он размещался в бывшем санатории железнодорожников недалеко от города Иваново, у деревни Войково. Помимо Ф. Паулюса и еще 23 немецких генералов в спецлагере содержался плененный высший генералитет гитлеровских союзников: итальянцы, румыны, мадьяры.
Кирина работала одним из переводчиков генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса, бывшего первого обер-квартирмейстера главного штаба сухопутных сил Германии. В интересах советского командования было склонить фельдмаршала на нашу сторону с тем, чтобы он выступил с обращением к солдатам вермахта. Уже летом 1943 года он стал членом Национального комитета «Свободная Германия» – политического и организационного центра немецких антифашистов, созданного на территории Советского Союза по инициативе компартии Германии. В 1944 году Паулюс одним из первых германских генералов подписал воззвание к немецкому народу с призывом не довести страну до катастрофы (Фридрих Паулюс оставался в плену в Советском Союзе до 1953 года, а затем возвратился в Германскую Демократическую Республику, где жил до своей кончины в 1957 году).
Закончилась война. Перед внешней разведкой органов государственной безопасности стояла задача разобраться с агентурным аппаратом в Германии и Австрии. Германский отдел внешней разведки остро нуждался в опытных чекистских кадрах, свободно владевших немецким языком. Марина Кирина идеально соответствовала этим критериям: она имела достаточный опыт чекистской работы и знала немецкий язык как родной. Легкий акцент и славянская внешность заставляли думать ее собеседников-немцев, что она родом из Судетской области: в соответствии с потсдамскими договоренностями, из этого района Чехословакии переселялись в Германию проживавшие там до войны два миллиона немцев. Многие из них оказались на положении беженцев, и среди них было нетрудно раствориться советской разведчице.
Вскоре начальник Московского управления вызвал к себе Кирину и заявил ей:
– Ты очень хорошо справляешься со своими служебными обязанностями. Единственный твой недостаток в том, что ты женщина. Мы думаем перевести тебя в другое подразделение.
В середине 1945 года Марина Кирина была переведена на работу в управление нелегальной разведки.
В 1946 году она выехала в свою первую служебную командировку в Австрию.
В соответствии с послевоенным устройством мира в Европе, Австрия, как и Германия, была разделена на четыре оккупационные зоны. Соответственно была разделена и столица государства Вена. Разведчица Кирина работала под прикрытием сотрудницы Аппарата политического советника при Советской военной администрации в Австрии. На берегах голубого Дуная она провела более пяти лет.
«По молодости ничего не страшно, – рассказывала Марина Ивановна. – Там, где появление мужчины вызвало бы подозрения, посылали меня. Шла я бесстрашно, повторяя про себя: раз надо, значит, сделаю любой ценой. Вернусь или нет – неважно, ведь это тоже война, здесь мой фронт». А иногда эта молодая, элегантная женщина преображалась в молочницу. Белый кружевной передник, эмалированный бидон, мерная кружка… Кто бы заподозрил в ней грозного «агента МГБ»? «Мильх, мильх!» – раздавался в венских дворах звонкий голос Марины.
Марина Ивановна любила музыку, прекрасно танцевала, хорошо пела. Она искала и находила друзей нашей страны, от которых затем поступала важная информация. «Плох тот разведчик, который не приобретает для своей страны новых друзей», – таким был ее девиз. И действительно, в Австрии, куда она затем вернется в начале 1960-х годов, у нее останется много верных и искренних друзей.
После завершения служебной командировки в Австрию Марина Ивановна некоторое время работала в центральном аппарате разведки, в ее немецком отделе.
И вот новая командировка – на этот раз в Представительство КГБ СССР при Министерстве госбезопасности ГДР. В Карлсхорсте, где располагалось представительство, Кирина проработала долгих шесть лет. Не раз оперативные дела приводили разведчицу в Западный Берлин, где она встречалась с ценной агентурой, которая по своему положению не имела возможности посещать столицу Германской Демократической Республики. Кирина принимала личное участие в мероприятиях по организации нелегальной разведки в ФРГ и через нее в других западных странах.
Вполне возможно, что и в контакте со своим старым знакомцем, "Мишей" Вольфом...
В декабре 1952 года Маркус Вольф был назначен руководителем внешней разведки ГДР. По словам самого Вольфа, в конце 1953 года за рубежом работали двенадцать внедрённых агентов и ещё тридцать — сорок человек готовились к внедрению. Долгое время Маркуса Вольфа называли на Западе «человеком без лица», поскольку с 1950-х годов западным разведывательным службам не удавалось добыть фотографию главы разведки ГДР, благодаря чему Вольф мог относительно свободно перемещаться по Европе.
Один из руководителей советской внешней разведки, генерал Павлов, хорошо знавший Марину Кирину, следующим образом оценил ее работу в ГДР:
«Хорошее знание Германии, немецкой истории и культуры, приобретенное еще в институте, обогащенное в военное время общением с немецкими военнопленными, в том числе с Паулюсом, а затем в Австрии, помогало Марине Ивановне высококачественно проводить мероприятия по подготовке разведчиков и агентов, внедрявшихся за рубеж».
После возвращения из ГДР Марина Ивановна некоторое время вновь трудилась в центральном аппарате ПГУ КГБ. В 1965 году ее направили в третью, исключительно сложную загранкомандировку, в которой разведчица проработала до 1971 года. Группа, в которую она входила, обеспечивала деятельность разведчиков-нелегалов в странах Западной Европы и США… По долгу службы Марине Ивановне довелось выезжать во многие европейские страны, выполнять ответственные задания разведки.
За успешное выполнение ответственных заданий в августе 1970 года она была награждена знаком «Почетный сотрудник государственной безопасности».
В 1972 году полковник Кирина вышла в отставку. Ее работа в органах государственной безопасности была отмечена высокими наградами. Среди них – ордена Красной Звезды и «Знак Почета» (1987), медали «За отвагу», «За боевые заслуги» и многие другие.
Выйдя на заслуженный отдых, Марина Ивановна долгое время принимала непосредственное участие в подготовке молодых разведчиков-нелегалов, являлась активным членом Московской Региональной общественной организации «Ветераны внешней разведки».
По всем монографиям, Марина Ивановна Кирина скончалась в декабре 2002 года в Москве. Однако на официальной странице движения "Бессмертный полк России" значится, что Кирина умерла 30 апреля 2002 года.
М.И.Кирина: «Единственный твой недостаток в том, что ты женщина», — сказал как-то мне начальник. Но жизнь убедила меня в том, что он был не прав. Очень часто женщина может то, что мужчине не по плечу».
ИСТОЧНИКИ:
- Антонов В.С. Женские судьбы разведки. Вече, 2012 г.
- Павлов В.Г. Женское лицо разведки. ОЛМА-ПРЕСС, 2003 г.
- Гриднева Т. Переводчица для фельдмаршала Паулюса. Самарская газета от 02.07.2023
- https://polkrf.ru/veterans/kirina-marina-ivanovna-494330
- Инязовцы в разведывательной деятельности страны