Турецкое слово «ферман», означающее государственное распоряжение или указ, подобный тем, что издавались в Османской империи, перешло в курдский язык.
«В ультрареалистической перспективе Киссинджера государство и только государство могло служить легитимным или функциональным проводником внешней политики, а жизнь, опыт и страдания людей, живущих в таких государствах, существующих под пятой их власти, были ничтожны – они могли считаться лишь пустой тратой времени. Неудивительно, что лишенные гражданства курды пережили самый мрачный период в своей кровавой истории именно в эти годы, прошедшие под знаком надменного, отстраненного руководства Киссинджера...»
Турецкое слово «ферман», означающее государственное распоряжение или указ, подобный тем, что издавались в Османской империи, перешло в курдский язык. Оно укоренилось в курдском диалекте, на котором говорит религиозное меньшинство езидов, как синоним массового убийства или геноцида. Османский «ферман» предшествовал геноциду около 1,5 миллионов армян во время Первой мировой войны; езиды, в свою очередь, обычно говорят о 74 «ферманах» или кампаниях массовых убийств и попыток истребления своего народа, оказавшегося в бедственном положении, кульминацией которых стал геноцид 2014 года, совершенный бандформированиями ИГИЛ*.
Как следует из самого термина, централизованные государственные распоряжения слишком часто приводили к таким последствиям, как резня, или попыткам истребления религиозных и этнических меньшинств Ближнего Востока. Но в XX веке, в эпоху реальной политики и гегемонии США, когда великий государственный секретарь Америки Генри Киссинджер председательствовал, сидя в своем высоком кресле и взирая на поле боя, как божество с закрытыми глазами, массовая гибель людей происходила как по случайности, так и по умыслу. В ультрареалистической перспективе Киссинджера государство и только государство могло служить легитимным или функциональным проводником внешней политики, а жизнь, опыт и страдания людей, живущих в таких государствах, существующих под пятой их власти, были ничтожны – они могли считаться лишь пустой тратой времени. Поэтому неудивительно, что под отстраненным и надменным руководством Киссинджера лишенные гражданства курды пережили самый мрачный период своей кровавой истории. Один из литераторов назвал эти времена «безжалостным процессом, исполненным лжи, в результате которого сотни тысяч курдов были убиты и стали беженцами на собственной земле».
Киссинджер мирно скончался в возрасте 100 лет в своем доме в Коннектикуте. Но многие миллионы курдов продолжают жить в скорби и трауре. Они бесправны, их преследуют неустроенность и отчаяние. Они проводят каждый день в условиях, которые определял подход Киссинджера к Ближнему Востоку, как и многие другие простые люди в странах «третьего мира», где США стремились добиться абсолютного влияния, чтобы доминировать, и делали это любыми средствами – вплоть до одобрения и содействия правому, националистическому государственному насилию и геноциду. Они были готовы на всё, лишь бы не смириться с риском роста коммунистического влияния или даже избрания социал-демократических правительств, стремящихся идти третьим путем, вдали от Вашингтона.
Отношение Киссинджера к иракским курдам – хрестоматийный пример подобной позиции. Под влиянием Киссинджера иракские курды рассматривались, как стратегический актив, и США использовали национальные чаяния этого народа и обоснованный страх курдов перед насилием со стороны Ирака, Ирана и соседних государств. Под эгидой Киссинджера американская поддержка иракских курдов всегда была временной. Отказ от этой помощи и последующие массовые убийства до 185 000 иракских курдов были восприняты Киссинджером с усмешкой и недоверием масштабам трагедии.
Если эта фраза – «временный, тактический и переходный период», – звучит знакомо, у вас возникают подобные ассоциации потому, что именно в таких выражениях США публично описывали свои отношения с сирийскими курдскими силами, преуменьшая значимость этих контактов даже тогда, когда курды были их ключевыми партнерами в борьбе с ИГИЛ. И, конечно, эта поддержка была исчерпана под давлением Турции. В 2019 году это привело к убийству сотен и перемещению сотен тысяч сирийских курдов, езидов и христиан, живущих на границе с Турцией. Знаменитая сентенция Киссинджера – «тайные действия не следует путать с миссионерской работой», – получила широкое распространение после этого очередного предательства.
С точки зрения подхода в стиле «реальной политики» можно сказать, что Киссинджер прав. Курды и их союзники не могут рассчитывать на то, что интересы паранойяльного, жаждущего власти гегемона совпадут с их национальными чаяниями. Интересы курдов противоречат потребностям авторитарного регионального партнера США – Турции, особенно принимая во внимание проект децентрализованного межэтнического сотрудничества, проходящего испытание огнем в курдских и соседних регионах северной Сирии. Курды усвоили этот урок за столетие предательств, а их сирийские представители дали понять, что не ждут «миссионерства» от своих бывших партнеров из США и будут продолжать идти своим путем, насколько это возможно в жестких рамках, ограниченных политикой великих держав. В предсмертные дни Османской империи слово «ферман» приняло новое значение – геноцид. Теперь «внешняя политика США» стала синонимом предательства и убийств невинных под эгидой Киссинджера.
Автор это текста, Мэтт Брумфилд, – журналист-фрилансер, поэт и активист. Он пишет для VICE, Medya News, New Statesman и New Arab; его проза публиковалась в журналах The Mays, Anti-Heroin Chic и Plenitude, а поэтические образцы его творчества – в Национальном поэтическом обществе, Independent и Bare Fiction. Его работы можно было прочесть в Лондоне благодаря усилиям организации Poetry on the Underground. Он стал молодым поэтом года по версии Foyle.
* - террористическая организация, запрещена в РФ
Источник: anfnews.ru