Глава третья. Приключения в ночи. Продолжение.
- Ну, приятель, - чуть отдышавшись, спросил спутник, - объясни, во имя Сета, чего тебе приспичило ввязываться в эту драчку?
Был он среднего роста, широкоплеч, с мощными руками, свисавшими почти до колен, с солидным брюхом, бритый наголо и, благодаря учащенному дыханию, с устойчивым запахом пива, хлеба, чеснока и лука.
- Да, я, вообще-то и честно говоря, еще раздумывал – а не дать ли вот тебе, под шумок и за компанию, пинка под зад, но вот этот осел, почему-то, решил заступиться за тебя, ну и втянул меня во все вот это мерзкое безобразие.
Даже темной ночью было видно, как у египтянина вытаращились глаза, отражая мыслей не особенно хороших, затем раззинулась яма рта, из которой уже торчали ругательства, но последовал глубокий вдох , и неожиданно для обоих, раздался оглушительный хохот, от которого цикады на дереве притихли, а в нескольких дворах остервенело залаяли собаки. Хохотал египтянин оригинально - не сгибался в пояснице как обычно, а наоборот, откидывался назад и запрокидывал лицо кверху.
- Ну, ты веселый парень, - пророкотал он и с размаху дружески ударил странника по плечу.
Не успевший увернуться, странник с трудом удержал равновесие, сделав несколько спотыкающихся шагов и, скривившись, почесал плечо.
- Ладно, нечего нам торчать здесь, как шакалу на гробнице, а то принесет стражу, забодай их священный баран и утопи священный Хапи. Что-то я чувствую сильную жажду, да и, честно говоря, вспотел я после этой беготни. Тут недалеко знаю я одно местечко, может, раздавим по кувшинчику пивка?
- Что? – не поверил ушам странник. – Что ты сказал?
- Я говорю – пивка по жбанчику-другому – ты как на это смотришь?
- У вас есть пиво?
- Ты что, дружище, еще с великого похмелья? Так ты будешь пиво? Холодненькое, в кувшине запотевшем?
- Вот! Ну, наконец-то и прозвучала первая и единственная здравая мысль за целый день! У вас здесь и взаправду душновато, - ответил странник, всей кожей чувствуя липкую и пыльную духоту египетской ночи, - только у меня на пиво, увы,…пш-ш-ш… ну именно сегодня и ни одной купюры, как назло.
- Ладно, ладно, я угощаю. Знаю я тут одно местечко недалече хромой Менуфер должен мне. Энеджеб меня зовут.
- А я вот, Говорящий молча. Чем занимаешься Энеджеб – как зарабатываешь хлеб насущный.
- Да, все больше с народом и людьми дела имею.
- Жулик что ли? Или просто прохиндей?
-Да, нет – палач я.
Бродяга подскочил чуть не на два локтя и поперехнулся:
- Чего?!
- Чего-чего – рублю людям руки, головы и ноги. Ну, там, сажаю на кол, вешаю на дыбу, порку, кто нуждается задаю – короче за порядком наблюдаю.
- Да такими ручищами бошки откручивать весьма сподручно.
- Да, ты не тушуйся – ежли что обслужим с нашим вам удовольствием – общительно и радушно сообщил Энеджеб, - Вот Менуфера третьего дня так хорошо пропарил, что он бодрей вскочил, чем лег - обещался пивом угостить. А мне что – я, ж для хорошего человека уж расстараюсь. Я все для людей.
Мило беседуя, новые друзья отправились к хромому, и везучему на друзей, Менуферу за пивом.
- А ты кто? Ручки у тебя тонкие, пальцы длинные – писец, наверное?
- Писец? Да, пожалуй, писец. И еще смотрец, или глядец.
- Ты, я вижу, веселый человек. С тобой не заскучаешь!
- Да уж, повеселитесь, это точно. Слушай, а что это там за дебош у тебя получился?
- Да понаехали всякие черномордые, нормальному роме уж и прохода нет
- Точно! Понаехали тут… черно .. пые…
- Как, как, как? Чего? Какие - такие, жопые? – как вкопанный остановился кузнец. – Чере…через что .опые?
- Да, да, через нее.
- Черно…жо…черно .. пые? Га-га-га! А ведь точно, черно .. пые. Надо ребятам рассказать - умрут от смеха! А что ты там говорил про нумидийцев и что за животная такая - лошадь?
-Да, друг Энеджеб, похоже, я тут с вами влетел по-крупному. Ну, это такая домашняя зверюга, типа осла, только чуток побольше.
