Последний комендант Бастилии маркиз Бернар-Рене Жордан де Лоне настойчиво добивался этой должности, уверяя, что создан для нее и имеет все права на это место по своему происхождению. Дело в том, что его отец тоже был бастильским комендантом во времена регентства. Де Лоне родился в Бастилии и, по его словам, получил от отца все правила и наставления, необходимые для безупречного управления крепостью.
В октябре 1776 года его мечта сбылась: Бастилия была передана под его начало.
Вступив в должность, де Лоне отяготил не только заключенных, но и персонал крепости самыми мелкими придирками. Его главным пороком была скупость. Чтобы вернуть сторицей те деньги, которые ему пришлось заплатить за место, он продавал все: казенные дрова, хлеб, одежду и мебель. Когда число заключенных уменьшалось, а вместе с тем падали и его доходы, он жаловался и просил прислать новых арестантов. Его ненавидели не только узники, но и бастильские служащие.
Интересные подробности об управлении Бастилией при де Лоне содержатся в письме одного из узников по имени Пелиссери:
«…Уже семь лет я заключен в Бастилии. В моем печальном жилище зимою ужасный холод, дров для топки отпускается крайне недостаточно и они очень сыры; конечно, комендант распоряжается так из одного человеколюбия, чтобы умерить жар огня и заморозить пылкие чувства заключенного, мечтающего о свободе! Летом я вдыхал воздух только через окно, просверленное в стене, толщиною в пять сажен и заделанное двойными железными решетками… С 3 июня 1777 года до 14 января 1784 года у меня была самая дурная постель; матрас был так изорван, источен червями, наполнен сором и пылью, что я никогда не мог на нем спать, а плохой соломенный стул, из самых простейших, у которого спинка входила внутрь сиденья, заставлял невыносимо страдать плечи, поясницу и грудь.
Чтобы сделать ужаснее неприятности подобного положения, зимой мне отпускали воду только вонючую и испорченную, какая бывает в реках при разлитии; ее брали, конечно, из рвов Бастилии, куда, как известно, выливаются разные нечистоты из квартир Арсенала и замка.
К довершению всех жестокостей… мне давали самый отвратительный хлеб, от которого мне сильно нездоровилось; вместо положенного обеда и ужина я получал мешанину из всякой дряни, мне давали остатки кушаний от господ и слуг, часто вонючие, отвратительные, засыхающие и гниющие в кухонных шкафах…»
Между тем с Пелиссери обходились не строже, чем с другими заключенными, о чем имеются свидетельства в бастильских документах и записках других узников.
Вместе с тем де Лоне был преданный служака и храбрый офицер. В день штурма Бастилии восставшим народом 14 июля 1789 года он имел в своем распоряжении всего лишь 32 швейцарца, 82 инвалида и 15 пушек. Но даже с этими ничтожными силами де Лоне сумел продержаться почти 12 часов. В последние минуты он хотел взорвать пороховой погреб вместе с собой и всеми, кто находился в крепости, и безусловно сделал бы это, если бы гарнизонные солдаты не вырвали горящий факел из его рук.
Над ненавистным комендантом Бастилии восставшие учинили зверскую расправу. Его подняли на штыки, а потом отрезали голову. Тело де Лоне, брошенное его убийцами в канаву, куда-то исчезло.
Только полгода спустя какой-то солдат принес семье коменданта часы убитого и некоторые другие драгоценные вещи. Однако он категорически отказался объяснить, каким образом они попали к нему.