Привет всем, кто читает мои истории
Дамы, сидящие на лавочке, сердито смотрели все в разные стороны.
Погода была уж больно хорошей, чтобы сидеть дома, но лед еще не везде растаял, и гулять было скользко. Вот они и спускались во двор, усаживались на лавочку, отвернувшись друг от друга.
Раньше их звали бабками, но в нынешние времена это было не полит корректно!
Друг друга они церемонно называли по имени-отчеству, даже когда их речи просто сочились ядом.
Сухая, как щепка Ольга Романовна и сегодня поздоровалась так, будто покусала своих соседок.
- Здравствуйте, дорогие мои сверстницы!
Она знала, что пухленькая Светлана Георгиевна и очень пухленькая Людмила Геннадьевна недолюбливают такое обращение. Обе дамы считали, что Ольга над ними издевается. Обе выглядели старше, чем худенькая соседка.
Ольга Романовна постелила на лавочку свернутый плед.
"Костями боится уколоться", - фыркнула про себя Людмила, которая могла без подстилки и на камнях сидеть вполне комфортно.
Дамы еще немного поязвили и замолчали. Но сидеть просто так им было скучно, и разговор снова начал то вспыхивать, то угасать. Темы были избитые. Говорили про семьи. Про политику - как без нее. Говорили про домашних питомцев.
Ольга Романовна живность дома не одобряла.
- Не в деревне живем, - был ее обычный довод.
Светлана и Людмила с ней спорили. Вот и сегодня.
- Да если хотите, моя Душечка просто благодетельница для птиц! – горячо воскликнула Людмила Геннадьевна.
- И чем это позвольте полюбопытствовать, она их одаривает? Тем, что сидит взаперти и не ест? – ехидно поинтересовалась противница в споре.
Людмила подняла глаза к своему окну. Ольга машинально последовала взглядом за ней.
За стеклом окна на втором этаже была видна вышеупомянутая Душечка. Шикарная персиянка растянулась, грея животик под весенним солнышком.
Людмила заулыбалась, взглянув на кошку.
- Так все-таки – чем ваша кошка так уж полезна птицам? – настойчиво повторила Ольга Романовна.
Кошка за стеклом как почувствовала, что говорят о ней. Она повернулась, села и от души зевнула. А потом начала мяукать. Рот ее раскрывался и закрывался. Звука слышно не было, но было похоже, что Душечка зовет хозяйку домой.
- А вот я вам сейчас покажу! – воскликнула Людмила.
Она встала с лавочки, немного охнув, и направилась домой.
В дверях подъезда она обернулась:
- Сейчас. Рано немного, но пускай.
Оставшиеся на лавочке невольно переглянулись.
Минут через десять Людмила снова появилась на улице. В руках у нее был мешочек. Она вынула из него солидный комок кошачий шерсти.
Торжествующе показав его соседкам, дама отошла к ближайшему дереву и намотала шерсть на ветки. Потом она вернулась к лавочке и помахала кошке, наблюдавшей за ней из окна.
- И зачем это? – спросила подозрительная Ольга.
- Для гнезд, - ответила Людмила. – Птицы растащат шерсть, и птенчикам будет тепло и уютно. Рановато еще, - повторила она, - но я снова Душечку расчешу и еще потом принесу. Так что есть от моей лапушки птичкам польза.
Ольга Романовна недоверчиво покосилась на комок.
Дамы еще немного посидели, потом церемонно попрощались и разошлись.
Ольга поднялась к себе на третий этаж. Пора было обедать. Занимаясь в кухне приготовлением к обеду, она услышала оживленные переговоры воробьев.
Чего это они расчирикались вдруг?
Ольга подошла к окну и увидела, что птички снуют около того дерева, на которое соседка повесила шерсть от своей Душечки.
Ольга пригляделась. Довольно-таки солидный комок уменьшился почти вдвое. Она подумала – снесло ветром, но пролетевший мимо окна воробей явно нес в клюве клочок.
Ольга покачала головой. Надо же! Скоро шерсти на дереве не осталось совсем. Воробьи не считали, что рано. Они, видимо, уже вовсю готовились заводить птенцов, и чинили гнезда.
На их суету из своего окна смотрели и Людмила Геннадьевна с Душечкой. Они обе улыбались. Хозяйка довольно, а кошка снисходительно.
Ей было не жалко вычесанной шерсти. Она линяла и новая отрастала совершенно не хуже старой. Душечка любила, когда ее расчесывают!
Она спрыгнула с окна, и с намеком посмотрела на хозяйку.
Людмила рассмеялась и надела варежку.
Душечка довольно урча, растянулась на диване и закрыла глаза. Хорошо…
И ей, ну и птичкам, заодно...