Лабиринт плыл себе и плыл в космической тьме, никак не желая разрушаться, цельный и живой, невзирая на все катаклизмы, всех всадников апокалипсиса и всевозможные пророчества, как положительные, так и отрицательные.
Море лабиринту было по колено, несмотря на все происходящие в нем события.
Лишь некоторые строители-звездочеты грустили и говорили, будто что-то явно идёт не так. Другие им отвечали: ну и пусть идёт как идёт, всё равно, дескать, мы все тут временно.
Так продолжалось до тех пор, пока дозорный-бездельник, который сидел на восточном краю, свесив ноги в бездну, не увидел надвигающийся прямо на них второй лабиринт.
- Мы не одни во Вселенной! - закричал дозорный. - Какое чудо!
О том, что это чудо, думал он недолго, потому что понял, что если встреченная планета будет двигаться им навстречу с той же скоростью, то столкновение неминуемо.
Десятки строителей побросали работу, вытащили из секретных сундуков подзорные трубы и театральные бинокли. И прибежали на восточный край смотреть на встретившийся им в космосе второй лабиринт.
Относительно вероятности столкновения сразу хочу отметить, чтобы читатели не волновались. Она, эта вероятность, равнялась строго нулю, ибо за этим тщательно следили Наблюдатели. Именно они следили за потоками космических ветров и направляли два лабиринта друг к другу, чтобы два мира встретились и начали как-то взаимодействовать.
А вот чтобы какие-то планеты столкнулись или даже маленькие миры перевернулись вверх тормашками - это не в интересах Наблюдателей. Не потому, что они такие уж добрые. А просто во время катастроф и хаотических изменений в пространстве у них развивается аллергический насморк и громкое чихание - всё из-за частичек поднявшегося после мировых разрушений мусора и звездной пыли.
Насморк никому не нравится. И Наблюдателям тоже.
Тем временем, строители, глядя на соседний лабиринт, зависший рядом с их собственным, родным, диву давались. Очень странно там всё было устроено. Тамошние обитатели дома и не строили свои дома, и после этого их не разрушали.
В нашем лабиринте крыши у домов были по большей части остроконечные.
А на соседней планете-лабиринте домов и вовсе было мало, а те, которые были, местные жители не строили и, уж тем более, на разрушали. Вместо таких абстрактных действий они рисовали на стенах своих домов разноцветные кружочки и яркие треугольники.
Немного подождав, с соседнего лабиринта перекинули на наш веревочную лестницу, чтобы прийти к нам в гости. Незнакомцы явно отличались дружелюбным и любознательным характером. Чего нельзя сказать о нас, то есть о строителях - каждый из строителей на всякий случай продолжал держать в руке строительную лопату (мало ли) и фигу в кармане.
Жители соседнего лабиринта, одетые в яркие клоунские одежды, весело прыгая и играя на неизвестных у нас музыкальных инструментах, перешли по лесенке над космической бездной и приветствовали строителей.
Это были послы. На строителей они совсем не походили, скорей уж, на клоунов.
И лабиринт их даже издалека казался ярким, похожим на цирк.
Надо сказать, что иноземцы вели себя вежливо, всем восхищались, охали и ахали. Проходя мимо нашей тюрьмы для беглых преступников и зоопарка для невинных животных они умерили свое восхищение, но и порицать нас не стали.
Обитатели соседнего лабиринта умели жонглировать мандаринами, ходить на руках, спать днем и бодрствовать ночью. Они отличались веселым нравом, ничего не планировали наперед, как мы, то есть строители. Погостив у нас неделю, почти ничего не выпили и не съели, чем привели нашего главного завхоза в недоумение. И даже вызвали у него некоторую зависть.
Послы или гости, кем бы они не были, ушли обратно на свою планету. Поскольку веревочную лесенку, соединяющую два мира, убрали не сразу, за ночь на соседний лабиринт сбежали сорок восемь строителей. Шутка ли? Ведь ничего строить и разрушать там не надо, можно только петь, плясать и жонглировать мандаринами. Видимо, строители справедливо решили, что можно закончить свою строительную карьеру и переквалифицироваться в клоунов. А новый год не зазорно и на новом месте жительства встретить.
Наблюдатели же просто были рады, что при встрече двух таких фундаментально разных миров не случилось межпланетного конфликта. И на том спасибо, как говорится.
А лабиринты тем временем потихоньку разлетелись в разные стороны. Пути у них были строго индивидуальные, а черный чудовищный космос со своими звездами и яркими туманностями взирал на подобного масштаба события молча. Поэтому о том, что он об этом подумал, никому до сих пор и не известно.
