В предыдущей статье, дорогие товарищи, мы с вами рассмотрели события 10 марта 1814 года, когда союзная стотысячная армия в основе своей состоящая из русских солдат и офицеров под командованием фельдмаршала Блюхера продолжает Генеральное наступление на Париж. У Наполеона был выбор: либо вести свою основную армию к Парижу и защищать столицу, либо зайти в тыл наступающим союзникам, перебить их коммуникации и возбудить в тылу союзников народную войну. Наполеон выбрал второй вариант.
И мы с вами продолжаем внимательно следить за развитием событий...
*
*
Итак, на дворе у нас 11 марта 1814 года. Как мы с вами хорошо помним, французский маршал Ней накануне осадил крепость Витри и продолжает осаду. Наполеон оставил Нею две пехотные и две кавалерийские дивизии. Сам же с остальной армией двинулся к Сен-Дизье, городку, расположенному в 30 километрах восточнее.
Авангард Наполеона так резко появился, что захватил в плен несколько сот человек, не ожидавших столь внезапного появления здесь неприятеля.
В этот же день на рассвете выступил и французский маршал Макдональд со своими 2-м и 7-м пехотными корпусами. После поражения при Арси, артиллерийский парк Макдональда медленно отступает и находится в 30 километрах западнее Арси. Прикрытие отходящего парка поручена французскому генералу Амею. Задача: сопровождать парк сначала на север до деревни Плёр, а потом свернуть на восточную дорогу. Амей же свернул на западную дорогу. Получилось так: парк ушёл на восток, а Амей на запад. Эта чудовищная халатность генерала Амея стоила того, что весь макдонольдов артиллерийский парк попал в руки союзников. Русская лёгкая кавалерия Ожаровского приняла весь парк тёпленьким. Вот это удача! Когда французские артиллеристы и сапёры парка, около пятисот человек, увидели неприятельскую кавалерию, они попытались было обороняться. Построились в каре и решили дать бой. Ожаровский удивлён, что артиллеристы не хотят сдаваться: выхода у них просто нет. Или плен или порубают всех до единого. Но французские артиллеристы настроены решительно и заняли круговую оборону, не желая сдаваться.
— А ну подкинь им пару гранат, — приказал Ожаровский начальнику своей конной артиллерийской роты.
К французам прилетели несколько гранат и начали взрываться в непосредственной близости от зарядных ящиков. Каким-то чудом ящики не сдетонировали. Эффект этот оказался столь психологически устрашающим, что французы, побросав пушки, взяв с собой только лошадей, пустились наутёк.
Четырнадцать пушек было захвачено. Остальные двенадцать «загвожденны», то есть испорчены. В запальное отверстие вгонялся гвоздь и вытащить его оттуда становилось трудной задачей. Вытащить, конечно, можно, но нужно приложить немало усилий и точно тащить пушку в ремонтную мастерскую. Кроме того, Ожаровским захвачено триста человек пленных. Погуляли на славу. Ожаровский позже указал в рапорте, что в успехе сего дело отличился его адъютант капитан Зыбин.
*
А между тем корпус маршала Макдональда подошёл к Витри. Маршал Ней, осаждавший Витри, снялся с лагеря и двинулся следом за Наполеоном к Сен-Дизье, а Макдональд сменил его у Витри и продолжил осаду крепости.
Между тем союзники не ожидали столь дерзкого манёвра от Наполеона. Они не ожидали, что Наполеон двинется в их тылы. Союзники рассчитывали добить Наполеона на Оби.
*
В это время казаки генерала Тетенборна перехватили французского связного. При нём оказалось письмо особой важности от самого Наполеона в Париж. Вот это удача, так удача! Ни каждый день в руки союзников попадает письмо от самого Наполеона. Пакет срочно отправили в штаб Главной союзной армии фельдмаршала Блюхера.
Фельдмаршал распечатал и прочитал письмо, а там...
Не будем же спешить, дорогие мои товарищи, в следующих статьях мы с вами узнаем, что было в этом письме, а на сегодня заканчиваем...
>А вот и следующая статья<, дорогие товарищи.