Вы плохо переносите автомобиль?
Кинетоз - состояние, которое может возникнуть во время или после поездки на любом виде транспорта: автомобиле, самолете, поезде или корабле. Кто-то называет это укачиванием. Человека начинает укачивать, когда мозг получает противоречивую информацию о положении тела. Например, во время поездки на машине тело не двигается, а внутреннее ухо и глаза фиксируют движения. Из-за такой путаницы человеку может стать плохо.
Кинетоз встречается у каждого третьего человека. И хотя болезненное состояние может коснуться каждого, у женщин риск выше. Эстроген, основной женский гормон, влияет на укачивание.
Если вы почувствовали симптомы кинетоза:
- сфокусируйтесь на горизонте или на неподвижном объекте, который находится далеко от вас;
- не двигайте головой, обопритесь о спинку сиденья;
- избегайте резких запахов и не курите;
- съешьте что-нибудь. Погрызите крекеры или сухарики, выпейте холодной воды, можно газированной, главное ― без кофеина. Облегчить состояние и избавиться от тошноты поможет имбирь, его можно добавить в воду, например.
А я советую путешествовать поездом! Поездка по железной дороге подарит вам уникальную возможность без зазрения совести посвятить несколько часов чтению, время от времени поглядывая на попутчиков и пейзаж за окном. Писатели тоже любят поезда, уносящие их персонажей в неизвестное будущее. К тому же есть шанс завязать в поезде неожиданное знакомство...
Десятка лучших романов для чтения в поезде:
● Антония Байетт. Обладать.
● Агата Кристи. Убийство в «Восточном экспрессе».
● Грэм Грин. Стамбульский экспресс.
● Себастьян Жапризо. Купе смертников.
● Патриция Хайсмит. Незнакомцы в поезде.
● Кристофер Ишервуд. Труды и дни мистера Норриса.
● Бен Лернер. 22:04.
● Эдит Несбит. Дети железной дороги.
● Жорж Сименон. Поезд.
● Этель Лина Уайт. Леди исчезает.
Тошнота!
Ивлин Во Возвращение в Брайдсхед
Что может быть хуже тошноты? Просим прощения за грубость, но поскольку без рвоты от нее не избавишься... Давайте. Не стесняйтесь.
Мы отвернемся.
Вы дрожите, вы вспотели? Вас все еще немного мутит? Почистите зубы, прополощите горло и примите горизонтальное положение.
Обложитесь подушками, накройтесь одеялом, суньте под бок грелку и уймите дурноту изысканной прозой Ивлина Во.
Ивлин Во умеет как никто возвращать читателя на твердую почву. Он мягко возьмет вас за руки, приподнимет на цыпочки, чуть подержит и снова опустит. В этом ему нет равных.
С первой же страницы романа «Возвращение в Брайдсхед» — хвалебной песни привилегированному классу - мы видим, как писатель создает методом повтора эффект устойчивого равновесия. «Тогда я подумал», а через пару строк — «теперь я думал». «Четверть мили» в одной части предложения - «четверть мили» в другой. Смысловые повторы («еще недавно были» — «еще виднелись») ведут нас вперед точным танцевальным шагом. Точки с запятыми обеспечивают короткие ненавязчивые паузы, позволяющие насладиться красотой мгновения; запятые - плавность и вихревое движение повествования. Ритм действия не замирает ни на секунду: «Через полчаса мы были готовы и через час тронулись». Как ваше самочувствие?
Проза Во — это грациозный танец, а сам писатель — искусный партнер, кружащий вас по залу.
Ой! Не нервничайте. Если боитесь, что тошнота вернется, продолжайте читать. Именно рвота свела Чарльза, нашего рассказчика, с одной аристократической семьей, с которой его на протяжении многих лет будут связывать глубокие напряженные отношения.
В бытность студентом Оксфорда Чарльз жил в комнатах на первом этаже с видом на внутренний дворик. Однажды Себастьян, сын лорда и леди Брайдсхед (юноша был «волшебно красив той бесполой красотой, которая... словно звонкая песня, зовет к себе любовья), все еще не расстающийся со своим плюшевым мишкой, выпил лишнего и, проходя незадолго до полуночи мимо окна Чарльза, перегнулся через подоконник в комнату, куда его благополучно и стошнило. «Выбор» молодого аристократа не разозлил Чарльза. Напротив, он великодушно усмотрел трогательную «чистоплотность наизнанку в том, как Себастьян в своей крайности поспешил к открытому окну». Когда на следующий день, вернувшись к себе после лекций, Чарльз увидел заваленную цветами комнату и записку с приглашением на обед, он проникся к Себастьяну еще большей симпатией. Вскоре героя закрутил водоворот богемной жизни. Он попал в мир, где гостей потчуют бекасиными яйцами, - в мир красоты, волнующих впечатлений и чужих семейных проблем, в мир, озаривший его молодость и наградивший разочарованиями.
Однако жизнь и художественная литература сотканы именно из таких необыкновенных знакомств, перерастающих в дружбу. Если бы Себастьяна не стошнило в комнату Чарльза, тот никогда не посетил бы Брайдсхед, не познакомился бы с его «немыслимо обаятельны ми» сестрами, не ступил бы в «таинственный, очарованный сад», перенесший его, пусть на короткое время, в счастливое детство, которого у него не было.
Так что возблагодарим тошноту, Себастьянову и вашу. А Ивлина Во — за то, что вам стало лучше.
Наша поездка подошла к концу!)