Наташа шла по узкому коридору, пропахшему старым гнилым деревом и кошачьей мочой, стараясь не делать ни одного лишнего шага в сторону.
Как по тропе жизни.
(Господи помилуй, Господи помилуй, Господи помилуй)
Главное никуда не смотреть и ничего не касаться. Кругом грибок!
Ксения, уткнувшись матери во вспотевшую от страха подмышку, спала беспробудным сном младенца. Умаялась в долгой дороге. На пятки жене, в прямом смысле слова, наступал не менее дезориентированный муж.
"Жуть средневековая... — подумал он и набрал в лёгкие побольше воздуха, чтобы совсем не дышать носом."
Отодвинув рукой длинные в пол звенящие висюльки, родители неуверенно сделали первый шаг в бревенчатую избу.
Комната оказалась очень светлой. Деревянный пол был покрашен, во вселяющий надежду янтарно-жёлтый цвет, а стены из бруса оказались насыщенно зелёными. Создавалось впечатление, что человек находится не в помещении, а где-то на лоне природы, причём в безветренный солнечный полдень.
"Как на поляне в лиственном лесу... — подумала Наташа и начала успокаиваться."
— Ну заходите, присаживайтесь.
Навстречу молодой семье поднялась молодая и очень красивая женщина.
— Меня Марина зовут.
Голос еë был мелодичен и спокоен.
Открытое, чистое лицо, ровный тонкий аккуратный нос, глаза бездонные как само синее небо... Всё говорило о том, что хозяйка своей внешности цену знает.
Волосы у неё были забраны под косынку, но шаловливые выбивающиеся из-под неё вьющиеся ярко рыжие пряди, выдавали генетическое превосходство над среднестатистической женской массой.
Ведунья внимательно осмотрела вошедших, заглянув каждому в душу через распахнутые окна их взволнованных глаз.
Пауза затянулась.
— Это за что же вас так свекровь не любит? — неожиданно, спросила Марина чуть потеплевшую Наташу.
Та вздрогнула всем телом и как-то сжалась сидя на табуретке.
Витя начал обливаться холодным потом, как после утренней пробежке в парке, которую он никогда не пропускал.
— Подожди, дай угадаю. Она считает, что ты своему мужу плохая партия? Верно?
Наташа нервно кивнула и потупила глаза в весёлый жёлтый пол.
— Говорит, что ты для него старая. Какая разница у вас в возрасте? Года три? Не больше.
— Два с половиной... — промолвил за жену Витя.
У Наташи произошла краткосрочная потеря дара речи.
— Понятное дело, была бы ты ещё старше, она бы отравилась собственным ядом и умерла бы от интоксикации. А так — это просто ещё один повод для раздражения. Но всё равно в совокупности работает.
Наташа действительно жила вместе со свекровью в малюсенькой двушке и перспектив обзавестись своей жилплощадью у неë пока не было. Муж стоял на родном заводе в очереди на жильё с момента их свадьбы, но квартиры в новостройках получало пока лишь главное руководство предприятием и только иногда начальники цехов. Что уж говорить про рядовых инженеров? Приходилось существовать с мамой вместе.
— Что с ребёнком? — спросила женщина-медиум.
— Очень сильно кашляет. Не переставая. Только когда спит может отдохнуть немного. Врачи думали, что у нас аллергия на шерсть, но животных дома нет.
— Ещё бы! С такой-то бабушкой. Но теперь будут, это я вам со всей ответственностью заявляю — сказала хозяйка дома и громко уверенно рассмеялась.
От её непослушных вьющихся волос, замысловатой льняной одежды, фигуры, с гибкими движениями тела и даже голоса шёл удивительный аромат жизни.
Как будто в подтверждение её слов из-за занавески на печке выглянула наглая кошачья морда. Одно ухо кота было то ли оторвано, то ли отгрызено в драках с конкурентами за даму сердца. Крупную серую голову украшали глубокие шрамы.
— Феденька, спускайся, родной. Покажи нам детей своих, они уже выросли. Видишь ребята издалека приехали к нам за котёночком.
Женщина отодвинула занавеску пошире и показала самое прекрасное на свете зрелище. В глубине тёплого уютного пространства мать кошку сосали пятеро котят.
Большие и толстые, размером они уже были как лапти из лыка на среднюю ногу.
— Два месяца уже. Пора семьи любящие искать. Да и мне в Москву уезжать скоро. За кошек-родителей Ольга Васильевна у нас ответственная, она с ними зимует. Моя задача котят пристроить.
— Нас с этим котёнком мама Виктора сама на помойку жить отправит! — еле выдавила из себя Наташа.
— Не отправит. Вы от меня вернётесь и ей популярно объясните, что у неё рак в начальной стадии и ей самое время себе карму почистить. Знаете, что это такое?
— Догадываемся... – прошептала Наташа.
Теперь дар речи потерял Виктор. Лицо его источало боль. Какая-никакая, а мать. И он её как мог, так и любил.
— Да вы не переживайте сильно, всё с вашей мамой нормально будет. Ей ещё лет двадцать жить, как минимум, чтобы она свои грехи за Андрея Николаевича замолить успела. Привезёте её ко мне на следующей неделе или может рейсовым автобусом по межгороду как-нибудь сама сюда доберётся. Поработаем над главными составляющими её внутреннего мира.
Родители Ксюши растерянно переглянулись.
Отчество Витьке действительно было Андреевич, но отца своего он если и видел маленьким, то сейчас не помнил. Да и фоток после войны не сохранилось. Мать растила его одна.
— А мне сказала, что его отца после войны оставили на Западной Украине с Бандеровскими формированиями бороться. Дескать там он и погиб — решила докопаться до истины осмелевшая Наташа.
— Сказала... — на этот раз как-то зло рассмеялась женщина экстрасенс. — У вас обоих родители живы и в относительном в здравии по сей день. Иначе сейчас стояли бы за вашими спинами тенями. Они же всегда за детей своих переживают и стараются уберечь от необдуманных поступков. А значит пришли бы сюда с вами, на меня посмотреть. Вы одни приехали. Втроём. Значит Андрей Николаевич жив и весел, и, сердце мне подсказывает, даже не знает о том, что у него есть взрослый сын и растёт внучка.
Виктор достал сигарету.
— Здесь не курят, но вам можно — внезапно встряло в разговор седенькое существо по имени Ольга Васильевна.
Медиум же с нежностью посмотрела на девочку.
— Насчёт неё не беспокойтесь. Кашель пройдёт. Я над её куклой поработаю, самой девочки касаться не буду. И вообще никому кроме обычных врачей не позволяйте руками над еë, да и своей головой водить. Люди в ауру зайдут махом, ну те кто посильнее и дыр там оставят. Латать эти дыры толком никто так и не научился.
Марина взяла в руки ГДР-эровскую шатенку, убрала ей с лица волосы, пробежала кончиками пальцев по резиновому лицу, произнесла шепотом никому не понятные слова и вернула игрушку родителям.
— Она теперь заговорённая? — спросила мама Ксюши.
— Обычная.
— А как же тогда?
— Для всех обычная. Волшебная только для вас. В ней просто теперь часть моей энергии, но направлена она будет на конкретного адресата, только на этого ребёнка. С таким же успехом вы могли бы дать мне её туфельку. Но из обуви девочка скоро вырастет, а с этой куклой она может прожить всю жизнь и даже состарится. Научите её любить свои игрушки, а особенно кукол. Они уже не мёртвые, но ещё не живые. Да… и котёнка выбирайте скорее, а то за вами очередь.
— Так от чего она кашляла?
— От атмосферы в семье. Свекровь не любит сноху, жена — мужа. Отец любит дочь, но совсем не ценит себя как личность. И вся эта нелюбовь на одной маленькой площади. И только чистой детской душе вы все одинаково дороги. Со всеми своими тараканами в голове. Вот девочка вас всех и пытается объединить через свою болезнь. Когда она начинает кашлять — вы перестаёте друг на друга злиться. Всё внимание на неё. Некогда раздражаться. Ребёнка надо спасать единственного. Что не понятно?
— Вот этого берём, Рыжего — не выждав паузы твёрдо сказал Виктор.
— Отличный выбор, поздравляю. Самый спокойный кот в помёте.
— Вы его тоже заговорите как куклу, — допытывалась Наталья.
— Естественно. Только чур гулять не пускать. В городе животным одним на улице не место. От колёс грузовика ни один заговор не поможет.
— А с мамой, что делать?
— Как что? Я же сказала. Ко мне на профилактику ровно через неделю, а то учебный год уже на носу. Мне в Москву уезжать, преподавать надо.
— Где?- от изумления Наташа вытаращила глаза.
— Как где? В МГУ. Мы с Ольгой Васильевной изучаем квантовую структуру и даже метаморфозы квантового мира. За этим будущее. Но для всей страны это только начало пути. Наша кафедра совсем молодая, стартовала недавно, в 78-ом. У нас в результате реорганизации на физфаке МГУ возникли две новые кафедры: общей физики и волновых процессов. Надеемся, со временем появится и кафедра квантовой радиофизики.
— Так, Вы УЧЁНЫЕ?
Ноги Виктора и Натальи буквально вросли в пол.
— Ольга Васильевна у на светило науки, а я у неё только практику прохожу.
— А зачем вам весь этот цирк с конями-то нужен? — взмолилась Наташа, требуя главный в своей жизни ответ.
— Тут всё непросто. У меня дар. С рождения. Зачем, почему, не спрашивайте — ответа нет. Если я свою энергию не отдаю людям или животным, то сама начинаю сильно болеть, а жить мне очень хочется.
— А как он выражается? — не унималась Наташа.
— По разному. Что-то вижу, что-то чувствую, что-то точно могу вылечить. Вот этого кота люди на мороз выбросили. Местные они практичные до рвоты. С тех пор я деревенских не принимаю, к слову. Фёдору лошадь копытом позвоночник повредила. Он перестал ходить. Неслыханное дело. Его в сугробе и прикопали. Пока его Ольга Васильевна там не нашла, Фёдор отморозил уши. Ткани почернели и отвалились сами. А теперь, посмотрите на него? Красавец, отец семейства.
Все посмотрели на Фёдора. Ольга Васильевна шмыгнула носом и впервые за время их встречи загадочно улыбнулась. Зубы к неё были ровные и белые, как у совсем молодой женщины. Фёдором она явно гордилась.
— Подождите, заторопилась Наталья, чувствуя скорую разлуку. А про куклы мне расскажите побольше, может я что недопоняла.
— Куклы это тема отдельная. Сама игрушка — это ничто, на уровне нравится-не нравится. Определённой энергией её наделяет человек. Да и вообще чем у девочки (и даже женщины) кукол больше, тем лучше. Тут масштабное распределение ролей идёт и энергетических потоков.
— Обязательно купим — закивал головой Виктор. — Никаких средств теперь на игрушки жалеть не буду.
— И правильно. Куклы это наше альтер эго. Знаете сколько у меня их? Больше сотни. Из всех союзных республик привозила. Ну ладно, вам собираться пора. Денег не предлагайте, маму ко мне отправляйте, дочку — любите, кота — берегите.
— А можно мы к Вам ещё раз приедем? Ну так, здоровье поправить? — вдруг спросил Виктор.
— Вас не своё здоровье интересует сейчас, не лукавьте. Отца найти хочется. И это, я скажу, самое правильное решение. Не переживайте. Всё получится. Мама либо сама сознается через неделю, либо вы его вычислите. Он всегда где-то рядом был. В шаговой доступности. Вы же не в Москве живёте.
*********************************************************************************
ВСЕ СОВПАДЕНИЯ С РЕАЛЬНЫМИ ЛЮДЬМИ СЛУЧАЙНЫ.
#история_из_жизни #БудниКорреспондента #куклылюди #ТакоеНеПридумаешь #мистические_истории_про_кукол #мистикакукол