Говорят, Се-Акатль Накштиль Топильцин Кетцалькоатль был внуком правителя города Тула – древней столицы тольтеков. Но так ли это? Или он - реинкарнация самого бога Кетцкалькоатля? Кто знает…
Небольшая справка. Когда заходит разговор о богах Мезоамерики, сразу встают перед глазами жуткие ритуалы ацтекских жрецов. Но оказывается даже у самых кровожадных народов бывают вполне симпатичные божества. У ацтеков, тольтеков и прочих племен Центральной Америки таким был Пернатый Змей – Кетцалькоатль, которого майя называли Кукулькан. Ассоциировался он с планетой Венера и всю свою «сознательную жизнь» предпочитал принимать дары в виде бабочек и колибри, но «в старости»-таки не выдержал и скатился до человеческих жертвоприношений. Трудно старичку было идти против традиций, тем более что еще Рим вывел идеальную формулу управления массами «Хлеба и зрелищ!» А жрецы – еще те манипуляторы. Тут все понятно.
Странности начинаются в тот момент, когда мы узнаем, про тольтекского правителя Се-Акатль Накштиль Топильцин Кетцалькоатля. Рано осиротев, он посвятил себя служению Кетцалькоатлю и, отомстив убийцам своего отца, двадцать лет мудро правил тольтеками, подавая пример скромности и целомудрия. Как гласят «Хроники Куатитлана», он научил своих сограждан пиктографической письменности, математике, астрономии, медицине, ювелирному делу и ткачеству. Кроме того, он познакомил их с календарем, вкусом шоколадного напитка и доктриной «тольтекского духа» - образцом пацифизма «за все хорошее, против всего плохого». Короче, при нем все были в шоколаде. Народ не мог на него надышаться и соединил любимого повелителя в своих преданиях с богом Кетцалькоатлем. Что-то типа Вишну, как воплощение Кришны на тольтекский манер.
Но! Тут на сцене появляются злые бяки, которые не могут простить правителю, что жертвы богам ограничиваются мелочевкой. Зрелище-то где? Бяки, то есть жрецы, составляют заговор, в результате которого Топильцину Кетцалькоатлю приходится сделать змеиный плот и не мешкая отправиться на восток в центр моря (как предполагают ученые, в направлении полуострова Юкатан) вместе с несколькими тысячами своих последователей. Рыдающим провожающим он обещает вернуться в год Один Тростник.
Есть версия, что плавание было удачным. Путешественники доплыли до мест, где жили майя, и быстренько их захватили, причем не сильно церемонясь и позабыв про пацифизм.
И вот тут хочется вставить свои «пять копеек». Если считать, что Топильцин Кетцалькоатль – реальный человек, то откуда у него вдруг появилась куча знаний, которыми от столь щедро делился со своими подданными? Озарение сошло?
Если у него было несколько тысяч последователей, то что это был за плот, на котором все отправились в круиз?
Каким образом уже немолодой пацифист превратился в жестокого завоевателя? Хронисты указывают на голод, но тут же пишут, что он был добродушным человеком. Джекил и Хайд?
И, в конце концов, кем в действительности был Топильцин Кетцалькоатль, выделявшийся среди смуглых соплеменников белой кожей, голубыми глазами и рыжей бородой? Человеком? Богом? Вестником иных миров?
Но кем бы ни был загадочный тольтек, он сослужил индейцам Мезоамерики очень плохую службу. Так совпало, что в предсказанное им время возвращения на горизонте показался не змеиный плот с обожаемым Кетцалькоатлем, а каравеллы Кортеса. Увидев белокожих людей с рыжими бородами, индейцы решили, что прибыло их божество, и жестоко поплатились за доверчивость...