Для чего вы этим занимаетесь? Вам за это платят? Что за выгода вам с этого?
Такие вопросы я слышу регулярно. Я - волонтёр. Помогаю в госпитале раненым. Просто так. Мне за это не платят.
Началось всё с того, что меня осенило сдать кровь для переливания бойцам. Вот просто однажды утром я проснулась с мыслью, которая стучала в моей голове молоточком: сдай кровь, сдай кровь... Эта мысль была такой чёткой и ясной, что сомнениями долго я не мучилась. Это был мой первый в жизни опыт донорства крови, мне было немного боязно, но дать задний ход я уже не могла. От момента появления идеи до её осуществления прошло ровно два дня. И вот я уже лежу в специальном кресле , на руке жгут, около меня приятная женщина, медсестра. У меня редкая группа, я точно знаю, что моя кровь спасёт кому-то жизнь, я не горда собой, но щемящее чувство нужности и важности моего решения щиплет глаза, накатывают слёзы. Спустя 20 минут я буду радоваться, что всё прошло прекрасно, у меня не кружится голова, я даже не поняла, что стала легче на 450 мл (можно ли так выразиться или надо высчитать граммы?). Спустя 40 минут я внезапно потеряю сознание в переполненном автобусе, и на до мной будут хлопотать неравнодушные попутчики... но это всё уже неважно. Важно одно: я это сделала!
Снежный ком горячего желания быть максимально полезной защитникам нашего спокойствия стремительно нарастал. Настолько стремительно, что в этот же день я нашла ростовскую группу волонтёрского движения и начала изучать направления необходимой ребятам помощи. Из всех возможных вариантов (плетение маскировочных сеток, изготовление окопных свечей, сбор денежных средств, одежды, продуктов, средств гигиены и т.д) я выбрала самый тесный, контактный вариант : санитарный отряд.
До этого момента я даже не представляла себе масштаб всего происходящего. Кроме чтения/просмотра новостных сводок простой обыватель пребывает в неком вакууме, где всё спокойно, бежит-течёт мирная жизнь, а это всё тревожно-пугающее где-то там далеко и уж точно не с нами.
А на самом деле многие ли знают, что в нашем городе каждая из городских и областных больниц частично отдана под госпиталь? Нет, не многие в курсе. В том числе не в курсе была и я. А в областной больнице, где именно я сейчас и тружусь, девятиэтажный корпус стационара теперь является госпиталем для наших ребят со всей страны. Тех, которые пройдут самое первое, самое сложное и тяжелое лечение здесь, а потом отправятся дальше на длительную реабилитацию, которая займёт многие месяцы, а то и годы, чтобы срослись раздробленные кости, стянулись разорванные ткани, зарубцевались телесные и душевные раны.
Но на первом, самом трудном этапе - они здесь совсем одни, вдали от родных, от матерей и жён, один на один со страхом, изнуряющей болью и неизвестностью. Очень важно, чтобы рядом был кто-то. Пусть чужой, но неравнодушный человек, который поддержит по мере своих сил и делом, и словом, и взглядом.
И когда я слышу в стотысячный раз один и тот же мучительный вопрос: зачем, ну скажи честно, зачем тебе это? Тебе за это платят? Что ты с этого имеешь? Снова и снова тщетно пытаюсь объяснить, что мне не платят, ни копейки, ни рубля, я не имею никакой материальной выгоды, наоборот, я трачу свои ресурсы: деньги, время, силы, отрываю их от своей семьи не за что-то взамен, а по велению своего сердца, за простое "спасибо", иногда не словами через рот, а взглядом через глаза очередного бойца, которому я хоть немного подарила своего тепла и участия, хоть чем-то смогла отблагодарить его за то, что мой ребёнок спокойно ходит в школу и ужинает по вечерам дома, а не в сыром подвале под грохот взрывов.
Кто-то понимает, а кто-то недоверчиво щурится: нет, что-то здесь не просто так, где-то подвох. Доказывать обратное - дело крайне непродуктивное. Эту энергию лучше я направлю туда, где она будет нужнее. Спасибо, что выслушали. Каждому из вас я желаю мира, добра и гармонии во всём, что вас окружает.