Тося сидит в кабинете психолога. Старательно замазанный, синяк на скуле всё равно виден, как видны и следы злоупотребления алкоголем, неизбежно проявляющиеся на женском лице.
Она долго молчит. Прийти-то решилась, а говорить не очень решилась. Наконец, отвечая на мягкие наводящие вопросы специалиста, Тося рассказывает, что замужем с 19 лет (сейчас ей 37), дочери – 15. Муж всегда был властным и жёстким с ней, изводил постоянной критикой, был недоволен буквально всем: и как она выглядит, и как ведёт хозяйство, как готовит, как разговаривает, смеётся… А после того, как родилась дочь, а не сын (его мечта), стал её и бить иногда. Кроме того, последние 6 лет он нигде постоянно не работает, сильно выпивает. Живут они на её зарплату повара в школьной столовой. Дочь-подросток совсем отбилась от рук, грубит, не хочет учиться, часто ночует не дома. Чтобы выдержать такую жизнь Тося тоже с недавних пор стала немного выпивать.
Психолог расспрашивает, с каких «недавних пор» и сколько «немного» она употребляет. Женщина в конце концов призналась, что выпивает регулярно, то есть по выходным, уже лет пять, и порой выпивает так, что этих самых выходных не помнит.
Беседуя с Тосей, психолог старается помочь ей проанализировать текущую ситуацию, найти причины, рассмотреть варианты решений и самостоятельно прийти к верному. Сначала всё идёт хорошо, но на предложение о разводе с мужем Тося реагирует быстро и недовольно: «Ну нельзя же совсем без мужа!» Хотя на вопрос, почему нельзя, внятного ответа дать не может: «Ну как? В смысле, почему? Ну… Нельзя же!»
Вот она – жёсткая установка, убеждение, к которому человек пришёл не сам, которое было кем-то ему навязано и не переосмыслено им.
После очередной серии наводящих вопросов выясняется, что установка «хоть какой-нибудь мужчина лучше, чем никакого» с детства вбивалась ей матерью, точно так же терпящей мужа-тирана. Потом эта установка горячо поддерживалась подругами в школе и училище. Они были заняты только поисками мужчины и стремлением поскорее выйти замуж. Хоть за кого, только бы поскорее.
Наша героиня даже не пыталась обдумать эту установку, посмотреть вокруг, как живёт её мать, знакомые. Зачем напрягаться, анализировать, верно ли убеждение, если к этому все стремятся?
Вот и Тося стремилась. Старалась соответствовать этой установке, успеть не позже других. Успела.
Потом, когда всё оказалось не так, как мечталось, она, как водится, несколько лет терпела, замазывала синяки, не забывая для окружающих надевать образ любящей жены и счастливой мамочки. Удерживала разбившуюся иллюзию своего семейного счастья как могла.
Сколько бы она ещё продержалась? Когда бы уже призналась хотя бы себе, что всё не так? Может, терпела бы ещё, если бы муж не сломал ей руку, и врач в травмпункте, обнаруживший у Тоси вдобавок сотрясение мозга, не уговорил её написать на мужа заявление, а самой сходить к психологу.
Вот так. Муж сидит в СИЗО, ожидает суда. А она сидит здесь, спрашивает, как жить дальше.
Когда речь заходит о решениях, психолог для начала спрашивает, как сама Тося думает действовать дальше, чего бы ей хотелось. Тося пожимает плечами. Она намерена забрать заявление. Переломы заживут, а без мужчины ведь нельзя. А кому она, кроме него, нужна? Он сам ей это всё время говорит. И её мать, и подруги. К тому же он, наверное, уже всё понял и побоится поднимать на неё руку.
Психолог, имеющий огромный опыт работы с людьми, злоупотребляющими алкоголем, знает много подобных историй, поэтому аккуратно сообщает пациентке, что её муж вряд ли что-то понял, только сильнее обозлился. Он советует женщине быть готовой к этому.
Очень деликатно психолог напоминает Тосе, что есть же на свете женщины, живущие без мужа. И многие из них счастливы. Они сами много добиваются, берут на себя ответственность за собственную жизнь и делают себя счастливыми. Он привёл несколько реальных примеров.
А если человек счастлив, то он и в отношения вступает, чтобы поделиться своим счастьем, а не пытаться вытребовать счастье у партнёра.
Первая реакция Тоси – возражения. Многочисленные возражения, чтобы оправдать себя, объяснить, почему она так не может. Эти женщины ведь учились в институтах, а она только в училище, они живут в столице, а она – в маленьком городке, они занимаются любимым делом, а она… В пылу Тося даже выкрикивает, что любит мужа! Но это ложь. Невозможно любить мучителя.
На вопрос психолога, почему Тося, ещё вполне молодая, не может начать постепенно менять свою жизнь: искать занятие по душе, учиться, достигать мастерства, а впоследствии, может, и зарабатывать любимым делом, пациентка не может найти ответов. Её возражения-аргументы в пользу привычной, пусть и несчастной жизни, разбиты. Она замыкается в себе, молчит до конца сеанса и уходит, чтобы больше не вернуться ни к этому психологу, ни к какому другому. Завтра она заберёт из полиции заявление на мужа.
Почему так произошло?
Ментальный уровень сознания Тоси развит слабо. Она не научилась анализировать информацию. Не умея мыслить самостоятельно, она принимала на веру навязанные ей другими жёсткие установки.
Тося много лет жила, реализуя вбитое в её сознание убеждение «совсем без мужчины нельзя, хоть какой-нибудь мужчина лучше, чем никакого». Установка оказалась ложной, «семейное счастье», построенное на ней, оказалось иллюзией.
Годы жизни с тираном давно разрушили иллюзию, но женщина отказывалась это признавать, упорно делая вид, что у неё всё прекрасно.
Иллюзии разбиваются болезненно. Чем дольше держишься за иллюзию, тем больнее она потом разбивается.
Но иллюзии всегда непременно ведут к провалу, поэтому от них обязательно нужно избавляться.
Психолог нашёл ложную установку, на которой построена иллюзорная жизнь клиентки, обнажил её, опроверг аргументами и, более того, предложил другую установку («быть одному не значит быть несчастным, человек сам ответственен за своё счастье»), но наша героиня и тогда не была готова отказаться от своих иллюзий.
Почему?
Во-первых, потому что это больно.
Во-вторых, потому что гордыня не позволила: в представлении Тоси крушение её брака означало бы публичное признание её несостоятельности как женщины. А Тосе важно, что о ней подумают. Потому она и притворялась счастливой столько лет.
Зависимость от чужого мнения – признак гордыни, это проблема перекошенного эмоционального уровня сознания.
Вот так неумение управлять эмоциями и неразвитый ментальный уровень сознания позволяют другим навязывать нам ложные убеждения, которые мы не умеем/боимся/ленимся анализировать, подтверждать или опровергать, что и губит нашу жизнь.
Жду ваших мыслей в комментариях и до встречи в следующих статьях!