В начале ноября президент Франции Эмманюэль Макрон совершил двухдневное турне в Центральную Азию, посетив Казахстан и Узбекистан. Как отметили французские СМИ, цель указанного турне было стремление Елисейского дворца повысить авторитет Франции в регионе, развить не только политические, культурные и экономические связи с этими странами Центральной Азии, но и решить здесь ряд весьма важных сегодня для Парижа стратегических задач.
Одной из главных в этом плане задач было укрепление энергетической безопасности Франции. В первую очередь в части, касающейся поставок из этого региона урана во Францию. Указанная проблема особенно обострилась для Парижа после того, как в июле 2023 года в Нигере произошел государственный переворот с откровенно антифранцузской окраской, а, как известно, именно эта африканская страна была важным поставщиком урана для Франции. Но уран в последние годы поступал во Францию также из Казахстана и Узбекистана: из 88,2 тыс. т ядерного топлива, поставленного во французскую республику за десять лет, на Нигер приходится 20 %, на Казахстан и Узбекистан — 27 и 19 % соответственно. Поэтому во время своего визита в эти два центральноазиатских государства президент Макрон делал особый акцент на увеличении поставок урана во Францию из Казахстана и Узбекистана, на более активную переориентацию уранового бизнеса этих стран в сторону Парижа.
Другой, не менее важной целью поездки Макрона было стремление вырвать эти страны из орбиты российского влияния, в особенности путем развития и углубления военного сотрудничества, налаживания устойчивого направления продажи французского оружия в Казахстан и Узбекистан.
Как отмечают французские военные эксперты, до последнего времени заказы, размещаемые вооруженными силами Узбекистана во французской оборонно-промышленной и технологической базе [BITD], были практически ничтожными и составляли орядка 40 миллионов евро в год в период 2013-22 гг. И такая ситуация была объяснима тем, что обеспечение вооруженных сил Узбекистана военной техникой было ориентировано до последнего времени только на российский ВПК.
С учетом того, что важнейшей статьей в экспорте Францией оружия являются военные самолеты Rafale производства компании Dassault Aviation, французскими военными экспертами был специально проанализирован парк военных самолетов Узбекистана. В частности, эти эксперты указывают, что в настоящее время на вооружении ВВС Узбекистана находятся 38 МиГ-29 «Fulcrum», 25 Су-27 «Flanker» и около двадцати Су-25 «Frogfoot». С момента распада Советского Союза Узбекистан якобы не получил ни одного нового боевого самолета, в связи с чем в процессе визита Макрона в эту страну им предпринимались активные шаги по продвижению французских боевых самолетов Rafale на узбекский рынок вооружения.
Как стало известно в последние дни, указанные усилия французов якобы подтолкнули Узбекистан к рассмотрению возможности приобретения партии французских самолетов Rafale. Сначала об этом сообщило весьма информированное издание Intelligence Online, а 26 ноября уже подтвердила газета La Tribune. В частности, по сообщению французских СМИ, Ташкент якобы рассматривает возможность приобретения 24 истребителей-бомбардировщиков Rafale (20 одноместных и 4 двухместных в стандарте F4) производства Dassault Aviation.
При этом во Франции подчеркивается, что такой контракт от Ташкента был бы особенно интересен для французского ВПК, особенно если ВВС Узбекистана смогут отказаться от рассмотрения южнокорейского предложения по самолету F/A-50 «Golden Eagle». Как указывают французские СМИ по этому вопросу, помимо чисто коммерческого выигрыша для Франции, такой контракт с Узбекистаном по Rafale смог бы «серьезно раздосадовать Москву».