Или в Королевстве кривых зеркал.
Даже в эмблеме это подчеркивается.
Перевертыши от политики.
Как тут не вспомнить старый фильм.
Запомните, вы должны выполнять нашу волю, волю самых богатых людей королевства.
А когда кто-то отказывается выполнять волю непонятно кого, даже если и обладающего объемным денежным мешком,то начинаются всяческие инсинуации и поклёпы.
Столтенберг.
Кто его теперь не знает.
И ему тоже была дана характеристика, с которой трудно не согласиться.
Нушрок: — Этот 77-й глуп, как... как пробка.
Абаж: — Вы так думаете?
Нушрок: — Уверен. Но это важная государственная тайна.
Так вот , Столтенберг договорился до одной истины.
В его понимании.
Он вывел формулу существования альянса.
НАТО это вам не то, что вы все подумали.
Главное предназначение НАТО это помочь стране 404 и не влезть в откровенный и открытый конфликт с Рoccией.
Глупыш.
Для того, чтобы помочь стране 404 нужно просто от нее отстать и не лезть со своей помощью.
Чтобы не вступать с нами в открытый конфликт при таком поведении, надо просто самораспуститься.
По-моему в голове Столтенберга попутались понятия.
Перепутал гешефт с гештальтом. Коммерцию и долг.
Будучи банковским работником он занимается коммерцией на кpoви.
А ему надо долги раздать и уйти на покой,захватив с собой альянс.
И тогда Столтенберг смог бы со спокойной совестью сказать:
Я закрыл гештальт.
А то колбасит их там от чувства неудовлетворенности и злости.
А всего-то надо отойти от написанного кем-то сценария и вздохнуть всей грудью, очистить мозг от стереотипов, избавиться от глупой привычки диктовать свои условия там, где их советов никто не хочет слушать.
Одно беспокоит.
Путаница в головах может привести к необдуманным поступкам.
Поэтому лучше бы ему немного подумать, прежде чем говорить что попало.
И делать, что негоже.
Для справки.
«Завершение гештальта» — это проживание чувств, которые долгое время были невыраженными и мешали спокойно жить, это чувство облегчения и освобождения, возможность строить отношения не по привычным сценариям, а более осознанно, выбирая то, что хочется, а не то, что «надо» или «привычно».