Культурная и всякая прочая политика
Написанное здесь – совсем не оскорбление верующих. Я с большим уважением отношусь к ним ко всем независимо от того, какую дорогу к Вс-вышнему они выбрали, ну, может быть, кроме тех, кто «верой» называет причину острого неврологического или психического заболевания и, читая священные книги, только выковыривает оттуда буковки, приводящие их хрупкий внутренний мир к катастрофе. Но это – по ведомству Михаила Соломоновича.
Остальные же вызывают у меня уважение поисками ответов на сложнейшие этические, онтологические и прочие – выходящие за границы указанных дисциплин – вопросы. Но в этих ответах меня поражает только одно: уверенность, что ниспосланные на нас испытания волшебным образом закончатся; что закончатся они при нашей жизни; и что окончание их приведет к всеобщему и справедливому счастью.
Не окончатся. Ни при нашей жизни, никогда. И всеобщего счастия не будет, если, конечно, не выдумать дефиницию, которая превратит наши теперешние представления о счастье во что-нибудь противоположное – так, как бывает во множестве аксиоматических теорий, созданных во имя научного эксперимента.
Те, кто верит – по настоящему, а не просто соблюдает обряды, – думают, что они смогут объединиться и победить тех, кто источает зло. Не смогут. Они будут бесконечно рефлексировать, обдумывая варианты, находя в них неточности, выдвигая «еще более лучшие» решения, а те, против кого они попытаются объединиться, в это время еще плотнее сомкнут ряды.
В университете, в котором я учился, был ректор Алексей Иванович. Я его ректорство не застал, в годы моей учебы он, к счастью, только преподавал историю партии, и универ это уже мог пережить. Так вот Алексей Иванович на лекции как-то сказал: «Я в 37-м в лагерях не отсиживался – я учился стрелять».
Эти новые алесейиванычи стрелять учатся не поголовно. Вот одна алексейивановна, председатель комитета по вопросам семьи Государственной Думы, между прочим, на днях сказала, что следует «побудить семьи к рождению четвертого и пятого ребенка». За это государство будет оплачивать эту ее работу посредством материнского капитала. Договор бессрочный. Вот такой новый «государственный» взгляд на трудовой ресурс. Пять детей – это: а) женщина замыкается в семье минимум на 25 лет, даже если воспроизводит потомство без перерыва; б) мужчина живет и работает так, что никаких сил и времени на рефлексии не останется (при нашей-то организации труда и феодальному отношению к его оплате).
Да, женщины в нашем Отечестве всегда много рожали, когда-то – много рожали поголовно, но тогда были веления души, а сейчас – практицизм в рамках договора государства с подданным. Всё-таки разные вещи.
И зачем учиться стрелять, если есть такая властная мечта – превратить страну в гигантское родовспомогательное заведение. Оставить какое-то незначительное число особей на истощение недр, а остальные всё равно ничего стоящего не производят. Видимо, так.
Тоже счастье своего рода. И об этом счастье за последний месяц уже вторая властная женщина (?!) глаголет. Вначале сенатор, теперь – вот эта. Я и про это фильм видел, я уже писал о нем – «Мертвый сезон» называется. Там один профессор, иностранный, тоже мечтал о таком счастье для населения. Там правда речь шла еще о регулярном употреблении стимулирующих таблеток. Но при современном-то развитии медицины…
А вы говорите: «Веруйте». Разве эти власть отдадут… И ведь понимают: поставь их в равные условия со всеми, «троечников» из этой власти смоет в первый отлив.
