1978-1983 годы
СССР
(продолжение. Смотри публикации «Работа с Тимохиным. Вышел на свободу», «Работа с Тимохиным. Фильм о ФБР едва не провалил разработку»)
И тут от агента и доверенной поступила информация, что Тимохина посетил неизвестный, назвавшийся «Константином», показал осведомлённость о прошлом разрабатываемого, предложил совместно осуществить захват самолета в целях бегства за границу.
О «Константине» и его экстремистских намерениях немедленно было сообщено в КГБ СССР, в городе и области приняты меры к усилению охраны самолётов и организован его розыск. Одновременно через агента и доверенную удалось убедить Тимохина в необходимости отказаться от предложения «Константина», поскольку в случае задержания последнего при попытке захватить самолет он укажет на разрабатываемого как на соучастника, а это повлечёт уголовную ответствеиность. Тимохин согласился с такими доводами. По поводу встречи с «Константином» и его предложениям Тимохин, по рекомендации«Ремизова», посоветовался с «Наследником». Получил от него ответ: «В наших кругах такой человек неизвестен. Вероятно, это провокация» «Ремизов», опираясь на такой ответ, рекомендовал Тимохину написать «жалобу» в КГБ СССР.
Между тем КГБ Казахстана был арестован Михайлов, готовившийся к бегству за границу посредством захвата самолета.
Совпадение примет и ряд других данных говорили о том, что Михайлов и «Константин» — одно и то же лицо.
В связи с этим с Тимохиным была проведена обстоятельная беседа по его «жалобе»», а затем он был допрошен прибывшим в Ростов-на-Дону следователем КГБ Казахской ССР, дал подробные показания, уверенно опознал Михайлова.
Тимохину сказали, что благодаря его бдительности органами КГБ арестован и привлекается к уголовной ответственности опасный преступник.
Реакция разрабатываемого на это заявление, по данным агента и доверенной, была противоречивой, неопределённой, а ведь ему предстояло выступать в суде в качестве свидетеля обвинения. Поэтому органы активизировали воспитательную работу с ним, чаще проводили встречи, усилили положительное воздействие.
С учётом полученных материалов, убедительно свидетельствовавших о том, что Тимохин намерен дать в суде объективные показания, его направили в Алма-Ату. По нашей просьбе его поселили в номере гостиницы, оборудованном оперативной техникой, вместе с опытным агентом КГБ Казахстана.
В суде Тимохин держался достаточно твёрдо, уверенно, дал исчерпывающие показания, уличающие Михайлова в подготовке особо опасного государственного преступления.
Возвратившись из Алма-Аты, он инициативно встретился с оперативным работником, сообщил о своих показаниях в суде и отвергнутых им попытках Михайлова оказать на него влияние, поделился своими личными планами. Затем состоялась продолжительная беседа, в заключение которой он написал заявление на имя начальника УКГБ о своём полном и окончательном прекращении антисоветской и любой иной неблаговидной деятельности и отказе от намерений выехать из СССР.
Данные, полученные от «Ремизова» и доверенной, материалы ПК свидетельствовали о том, что Тимохин практически прекратил связь со знакомыми по колонии и лицами, причастными к «Фонду помощи политзаключённым», а также прослушивание передач зарубежных радиостанций, вступил в профсоюз, стал более откровенным перед оперативным работником.
После женитьбы у Тимохина па почве имущественных споров осложнились, а затем и прекратились отношения с сестрой. Очевидно, по этой причине она прислала в органы КГБ подробное заявление о связи брата с «Наследником», передаче ему клеветнической информации, получении материальной помощи от «Фонда» и т. п.
Эта и некоторая другая оперативная информация без расшифровки источников её получения использовалась в беседах с Тимохиным. Ему указывалось на необходимость проявления большей честности и откровенности, признания прошлых фактов передачи за границу клеветнических материалов и получения за это материальной помощи.
Тщательное изучение поведения Тимохина и особенно реакции на беседы в УКГБ убедили нас в возможности использования его качестве свидетеля обвинения по уголовному делу на «Наследника», разработка которого была завершена Пятым управлением КГБ СССР.
В предварительной беседе он признал факт передачи «Наследнику» клеветнической и другой информации во время их встречи в Ростове-на-Дону, но, прикрывая «Ремизова», не сообщил о его поездках в Москву для встреч с «Наследником», заявил о согласии выступить в качестве свидетеля. При этом он обратился с просьбой разрешить ему поездку в Москву вместе с женой, что было удовлетворено и использовано для её изучения.
В Москве Тимохиных поселили в номере гостиницы, оборудованном оперативной техникой. Контроль свидетельствовал о том, что у Тимохина есть серьёзные колебания, идет борьба мотивов. В связи с этим утром в день допроса на предварительном следствии его пригласили в номер к оперативному работнику, который также был командирован в Москву. Здесь при участии сотрудника Пятого управления КГБ СССР ему сообщили о материалах, уличающих его в предосудительных связях с «Наследником». После некоторого колебания он заверил, что расскажет следствию всёизвестное ему, подчеркнув, что этим «отрезает себе все пути назад». И слово своё сдержал.
Положительные изменения во взглядах и настроениях Тимохина стали более заметными. Этому способствовало то, что на производстве за высокие показатели и исключительно добросовестное отношение к работе его отметили в коллективе; ему была оказана помощь в приобретении участка для строительства дома. Он неоднократно по своей инициативе встречался с оперативным работником. информируя о негативных проявлениях отдельных лиц; с удовлетворением воспринимал сообщения, что та или иная его информация оказалась полезной и на её основе осуществляются конкретные меры. Он также подготовил большое письмо со своими предложениями по дальнейшему укреплению трудовой и производственной дисциплины.
Анализ пятилетней работы с Тимохиным, дал основание для вывода, что он стал добросовестным тружеником, честным человеком и хорошим семьянином.
Специально, для тех у кого "коммунисты во всём виноваты" английская статья с перечнем натболее резонансных угонов авиатранспорта:
(Источник: Хохульников К.)