Многополярность — это фактически и «есть демократическая модель глобализации», а также «подлинный либеральный мировой порядок». Об этом 27 ноября заявил заместитель председателя Совета Федерации Константин Косачев в Москве на IX международном научно-экспертном форуме «Примаковские чтения».
Косачев отметил, что «евразийство» как система отношений государств в пространстве Евразии «воспринимается как глобальный ответ на трансатлантическую концепцию мироустройства, не справившуюся с главным запросом человечества — запросом на справедливость».
По словам сенатора, «многополярность — это фактически и есть демократическая модель глобализации» и даже «подлинный либеральный мировой порядок». Вице-спикер Совета Федерации убежден, что стремление стран самим разбираться в своих делах «имеет вполне логичный характер». Он отметил, что именно такой логике противостоит желание США выстраивать во всех регионах планеты подконтрольные им новые альянсы. Причем, как отметил Косачев, после провала создания «ближневосточного НАТО» в последнее время активно взялись за Азиатско-Тихоокеанский регион. «Это явно не предел», — считает сенатор.
Косачев заявил о необходимости проработки институтов многополярности — подобно тому, как институализировал однополярность коллективный Запад, «создав мировую валюту, мировые финансовые институты под своим контролем и даже мировые премии и конкурсы, в которых побеждают только «свои».
«Уверен, что эта задача обретает все возрастающую актуальность. Предметом дискуссий в среде мирового большинства должны становиться такие прикладные темы, как будущие механизмы финансового регулирования и взаиморасчетов, защищенные от произвола блоковых государств, борьба с бедностью, климатическими изменениями и пандемиями, при которой будут защищены интересы прежде всего наиболее уязвимых, а не наиболее мощных государств, и, разумеется, место и роль универсальных межгосударственных объединений, свободных от диктата агрессивного, хорошо организованного меньшинства», — резюмировал Константин Косачев.
При этом вице-спикер выразил уверенность, что такая объединительная повестка дня станет «важнейшим элементом консолидации мирового большинства уже не на блоковой, но на реально демократической основе».