Париж… Париж…
Что представляет человек, когда слышит название столицы Франции? Может быть символ города Эйфелеву башню – самое высокое сооружение в Европе.
Кто-то скажет, что это самый романтический город во всём мире. Кто-то улыбнувшись отметит, что в этом городе живут самые красивые девушки.
«О нет! – возразят им другие. – Именно здесь создаются самые изысканные модели одежды!»
Найдутся те кто возразит предыдущим знатокам и совершенно будут правы заявив, что здесь сосредоточены самые великие шедевры искусства. И не согласиться с ними будет трудно.
Однако, найдутся люди которые выскажут своё мнение и они в этом уверены, что здесь живут и работают самые известные умы мира, стараясь изобрести нечто ещё неведомое, чтобы облегчись существование человека и укрепить его здоровье.
На другой день после прибытия в Париж, для делегации из Москвы была устроена экскурсия по городу на небольшом автобусе. Варвара с интересом смотрела в окно и с не меньшим интересом слушала гида. Да то, что она видела снаружи вызывало у неё чувство которое сродни восхищению, но не более. Особого восторга она не испытывала. Считала, что её родной город с которым она сроднилась всей душой и кровью прекраснее любого самого европейского города. Он только, только успел «залечить раны» и красота его сияет с новой силой.
Похоже многие из делегатов уже бывали здесь, они сидели и беседовали на отвлечённые темы, не обращая внимания на довольно обстоятельный рассказ экскурсовода.
Вечером первое вводное заседание, должны сообщить когда состоится её выступление. К нему она готова, но необходимо подробнее изучить его, чтобы меньше заглядывать в текст. Приказано соответствовать статусу Великой Державы. Общение с коллегами других стран не под запретом, но держать себя необходимо всегда начеку…
Побывав на первой заседании Варвара Семёновна поняла, что в основном присутствуют мужчины и хлопоты с нарядами были напрасны, конкурировать особо ни с кем не пришлось. А девочки так старались! Она улыбнулась глядя в большое зеркало стоявшее в её номере отеля. Катерина с Дарьей так хотели закрасить её седину, придать волосам естественны цвет. Едва отбилась.
Галина молодец! Сшила такие прекрасные наряды! Главное строгие, классического покроя. Они так украшали её стройную фигуру и в то же время создавая строгость её образу.
После ужина села в кресло, пересмотрела напечатанную на листах речь, задумалась. «А жизнь-то подходит к финальному этапу!.. Успела многое… но много было потерь… И сына Павлушу ещё не нашла...» Почему такое настроение? Неужели это тоска по дому, по родным ей людям, по любимому городу. Скорее бы вернуться…
Утром едва рассвело, за ней зашёл коллега пригласил на завтрак и вдруг извлёк из кармана деньги. И несколько смущённо произнёс:
– Варвара Семёновна, не сердитесь, голубушка! Мы тут приняли единогласное решение, что они вам нужнее. Купите что-нибудь для близких…
Не успел он договорить, хозяйка номера возмутилась этой инициативе.
– Как же можно, Игорь Матвеевич, вы меня обидеть норовите! Выходит так, что вы чем-то во мне недовольны, уважаемые коллеги… Мы не в чём не нуждаемся! Ни я, ни мои близкие, – она произнесла это таким тоном, что коллега не понял серьёзно или в шутку прозвучали её слова.
– Помилуйте, Варвара Семёновна, мы рады, что в этот раз вас включили в состав делегации, это замечательное решение. Просто мы понятия не имеем на что можно потратить эти «огромные» средства! – улыбаясь говорил мужчина. – А так в общей сложности на них можно приобрести что-то стоящее.
– А я позже буду оправдываться, откуда у меня взялось столько денег, – смеялась Варвара. – Нет, уважаемый Игорь Матвеевич, не возьму я их. Передайте всем, что я очень благодарна за этот жест, но не приму их. Да и мытарства по магазинам меня не прельщают. Я лучше в Лувр схожу, если будет возможность.
– Тогда позвольте вам составить компанию!
– Возражений не имею на этот раз. Вы на завтрак меня приглашаете или уже передумали?
– Как можно! Прошу! – мужчина, подставил Варваре полусогнутую в локте руку. Она нисколько не смущаясь, подхватила её и они вышли в коридор.
– Может быть нас уже не ждут! Пока мы тут с вами беседовали.
– Уж кофе с булочкой нам достанутся… – успокоил её улыбающийся коллега.
После заседания выйдя из зала Варвара чувствовала себя уставшей, такого состояния у неё не было даже после самой долгой операции. Всё-таки подобные мероприятия не для неё, хотя она услышала сегодня много нового.
Вернувшись в номер, приняла душ, с удовольствием легла на диван с книгой, которую неожиданно для себя обнаружила на столе. Это был второй том «ВОЙНА и МИР» Толстого Л.Н.
Она эту книгу прочитала несколько раз, но сейчас на чужбине она перечитывала её словно читала впервые…
Утром в дверь её номера снова постучали, подумала, что это кто-то из коллег. Они, похоже, решили взять над ней шефство и сопровождали её всюду по очереди. Улыбнулась, прошла к двери, открыв её несколько удивилась. Перед ней стоял молодой мужчина, похоже из служащих гостиницы.
– Здравствуйте, мадам… Госпожа Крымова… Вас в холле ожидает мсье Лурье, – произнёс тот на французском языке. И тут же то же самое Варвара услышала на английском.
– Благодарю за известие, но сейчас я не могу встретиться с этим господином. Через несколько минут я и мои коллеги должны отправиться на очередное заседание, – говорила Варвара на хорошем французском. – Будьте любезны поблагодарите мсье Лурье за визит и извинитесь за несостоявшуюся встречу.
Портье ушёл, а её теперь терзали мысли: кто же это может быть? Но терзали они её не долго, вскоре в дверь снова постучали и на этот раз её ожидали сразу двое коллег.
Заседание длилось долго, пришлось выступить ей со своей пространной речью, а так же выслушать ещё нескольких иностранных коллег. Её выступление завершилось аплодисментами, было это весьма неожиданным. В холле несколько именитых мэтров от медицины, подходили к неё благодарили её и её коллег за проделанную работу и весомый вклад в их общую науку.
Снова коротала остаток вечера за чтение книги, время от времени отрывалась от страниц, понимала, что сейчас больше всего ей бы хотелось оказаться дома. Но отказаться от поездки не было никакой возможности, надеялась, что в силу своего возраста таких предложений больше поступать не будет.
Стук в дверь был неожиданным, открыв её увидела товарища Сереброва, из какой он «конторы» она знала, сопровождал делегацию он не первый раз, проводил инструктаж как подобает вести вне границ государства гражданам Советского Союза.
– Позволите войти? Простите, добрый вечер, – произнёс он, ожидая приглашения войти.
– Проходите, товарищ Серебров.
Тот вошёл, сел к кресло и глядя на женщину взглядом буравчиком, спросил:
– Почему вы солгали? Обманули всех?
– Изъясняйтесь конкретнее, в чём и кого я обманула.
– Вы отметили в анкете, что у вас нет родственников заграницей, но как оказалось они у вас имеются.
– Вы ошибаетесь! Я уверенно хочу вам сказать, что у меня нет родственников ни в одной стране мира, кроме нашей.
– Кто же тот гражданин, что ожидал вас весь день? Некий господин Лурье.
– Я так же как и вы понятия не имею кто это господин. Мне о нём сообщил портье, встретиться с ним я не смогла из-за занятости, да и желание полностью отсутствует.
– Тем не мене вы завтра же встретитесь с ним, поговорите очень приветливо. В случае, если предложит кому-то что-то передать возьмёте, не утаивая от нас ничего. Слышите, ничего.
– Не проще ли мне с этим человеком не встречаться…
– Даже не думайте! Ваша встреча должна состояться. И знайте за вами будут наблюдать очень пристально, мыслей, что сможете что-то провернуть, даже не держите.
– Какое вы имеете право так со мной разговаривать? – спросила Варвара, удивлённо глядя на позднего гостя.
– Вы ещё не знаете как мы можем и какое мы имеем право разговаривать с такими как вы. Завтра утром вы этого господина пригласите в ресторан отеля. Там и беседуйте не отказываясь ни от каких тем. Спокойной ночи уважаемая, Варвара Семёновна.
Женщина глядя на неожиданного гостя усмехнулась.
– И вам того же, – пожелала она.
Утро обычно начиналось с приятных мыслей о встречах с коллегами, которые в последствии в значительной степени оправдывались, а сегодняшний день начинался с тревог. Не от того, что она боялась этой встречи. Большую часть ночи Варвара думала над тем: кто это может быть. И то, что ею заинтересовался «куратор» сопровождающий делегацию, наводило её на совершенно фантастические предположения. Сама она могла бы не встречаться с этим типом, но…
Из задумчивости вывел её осторожный стук в дверь, странно она не отреагировала на него как должна бы. Ни страха, ни какого-то другого чувства она не заметила за собой на этот раз.
Распахнула дверь, улыбнулась.
– Госпожа Крымова, вас ожидают в холле. Господин Лурье снова ждёт встречи с вами, – произнёс портье, улыбаясь в ответ.
– Передайте господину Лурье, что я скоро буду.
Она уже была готова к выходу из номера, взяла с собой только маленькую сумочку с самым необходимым. Критически оглядела себя в большое зеркало. Бессонная ночь не прошла бесследно, но это уже не важно… В её-то возрасте.
Спустившись вниз, огляделась, ища того кто может её ожидать…
– Варварушка, здравствуй! – услышала она восторженный мужской голос и он был ей знаком.
Не обернулась резко, а медленно величаво повернулась в его сторону.
Перед ней стоял Яков. Да изменился, постарел(время-то сколько прошло!), но очень узнаваем. Те же кудри, только изрядно поседевшие, те же глаза, только фигура раздалась в плечах, да талия стала массивнее.
– Здравствуй, – спокойным голосом произнесла женщина, – не могу сказать, что рада видеть тебя.
– А я напротив, бесконечно рад нашей встрече! Думал так и помру не увидев тебя перед смертью! – был заметен его восторженный взгляд, глаза заблестели от влаги, показывая искренность его слов, но может быть это было что-то другое. В порыве чувств он взял её руку в свои, низко наклонившись поцеловал ухоженную, по-прежнему красивую руку когда-то очень любимой женщины. – А судьба смилостивилась надо мной, устроив эту встречу, – похоже Яков действительно рад этой встрече.
– Пройдём, сядем куда-нибудь, не стоять же столбами посреди холла.
– Может в ресторан? Знаю здесь отлична кухня! – предложил бывший соотечественник.
– Спасибо, я не голодна! Присядем на том диване, что свободен, – предложила Варвара и направилась в том направлении, которое указала. Она видела на соседнем расположился товарищ Серебров, тот самый, что вечером настаивал на этой встрече. Пусть послушает их разговор, чтобы потом не пересказывать его.
Расположившись на диване, она глядя в глаза Якова спросила:
– Так как ты узнал, что я в Париже?
– Совершенно случайно! Я обычно не читаю газет, а тут кто-то на прилавке оставил, хотел убрать её, аж дух зашёлся… Увидел тебя на фото в ней, хотя её качество было так себе. Но я узнал тебя…
Он с удовольствием всматривался в её лицо и улыбался.
– Спасибо судьбе, что привела тебя в наш прекрасный город!
– Город и правда хорош… Только наш Ленинград мне нравится больше. Мы с ним срослись во едино.
– Ты всю блокаду провела там?
– А как иначе? Оставить его в беде? Жители города сделали всё чтобы он оставался живым.
– Я не понимаю во имя чего такая жертва, – произнёс Яков, ей показалось, что он даже усмехнулся.
Варвара посмотрела на него и Яков заметил в её глазах злость.
– Поэтому ты здесь… И мы знаем как Франция сражалась с фашистами… Дело ваше! А мы выстояли во имя жизни на земле. Теряя родных и близких… Всё равно выстояли всей страной выдержали это страшное испытание…
Её горло сжал спазм.
– А ты почти не изменился в своей… Франции, значит всё хорошо у тебя сложилось, – перевела она разговор с тяжёлой темы. Прошло уже немало лет, но ничего не забыто.
– Сейчас всё хорошо… Я богатый человек. У меня своё прибыльное дело, произвожу отличное вино. Кстати я привёз тебе несколько бутылок из запасов. Может быть такого уже не найдешь в магазинах…
– Не беспокойся! Какое бы вино не было вкусным – я не пью никакое. Не принято это было в моей семье… Так я и придерживаюсь этому правилу.
– Родных угостишь…
– Мои родные… они предпочитают нашу русскую водку! От неё и голова не болит говорят…
– Что-то мы не о том говорим. Расскажи о себе.
– О себе? Живу… Работаю, занимаюсь любимым делом. Сейчас в основном передаю свои знания студентам, молодым учёным и сама занимаюсь научной работой. Оперирую сама гораздо реже, но присутствую на операциях своих учеников.
– Представить не могу, как из тебя получился врач такого уровня! Должна меня благодарить за то, что и я приложил к этому руку, – совершенно спокойно произнёс Яков, вероятно ожидая от неё благодарности.
– Ты… Я до сих пор не могу простить тебя… До этого времени мне казалось, что всё прошло, забыто. А вот увидела… всё помнится… нет не забыто и не прощено. Хотя я не злопамятный человек. Из-за того, что тогда произошло умерла моя мама раньше времени… Жизнь остальных пошла кувырком. А то, что я так продвинулась в медицине… это заслуга одного замечательного человека и моего учителя. Он заметил меня, моё усердие и тягу к новому… Остальное заслуга Советской власти. Она дала мне возможность из неграмотной девчонки превратиться во врача с учёной степенью… Да мы прошли через тяжёлые испытания всей страной, но всё восстановили, стало всё ещё прекраснее… Здесь всё проще, почуяв опасность решили лучше свободно впустить врага на свою территорию и ждать, авось кто-то постарается и освободит, сохранив почти всё в целостности.
– Прости… – Яков опустил голову, – прости… – он коснулся своей рукой её руки. – Наверное не нужно было мне тогда уезжать, может быть у нас с тобой бы что-то…
– Нет! Ничего бы не изменилось! – остановила она его.
Не изменился Яшка.
– А я ведь чуть было не сгинул… Меня избили до полусмерти, ограбили и бросили умирать в каких-то трущобах. Бродяжничал побираясь, пока не добрался до юга Франции, там нанялся в работники к одной семье. Пахал не покладая рук за миску похлёбки. Семья была зажиточной. Хозяин намного старше своей жены, двое малолетних детей. Вскоре он умер, а мадам… Мадам начала оказывать мне знаки внимания. Что мне оставалось делась… Через год мы поженились, но и она не пережила заболев испанкой. Остался я хозяином большого поместья и с двумя детьми на руках. Выросли, поделили имение на три доли, но они не захотели жить и работать на земле. Пришлось мне выкупить у них их доли, не хотелось мне соседствовать с кем-то. В общем так… Больше я ни с кем не связывал свою жизнь…
– Повезло значит тебе… Будь счастлив… Извини, у меня мало времени. Сегодня заключительное заседание, а завтра мы уезжаем…
– Завтра! Уже завтра! Но мы ещё не поговорили о многом! Варенька, прошу не уезжай! Останься здесь! Ты сможешь заниматься тем же, мы откроем клинику…
– Замолчи! – громко произнесла она, люди сидевшие вокруг обратили на её возглас внимание, но вскоре отвлеклись и холл наполнился теми же звуками, что звучали несколькими секундами ранее. – Не смей! Не пачкай меня грязью измены… – почти шёпотом произнесла Варвара. – Ты предлагаешь мне предать всё! Предать сына, который погиб защищая родной город, предать второго сына, которого я до сих пор не могу найти, потеряв отправив в эвакуацию, пытаясь спасти от голода и непрерывных бомбёжек и обстрелов. Предать моих дочек! Подруг благодаря которым я осталась жива, после того как ты сбежал боясь за свою шкуру.
Она видела как от каждого произнесённого ею слова лицо Якова становилось всё бледнее, но она продолжила говорить спокойно и тихо.
– Ты забыл о своей родне! А они страдали, когда ты столько лет не появлялся. Переживали, даже предположить не могли, что ты такой тварью оказался, – говорила Варвара, в её глазах метались искры, затем её взгляд изменился и лицо преобразилось. – Никого не осталось, кроме младшей сестры Дуняши. Золотой человек! Муж у неё чудесный! Дети все умные красивые. Видел бы ты какая огромная семья у них получается когда они собираются все вместе. Отстроили домов на целую улицу! – снова взгрустнула, – а была бы семья ещё больше, если бы не погибли на той проклятой войне два старших сына. Никита на агронома выучился, а Егор окончил курсы тракториста… Оба погибли в конце войны, освобождая Европу от фашистов. Хорошо, что остальные вернулись… хотя Ефим без ноги, но это ему не мешает руководить большим колхозом. Продолжает укреплять и украшать родное село, приняв эстафету от председателя заменившего после гибели Ивана Захаровича…
– Ивана Захаровича? Это Ивашки что ли?
– Для тебя может и так, а все жителя помнят его как замечательного человека и борца за их свободу. Колхоз наш и школа, которую построена под его руководством, носят его имя.
– Чем это он прославился? – с усмешкой спросил Яков и в его взгляде и в голосе, чувствовался негатив, скорее всего ревность, а может быть даже зависть.
– Не пожалел он своей жизни, бросился спасать тонущих в ледяной воде ребятишек. Их спас, а сам… – в голосе Варвары слышалась боль. – Он всего лишь несколькими минутами ранее узнал, что стал отцом…
Яков молчал, скорее всего переваривая услышанное, а ей вдруг так захотелось чтобы это человек сидящий рядом с ней на диване узнал кто ему родил этого сына.
– Ваня не успел порадоваться рождению нашего сына, а я его до сих пор ищу, верю, что это скоро произойдёт.
Бывший односельчанин долго молчал, услышав новость, Варвара подумала, что зря это сказала, она видела как глаза мужчины заблестели, явно не из-за известия о гибели Ивана, он узнав о гибели своих родных не сильно расстроился. Скорее всего это что-то другое.
– Отец твой, дядя Федот, погиб пытаясь спасти моего отца, но не успел. Так и сгорели оба в нашем доме.
– Что там у вас происходило?
– У нас? – удивлённо переспросила Варвара. – Понятно! Вы, мсье Лурье, зря побеспокоились, проделав столь долгий путь. Я совершенно не рада вас видеть. Жалею, что потратила столько времени на общение с вами. Прощайте!
Она поднялась и не оглядываясь прошла к лестнице ведущей на следующий этаж, но вдруг остановилась, Яков едва не налетел на неё от неожиданности, похоже он следовал за ней желая ещё что-то спросить.
– Да! Забыла сказать, что сокровище твоё я нашла… Передала в фонд государства. Так, что не переживай, они потрачены не зря! – развернулась и пошла дальше, теперь уже никто не преследовал её.
Не видела разочарования на лице бывшего соотечественника.
Вскоре она вошла в свой номер, чувство которое душило её было не однозначным: отвращение, брезгливость, ненависть… Ещё что-то… Она стояла у окна, видела как Яков прошёл к красивому автомобилю стоявшему на противоположной стороне улицы, замешкавшись ненадолго, сел в него и уехал.
Неужели эта поездка запомнится ей только этой встречей.
Снова раздался негромкий стук в дверь, чему она была рада, кто бы это не был, спасибо, что отвлёк от тяжёлых мыслей.