Елена Свинко родилась в Красноярске и с 2016 года танцевала на сцене театра оперы и балета. За шесть лет в КрасОпере балерина запала в сердца многим театралам своим исполнением, легкостью и грациозностью. Но, как и всем профессионалам, хотелось роста, поэтому чуть больше года назад она переехала в негласную столицу театров Санкт-Петербург и стала солисткой сначала Михайловского, а потом и Мариинского театров. О конкуренции балерин, голодании и личном блоге кота — в откровенном интервью Newslab.
Елена Свинко проделала большой путь, чтобы оказаться в лучшем театре страны. В Красноярске она станцевала множество сольных партий: Жизель («Жизель»), Одетта-Одиллия («Лебединое озеро»), Кармен («Кармен»), Никия и Гамзатти («Баядерка»), Джульетта и Синьора Капулетти («Ромео и Джульетта»), Принцесса Аврора («Спящая красавица»). Также Елена танцевала Катарину в нашумевшем балете «Катарина, или Дочь разбойника». И даже получила «Золотую маску» в этом году за исполнение этой партии. Вот, что она рассказала нам о своем непростом творческом пути.
«Я никогда не предполагала, что смогу работать в Мариинке»
Последний сезон работы в красноярском театре мне хотелось развития и собственного роста в исполнении, повышать планку и не останавливаться. К сожалению, родной театр, в котором я выросла, больше не мог мне дать это. Так что я активно начала готовить почву для переезда.
Побывала на просмотре в Большой театр Москвы, но, к моему нынешнему счастью, не прошла. Тогда это послужило хорошим толчком и мотивацией работать усерднее перед московским международным конкурсом. Хотелось снова показать себя на сцене Большого и доказать, что они во мне ошиблись. К сожалению, после конкурса предложений особо никаких не было.
Тогда я поехала в Михайловский, проявила инициативу, готовилась к смотру, а меня приняли и без него. Конечно, красноярский театр, вся наша труппа меня поддерживали. Было очень грустно от них уезжать, ведь за столько лет вместе мы стали семьей. Помню, как стояла на сцене в свой последний и очень эмоциональный для меня спектакль, как делала последние поклоны и плакала от того, что покидаю свою семью.
В Михайловском я отработала сезон. Параллельно очень хотелось более классического репертуара и собственного творческого роста. Это мне мог дать Мариинский театр. Так что я много советовалась с мамой и сестрой о том, стоит ли пытаться попасть в Мариинку, может еще сезон в Михайловском провести. Было много мыслей и сомнений, но все как-то так судьбой сложилось.
Мне позвонил знакомый и предложил вместе сходить на спектакль в Мариинский театр. У него буквально за два часа до события освободилось место. Я с радостью согласилась. Там и произошла моя встреча с руководством театра и небольшой разговор в коридоре. Я сказала, что хотела бы к ним на просмотр, и мне так легко ответили: «Да, без проблем, приходи».
Честно, я даже никогда не предполагала, что смогу работать в Мариинке. Попасть туда было чем-то нереальным для меня. Большой театр в моем понимании более доступен для региональных артистов благодаря тому, что он находится в Москве и много кто туда едет. А вот питерский Мариинский был чем-то настолько недосягаемым и закрытым, что даже мечтать о нем казалось глупостью. Это же святая святых! Я решила рискнуть и мне предложили очень хорошее положение в театре.
Я сидела там и была в полном шоке от того, что это действительно все со мной происходит! Совершенно недосягаемая мечта стала явью. И сейчас порой иду на работу и не верю, что я здесь.
Однако стоит зайти внутрь, сразу возникает чувство, словно я здесь уже много-много лет. Все такое родное: сцена, коллектив, здание. Мне очень комфортно здесь, и душа такая спокойная.
Благодаря этому я получаю сильное удовольствие от рабочего процесса, выходя на сцену. Конечно, оказаться с артистами вместе, стоять на одном уроке по пластике с людьми, которыми ты вдохновлялся, — просто невероятно. Ты впитываешь эту энергетику, и сам даже расцветаешь от всего этого.
«В Большой уже не хочется»
Для меня следующая ступень развития — поступление в академию Ваганова и обучение на педагога классического танца. Но пока в Мариинке есть куда расти, и потолка здесь просто не существует.
В Большой уже не хочется. Москва для меня тяжелый город. Каждый раз, как приезжаю туда, вечно какие-то проблемы: телефон не работает, теряюсь, иду не туда. В Питер приезжаешь — все спокойно и размеренно. Поэтому могу сказать, что Петербург — мой город.
«Здесь всегда такой накал страстей»
В столичных театрах, конечно, тяжелее в плане конкуренции. Здесь всегда такой накал страстей, ты постоянно должен доказывать, что вот эту сольную партию могу танцевать я, а не другой человек. Но эта конкуренция здоровая и помогающая собственному прогрессу.
На общих уроках ты смотришь на других, они смотрят на тебя. Но в конфликты никто не вступает и стекла в пуанты давно не насыпает. Сейчас вы все доказываете на сцене.
Все очень дружелюбные, стараются помочь всегда, подскажут дорогу. Я первое время вообще терялась в театре. Говорят, например, что нужно на вторую сцену, а ты думаешь, куда идти вообще...
«В столичном театре нужно работать по-другому»
В Красноярске у меня были прекрасные педагоги, здесь же я занимаюсь с великими людьми. Например, с Габриэлой Комлевой, Екатериной Кондауровой. Впитывать в себя их знания и энергетику еще и в стенах Мариинского театра — неописуемо. Да и уровень другой.
Здесь изначально детей выбирают с длинными ногами, худых, с огромными подъемами, длинной мышцей. В провинции же отбор проще, и это дает о себе знать. В столичном театре тебе нужно работать по-другому, сдерживать себя в питании, чтобы соответствовать, ищешь для себя другие ракурсы. Поэтому сейчас у меня идет большой рабочий процесс над собой, манерой своего танца, его исполнения, стиля. В Мариинском театре более классические постановки, здесь все должно быть четко по канону.
Конечно, это тяжело. Особенно первые полгода для тебя все новое. Телу и мозгу нужно привыкнуть, постоянно думаешь, что нужно сделать, куда ногу поставить. Потом тело само запоминает, и ты перестаешь задумываться, но пока голова постоянно работает.
Физически тоже тяжело из-за большого количества репетиций и замечаний. Однако я сильно ощущаю, что расту, и даже не верится, что это все происходит со мной. Именно это перевешивает всю усталость и дарит чувство постоянного подъема.
Один день из жизни балерины
- Я встаю пораньше, где-то в 8:10 утра, и иду кормить кота. Мимо него невозможно пройти. Иначе он будет сидеть и пронзительно орать тебе прямо в душу, словно на грани обморока после недельного голодания. Дальше иду готовить завтрак себе. Обычно долго его готовлю, чтобы было что-нибудь вкусное. Долго сижу пью чай и наслаждаюсь этим приемом пищи где-то минут 30-40. Параллельно могу посмотреть сериал. Например, сейчас с удовольствием посмотрела сериал «Чужестранка». Также могу полистать соцсети. Кстати, я недавно завела аккаунт для своего кота. Это моя отдельная отдушина. В жизни слишком много балета, а здесь отвлекаюсь, делаю фоточки, монтирую видео. В моих подписках там только котейки, собаки.
- Всегда утром хожу в душ, там минут 15 стою под горячей водой. Потом собираюсь и иду на работу. Если хорошая погода, то могу прогуляться пешком, либо доезжаю на автобусе.
- В театр я прихожу часам к 10:00. Люблю долго разогреваться. Мне нужно прям потянуться, размяться, покачать пресс и спину. С 11:00 до 12:00 проходит балетный урок, а потом начинаются репетиции.
- Чаще всего мои репетиции в 14:00. До этого времени могу еще потянуться, позависать в соцсетях, подумать над замечаниями, настроиться на спектакль, который сейчас репетируем.
- Дальше следует обед. В Мариинке очень красивая столовая с панорамными видами и вкусностями. И снова репетиции.
- После такого рабочего дня дома меня ждут бытовые дела. Люблю вечером сесть повышивать под сериал, но это при условии, что я вечером не работаю в спектакле.
- Если работаю вечером, то к 16:30 прихожу в театр, начинаю делать грим и прическу. Делать макияж самой помогает успокоиться и настроится на роль, на работу. За час до выступления иду разогреваться, за 15 минут до выхода надеваю костюм.
- Спать ложусь до 23:00, чтобы хорошо отдохнуть и восстановиться. Особенно если ужина не было, то прям хочется лечь пораньше, чтобы завтрак скорее наступил.
Вещи, кот и робот-пылесос под мышкой
Когда переезжала, было много страхов, но я знала, что все это уже точно происходит, и пути назад нет. Вещи, кот и робот-пылесос под мышкой. Кстати, я просто обожаю свой робот-пылесос! Переезжала с ним и котом. Мама мне говорила: да потом приедешь, заберешь свой робот-пылесос, а я ей отвечала, что нет, я не поеду без кота и пылесоса! Могу оставить все, но не эти два предмета!
В этот период была сильно важна поддержка семьи, и я ее получала.
«В нашей профессии невозможно стать лучшим»
Артистам балета в принципе очень важна поддержка семьи. Родители должны максимально поддерживать своего ребенка, наставлять, слушать, потому что время обучения — очень тяжелый процесс. Лишний вес, стрессы, усталость, когда все это накапливается, то становится очень тяжело. Родитель должен настолько оберегать своего ребенка, пытаться понять, что он испытывает.
Я сама проходила через все это, когда перед взвешиванием пьешь какие-то таблетки, чтобы жидкость вышла, или не ешь три дня, сидишь на одной воде, лишь бы на весах быть поменьше. Сейчас-то понимаю, что это были глупые поступки, и после них все только усугубляется. И вот здесь снова важен родитель, который поймет еще и физическое состояние ребенка, сводит на массаж, проконтролирует излишнюю нагрузку.
В нашей профессии невозможно стать лучшим. Ты в любом случае должен стремиться к чему-то большему, иначе можно остановиться. К сожалению, у нас так нельзя, здесь каждодневный труд.
«Три вещи, которые меня вдохновляют»
Работа. Например, над «Сильфидой» я работаю с Габриэлой Комлевой, и она просто потрясающий педагог. То, как она передают мне все из рук в руки, из ног в ноги. Здесь другой стиль, комбинация рук и ног, положения тела. Я никогда себя не видела в этом балете и не танцевала его. Но вот сейчас это прям крутое чувство от работы. Слушаю каждое замечание, записываю на видео, чтобы потом посмотреть и отработать. Это сильно наполняет и поддерживает.
Еда. Я очень люблю готовить и кушать. Для меня это отвлечение и расслабление. Люблю жареную картошку, всякие сэндвичи с необычными сочетаниями. Последнее время подсела на авокадо, хотя никогда раньше не любила его. Теперь мой завтрак не обходится без тоста с яичком и авокадо, обязательно, чтобы желток быть чуток жиденький. Если захочется сладенького, то спокойно могу его себе позволить. Никогда не ограничиваю, ведь как только ставишь какой-то стоп, то организм входит в состояние стресса, и хочется еще больше, происходит излишнее накопление жидкости, солей, негатива, и это того не стоит. Лучше съесть и чуть больше поработать в зале. Главное, не перебарщивать, торт за раз не есть.
И третье, что меня вдохновляет, — моя семья и сестра. Она тоже балерина, работает в театре Якобсона в Санкт-Петербурге и путешествует по миру. Пока мы были с ней вместе в Питере, она приходила на каждое мое выступление, поддерживала, репетировала со мной. Во время ковида мы даже вместе репетировали по Zoom, пока педагоги болели, а к конкурсам нужно было готовиться.
Беседовала Екатерина Арутюнян специально для интернет-газеты Newslab
фото: Алиса Асланова, Роман Киркоров, Александр Нефф, Михаил Прокофьев
Читайте также:
«Теплосети — это моя судьба»: как инженер из Канска нашел работу мечты в любимом городе
«Какой прикол ходить по гнилью?»: интервью с красноярским любителем заброшек