Полуясное небо, освещенное болью,
Зовущей меня долгим светом назад.
Я жила и живу, неживая в неволе,
Словно жизнь моя погрузилась во мрак.
За загорелые плечи редких скул абулия
Прячу взгляд, как нелепый авгур.
И уже не почувствовать этой боли навеки мне,
Непокорной быть неумехой и слушаться дур.
Тонким пламенем загореться от нежности,
Яркий локон на солнце блестит..
И устать от покорности, верности,
Чтобы знать как сердце стучит.
Разорвать, зная боль, цепи тяжелые
На запястьях саднящей рукой,
Чтоб страдать от безысходности,
Наплевав на гордость, с тобой.
Заструится вниз тонкой лентою,
Словно кровь, потекла я рекой.
И упав на колени, наземная,
Я останусь навеки такой.
Пусть убьют грубость жесткую...
Не коснуться треснувших губ.
Может быть в чем-то суровая,
Только я, увы, лишь Суккуб.
Только сердца желание близкого
Захотело застать адамант.
А апострофа чья-то тернистая
Прольет густой шоколод.
Но любить слишком сладкое, терпкое,
На губах оставлять лишь следы.
Для меня как будто бы нервное,
После сладкого дай мне воды!
Породнившись с болью материнской любви,
Звенящей одичавшим рыком в поле,
Уже не желая бороться в пути,
Я живу и также дышу в той самой неволе.
Заикаясь от чувства стиснения грани,
Защищаюсь, борюсь с опьяненной судьбой.
Не чувствую, ни жестокости уже, ни боли...
Но сквозь дурность продолжаю идти!
Упиваясь гонением, растворяюсь и снова в одно:
Зеркалом треснувшим, вазой разбитой и склееной, антикварным предметом...
Соберусь - разобьюсь, сколочусь - сокрушусь,
Но останусь единым целым!
Как свернуть направление груза,
Что так мчит прямиком в одинокую грудь?
Разрывает сосуды милая, страстная Теза,
Разливается, стремясь дать мне вздохнуть.
Блеск переливов реки смиренное сердце
Заставляет порхать и нервно дрожать.
И в биение ритма ваша "примерная"
Начинает по бунтарскому нраву скучать.
Я умру в бойне с победой, неравная,
Не почувствую крепости, союзника, плеч.
Не жестокая, просто суровая и одинокая
Я - суккуб, меня нужно беречь!
Но меня обтекает та жидкость,
Что из твёрдого в горячее, вязкое, влажное!
Изгоняет все чувства, всю лёгкость
И в бреду уже не такая отважная...
Не люблю, как вы все, шоколад и не буду,
Приторный, дорогой, бесполезный Кевир!
Выкуплю, изгоню и избавлю себя, отовсюду,
Чтоб посеять в душе своей уверенность в мир.
Не спасло и погасло в глазах моих небо.
Где-то в пустыне засыпит яму в бугорчик родня,
Где мой спаситель? Где бы ты не был,
Прошепчу: "Они знали, шоколад - это яд для меня!"
Распинали, облили от плеч до земли
И прижали пепел к своей холодной, мрачной груди -
После растлили угли под ноги свои!
Но были это мои лучшие дни...
Возродилась из пепла и снова дышу грудью полной.
На рассвете беспокойный открою свой взор.
Наконец-то стала бездольной, но вольной,
Наконец-то вижу свой путь - горизонт!