Вот такое описание комсомольского быта в закавказской республике было опубликовано в номере старого советского издания за февраль 1929 года.
СТАРЫЙ быт еще крепок в этих местах. Я говорю о городках и селениях далекого Аджаристана. В течение ряда лет местное население смотрело на комсомольцев тут очень косо.
Теперь это понемногу сглаживается, но авторитет комсомола все еще неустойчив.
Еще и сейчас применяется в отношении комсомольцев такая, например, оценка: если комсомолец молится, то он хорош, если нет - плох.
Как ни удивителен этот факт, но это так - до сих пор многие комсомольцы и партийцы ходят в мечеть.
В селе Алек - Огян во время поста (рамазана), когда от зари до зари воспрещается употребление пищи, один комсомолец взял и пообедал. После этого он, бедняга, вынужден был в трепете и страхе убежать из дому.
Старые комсомольцы (с 1923 года) значительно самостоятельнее во взаимоотношениях с родными - выдержаннее проводят свою линию. Но нередки случаи, когда партийцы даже боятся употреблять мясо в пост, строго блюдя обычай отцов. Старики плохо смотрят на комсомольцев. И комсомольцам приходится бороться за каждую мелочь, ну, например за... кепки.
По местному обычаю можно одевать только папаху, чалму и башлык. Кушать здесь принято в головных уборах.
Комсомольцы, хотя и не верят в бога, но не решаются идти против отцов.
Самый опасный и хитрый
По дороге в Махунцеты я с любопытством заметил, как по обочине навстречу мне шел молодой джентльмен в белоснежной чалме, с тросточкой в руках. Я подумал, что это какой - нибудь почвовед или путешественник, но мой спутник - местный комсомолец разрешил мое любопытство: это был местный мулла. Ежедневно пять раз в сутки созывает мулла тонким голосом аджарцев в мечеть. Мулла на селе самый уважаемый и почетный человек. Кушает он по дворам - бесплатно. В год он зарабатывает до 400 рублей. Он активен, любопытен, и сует иногда свой нос, куда не следует. В селе Вайо, напр. мулла просил разрешения придти на открытое собрание комсомольской ячейки:
- Если можно, я приду на ваше собрание. - Ему разрешили. Он сидел до конца и внимательно слушал.
В селе Горджоми, Хулинского уезда, избач Джумидзе Ибрагим вел с муллой диалог следующего содержания:
- Что меня ожидает на том свете: я не молюсь? - вопрошал храбрый избач.
- Ты в огне будешь кипеть, - отвечал мулла.
- А если молиться буду, простит бог?
- Да, если раскаешься и будешь молиться четыре часа в день...
- А если не буду?
- То я на том свете тебя сам ногою ударю и в огонь толкну.
Мулла падок до женщин, но его грехи прощаются прихожанами.
Каждого умершего аджарца мулла обязан по закону собственноручно вымыть и положить в гроб, за что получает весьма солидную мзду.Муллы до сих пор «размножались» в школах - «медрессах». Раньше молодежь очень стремилась учиться в них, но «мода» эта уже исчезает: некоторые «медрессцы» побросали ученье и стали комсомольцами.
Несколько месяцев тому назад из Турции перекочевало много мулл, они быстро повили свои гнездышки в советском Аджаристане. Человек двенадцать таких туристов уже выслали обратно.
С муллой необходима упорная и жестокая борьба, иначе своим влиянием они долго еще будут держать в косности алжирское крестьянство и молодежь. Опасно еще и то, что муллы - наиболее культурные представители села. Есть муллы аджарцы, которые работают преподавателями в школах. Муллы обладают еще и любознательностью. В селе Цхмориси раз в месяц бывает кино; мулла является его аккуратнейшим посетителем.
Больное Аджаристана
Чадра до сих пор является символом порабощения женщины - аджарки. Во всей уездной организации комсомола пока что нет ни одной девушки. 13 - ти лет, еще, будучи в школе, девушка - аджарки одевает чадру и уже почти безнадежно заставить ее открыть лицо Я примкнуть к общественной жизни.
Национальная рознь, национализм пока еще сильны в психике аджарца. Самые реакционные представители мусульманского мира презирают христиан.
Среди молодежи это менее развито, но все же заметно. Очень презрителен взгляд аджарца на армян и грузин.
Если аджарец женится на грузинке, это считается позором. Если грузин женится на аджарке - считается грехом. Раньше на этой почве убивали из - за угла. Сейчас столь жестокая расправа не наблюдается.
Кровавая месть не исчезла из обихода аджарца. Стоит обругать одному другого, оскорбить - и пошло. Убивают друг друга, а потом увязываются родственники. Недавно произошло несколько убийств на почве кровавой мести. Местные власти бессильны бороться против кровной мести, и тут необходимы законодательные меры, строгий надзор и наказание виновных.
Пограничное положение Аджаристана с Турцией делает отдельные его местности центром контрабанды.
Многие комсомольцы и партийцы соблазняются легким заработком через контрабанду. Несколько человек партийцев исключено за контрабанду. Но контрабанда влечет, как азартная игра.
Прошлой зимою, в непогоду ходило «за добычей» 7 человек и все погибли под обвалом.
В семье комсомольца
С ребятами из укома КСМ забираемся на высокую гору, где в зарослях, как гнезда, стоят домики. Xозяин одного из них - бедняк, сидит на полу, как сторож возле дверей, ведущих в «женские комнаты», и покуривает трубку. Старик робеет, очевидно, боится того, что мы пришли за налогом. Объясняем в чем дело. Старик постепенно вступает в разговор.
- Я доволен тем, что сейчас свобода, - говорит он. - В борьбе с меньшевиками я повредил себе ногу. Раньше с нас взятки брали, - сейчас не берут. Я уважаю свое правительство, поэтому Джеври (17 - летнего сына) послал в комсомол...
- Я стар и молюсь богу, что же касается сына, то это его личное дело, я его не неволю. Вот насчет муллы я не согласен... без него все пропадет...
Сын - 17 - летний комсомолец с черным турецким профилем. Он рассказывает о себе:
- У нас вся молодежь в комсомоле... Вместе с другими я помогаю крестьянам. Многие меня уважают, а некоторые презирают. Я хочу очень учиться в партшколе.
Задаем ему вопросы о боге, о чадре, что носит его жена:
- Чадру со своей жены я не сниму, потому что одному как - то не под силу, если бы все, тогда и я. А вот в бога не верю.
Спрашиваю его о кровавой мести.
- Кровавая месть нехороша, - отвечает он - но если у меня брата убьют или отца, то я не вытерплю и уничтожу противника. Кровь у нас такая горячая...
Приведенных мною примеров достаточно, чтобы - хоть и очень бегло - охарактеризовать своеобразность условий и обстановки, в которой протекает работа аджаристанского комсомола.
Было бы крайне интересно, чтобы товарищи из других краев СССР описали свою жизнь, - то основное, что определяет их творчество, их достижения, их болезни, их борьбу и рост.