Хорватский журналист Ведран Обучина специализируется на политике, культуре, международных отношениях, мусульманском богословии, его исследованиям помогает прекрасное образование и свободное владение южнославянскими языками, русским, английским, немецким, кроме того, понимает итальянский и турецкий языки. Его публикации часто спорны, но всегда затрагивают наиболее острые проблемы жизни и политики. У него собственный взгляд на вопросы взаимоотношения народов, например, вот его анализ проблемы взаимоотношения Российской Федерации и Чечни.
Чечня – это уникальное явление в РФ: «Внутренний иностранец в России, главным гарантом которого является лично Путин». Кремль чрезвычайно заинтересован в том, чтобы Чечня оставалась самым близким союзником центральной власти, поэтому чеченскому лидеру можно то, что никому больше не позволяется.
В 2018 г. глава Чечни Рамзан Кадыров вынудил соседнюю Республику Ингушетию отказаться от десяти процентов своей территории в пользу Чечни. Это вызвало массовые протесты среди ингушей, но, несмотря на напряженную обстановку в Ингушетии, российский Конституционный суд поддержал договор о границе между Чечней и Ингушетией, а центральная власть не намерена вмешиваться в эту историю с переменой границ внутри Российской Федерации. Чечне можно всё!
Как это начиналось?
После завершения активной фазы Второй чеченской войны (2000 год) российские власти переложили контроль над республикой на плечи местных элит в обмен на отказ от борьбыза независимость. Формально институты и ведомства федерального уровня функционируют исключительно в соответствии с законами Российской Федерации. На практике они подчиняются воле Кадырова и традиционным чеченским законам.
Разрешается многожёнство, браки с малолетними девочками, «брачные» похищения, убийства во имя чести. В СМИ преобладает чеченский язык, как и в учреждениях и на заседаниях местных властей. Все это происходит при молчаливом согласии центральных властей и сопровождается массовыми гонениями на противников с применением пыток и массовыми репрессиями.
В основе практически полной независимости Чечни лежит местное вооруженное формирование численностью до тридцати тысяч человек. Формально они подчиняются российскому Министерству внутренних дел и Национальной гвардии, но на самом деле они образуют частную армию Кадырова, которую возглавляют его соратники.
Официально Чеченская Республика освобождена от призыва в ряды российской армии, однако в ней действуют военные комиссариаты, которые проводят отбор и постановку на учёт призывников. Несколько сотен из них каждый год отправляются на службу в местные чеченские подразделения.Ядро силовых структур Чечни – это бывшие сепаратисты, которые были амнистированы по решению главы республики. Он же предоставил им возможность снова взять в руки оружие, но уже под своим контролем. Таким образом, воевавшие с российской армией боевики обязаны Кадырову не только своими местом и зарплатой, но также свободой и жизнью.
Созданная в Чечне региональная армия, укомплектованная по национальному признаку, является, возможно, наиболее боеспособной военной группировкой в современной России. Особую роль в ее структуре играет «кадыровский спецназ». Подготовкой его бойцов занимается опытный офицер российских спецслужб Даниил Мартынов. В 2013 году после ухода из спецподразделения «Альфа» он был назначен помощником главы Чечни. Бывшие коллеги Мартынова называют его переход на новую работу предательством. Они всерьез опасаются, что подготовленные российским офицером боевики в случае конфликта снова направят оружие против российских же солдат, как это было в 1990-е и начале 2000-х годов.
Прекрасная экипировка, современное оружие и снаряжение, военная техника делают армию Кадырова мощной силой, а сам Кадыров не стесняется создавать новые вооружённые формирования и давать им национально значимые названия. Так, Кадыров объявил о формировании батальона имени шейха Мансура. Шейх Мансур – один из столпов борьбы чеченцев за независимость против Российской империи. Его особенно чтили сепаратисты во время чеченских войн. Однако теперь шейх становится символом чеченской государственности.
Второй батальон, недавно созданный, носит имя Байсангура Беноевского, который вел войну с Россией, даже когда сдался Шамиль, был искалечен в боях, захвачен русскими только жестоко израненный и повешен несломленный.
Клан Кадырова монополизировал местную экономику. Российское правительство контролирует только энергетический сектор в республике, хотя около 80 процентов ее доходов составляют федеральные поступления. Чеченские власти также отдают «дань уважения» местным государственным и частным институтам в виде выплат в пользу Фонда Ахмата Кадырова.
Квазисуверенитет Чеченской Республики и политика «очеченивания» способствуют тому, что у чеченцев крепнет ощущение собственной исключительности и превосходства над другими кавказскими нациями. Это также делает русский язык и культуру чуждыми для граждан этой республики, которые все больше верят в то, что данный регион — независимая страна, принадлежащая только чеченцам (они претендуют и на территории соседних республик Северного Кавказа), что дополнительно усиливает сепаратистские тенденции.
Кадыровцы зачастую действуют без договоренностей с федеральными властями. Оправдываясь борьбой с терроризмом, они действовали против политических противников Кадырова, организовывали вооруженные нападения в Ингушетии и Дагестане и совершали убийства за пределами Чеченской Республики. Благодаря защите Кадырова его люди избегают уголовной ответственности за эти деяния. Исключение составляют только те чеченцы, которых осудили в 2017 году за убийство бывшего заместителя председателя правительства РФ Бориса Немцова. Это привело к конфликту между Кадыровым и теми высокопоставленными представителями российского руководства, которые хотели бы ограничить произвол главы Чечни. Однако сейчас они не могут ослабить его позицию, так как он пользуется личным покровительством Путина.
Российский президент считает чеченского лидера гарантом российского приоритета на Северном Кавказе, человеком, который обеспечивает стабильность в Чечне и сохраняет ее в составе Российской Федерации.
Для российских властей внешне независимые действия Кадырова – плата за его вклад в борьбу с терроризмом и стабилизацию Чечни. Это позволит Кадырову в дальнейшем упрочить и собственную политическую позицию, углублять независимость Чечни внутри Федерации и распространять ее влияние в регионе. Его начинания подкреплены тем, что Кадыров играет роль посредника в российской политике на Ближнем Востоке и в Северной Африке.
В ближайшее время маловероятен сценарий, при котором действия Кадырова угрожали бы стабильности Северного Кавказа или территориальной целостности Российской Федерации. Страшные репрессии Кадырова против чеченцев, а также конфликт с российскими структурами власти означают, что глава республики должен оставаться лояльным федеральным властям, чтобы сохранить свою мощь и безопасность.
В случае внутреннего, достаточно серьёзного кризиса в РФ первое ,что сделает Рамзан Кадыров – сбежит от России вместе со всей своей республикой. И вот тут ему как раз и потребуется эта армия, чтобы удержатся у власти. Да и резкое крушение чеченского дотационного рая быстро добавит ему множество противников. К тому же, как показывает опыт, часть чеченских кланов моментально переходят в агрессивную оппозицию, и власти «верховного военачальника» из Грозного не подчиняются. Причём не подчиняются открыто. С оружием.
Так что армия Кадырова – это не тайный козырь Путина, а собственная подстраховка и гарантия сохранения власти Кадыровым.