34-й скорый. СССР, 1982. Режиссер Андрей Малюков. Сценаристы Всеволод Иванов, Андрей Малюков. Актеры: Лев Дуров, Елена Майорова, Альгимантас Масюлис, Александр Фатюшин, Александр Рыщенков, Петерис Гаудиньш, Марина Шиманская, Ирина Печерникова, Валерий Рыжаков и др. 24,6 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Андрей Малюков (1948-2021) поставил 25 фильмов и сериалов, в основном – остросюжетных («В зоне особого внимания», «Спецназ», «Диверсант», «Мы из будущего», «МосГаз» и др.), два из которых («В зоне особого внимания», «34–й скорый») вошли в тысячу самых популярных советских кинолент.
Фильм «34-й скорый» был поставлен Андреем Малюковым в русле установки на зрелищность, взятой Госкино на рубеже 1980-х. В общих чертах задача формулировалась так: если не перегнать, то хотя бы догнать! Само собой речь шла о голливудских жанровых блокбастерах. Правда, разрешалось обращаться лишь к определенным жанрам: фантастика, детектив, мюзикл, мелодрама, комедия и даже «фильм-катастрофа» поощрялись, в то время, как «фильмы ужасов», эротика и мистика были по-прежнему «вне закона»...
Незадолго до съемок «34-го скорого» Александр Митта уже поставил «фильм-катастрофу» об аварии на воздушном лайнере под названием «Экипаж». Андрей Малюков взялся за кинематографическое освоение фактуры горящего пассажирского поезда.
Увы, в отличие от Александра Митты (в фильме которого самой катастрофе предшествовала довольно длинная мелодраматическая часть), ему не удалось как следует познакомить зрителей с персонажами, характеры которых остались лишь намеченными пунктиром. Следовательно, и во время пожара поезда градус сопереживания был заметно понижен. Да и сама катастрофа поезда вышла на экране как-то не слишком выразительно и эффектно, что в итоге и сказалось на кассовых сборах: аудитория «34-го скорого» почти втрое меньше, чем у «Экипажа»...
Киновед Александр Федоров
В год выхода фильма «34–й скорый» журнал «Спутник кинозрителя» подчеркивал, что это «фильм–катастрофа. Того же порядка, что «Экипаж» А. Митты. Такие фильмы надо делать лихо, нагнетать ужасы виртуозно, и «34–й скорый» по этой части всем взял: он расчетливо бьет зрителя в нервные узлы, управляющие азартом, восторгом, слезами, страхом — море эмоций, бездна переживаний» (Токарев, 1982).
Журнал «Советский экран» отнесся к этой ленте не столь восторженно: «Некоторые эпизоды фильма, снятые на натуре и в естественных интерьерах, очень трудные в постановочном отношении, впечатляют своей достоверностью. Но нельзя не отметить и другое: слишком высокая событийная насыщенность той части картины, где идет схватка с огнем, где ликвидируется угроза крупной железнодорожной катастрофы, порой не дает возможности уяснить обстоятельства происходящего» (Савицкий, 1982: 7).
Многие сегодняшние зрители вспоминают «34–й скорый» с теплой ностальгией:
«Один из самых моих любимых фильмов. В этом фильме удивительно и прекрасно переплелось все: героизм, самоотверженность, самопожертвование, любовь, взаимовыручка наряду с подлостью, эгоизмом, цинизмом, жадностью, себялюбием. И каждый раз после его просмотра остается какое–то необъяснимое смешанное чувство. "34–й скорый" мной любим не меньше, чем "Экипаж". И пусть он уступает тому же "Экипажу", но что–то заставляет меня смотреть "34–й скорый" снова и снова (пусть и знаешь его уже наизусть)» (Алексей).
«Фильм остросюжетный, но сейчас смотрится, скорее, трогательно. Здесь важны не столько спецэффекты, сколько человеческие отношения. А они показаны очень ярко, благодаря тонким и глубоким актёрским работам, на которых, главным образом, и держится картина. … Каждый персонаж здесь убедителен и чем–то симпатичен, потому "хэппи–энд" особенно радует» (Тея).
Киновед Александр Федоров
«Забудьте слово «смерть». СССР, 1979. Режиссер Самвел Гаспаров. Сценарист Эдуард Володарский. Актеры: Богдан Ступка, Евгений Леонов–Гладышев, Пётр Меркурьев, Константин Степанков, Ольга Гаспарова, Элгуджа Бурдули и др. 24,2 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Самвел Гаспаров (1938–2020) поставил 11 остросюжетных фильмов, пять из которых («Ненависть», «Свидетельство о бедности», «Забудьте слово «смерть», «Хлеб, золото, наган», «Шестой») вошли в тысячу самых популярных советских кинолент.
Это еще один истерн Самвела Гаспарова из эпохи гражданской войны.
Несмотря на название этого истерна, смерть на экране приходит буквально с первых же кадров... Как и раньше, для режиссера главное – динамика, основанная на «железных» законах жанра.
Однако и здесь наметилась тенденция к штампу. Складывается впечатление, что на первом плане для постановщика находится не сюжетная интрига, пусть даже и вторичная, а сцены с эффектно падающими убитыми...
Увы, Самвел Гаспаров не Серджо Леоне: попытки заполнить сценарные «пустоты» кровавыми перестрелками, где в конечном счете не важно, кто и в кого стреляет, превратили фильм «Забудьте слово «смерть» в заурядную потасовку на фоне гражданской войны...
Киновед Александр Федоров
Кинокритик Николай Суменов (1938–2014) писал в «Спутнике кинозрителя», что в фильме «Забудьте слово «смерть» «с одной стороны – множество погонь, драк, выстрелов и убийств, с другой – отчетливо звучащая лирическая нота, романтическая наполненность, задумчивость и доброта» (Суменов, 1979: 1–2).
В связи с этим киновед Виктор Демин (1937–1993), на мой взгляд, совершенно справедливо заметил, что «у С. Гаспарова нет и не было вкуса к человеческой психологии. Но иные жанры терпимы, бывает, к психологическому минимуму. Тривиальность под видом психологических откровений в какой–то мере восполнялась энергией массовых сцен, в их, я бы сказал, языческой страстности, когда старые ценности отменены, а новые еще только–только осознаются». К примеру, в другом гаспаровском истерне – «Хлеб, золото, наган» – В. Демин отметил «мучительную экстатичность затянутых пауз. Вот сейчас должен прозвучать выстрел, вот догорит фитиль и рванет ящик с динамитом, вот в огне и дыме разнесется на куски подорванный врагом мирный полустанок... В самих этих ситуациях нет открытия, но это делается с полной серьезностью, изобретательно, разнообразно» (Демин, 1982: 78).
Зато, помнится, кинокритик Георгий Капралов (1921–2010) отнесся к истернам Самвела Гаспарова без всяких скидок на условности жанра, обвинив их в пропаганде насилия на страницах главной советской газеты «Правда»…
Поклонников у истерна «Забудьте слово «смерть» поменьше, чем у «Шестого», так что преобладают отзывы скептического характера:
«Неплохой "истерн", Гаспаров работал профессионально. Хотя многое вторично. Но тогда классических вестернов почти не показывали, как исключение "Великолепная семерка", "Золото Маккены", "В 3.10 на Юму". … Ещё словцо про качество сценария – называется точная привязка событий – июнь 1920 года, а Кикоть заявляет прибывшему к нему "врангелевцу", герою Ступки: "везде вас разбили, на Перекопе вас разбили". Но июнь – период успеха врангелевской Русской армии, Перекоп же – поздняя осень. Хоть бы учебник по истории СССР открыли» (Балдахин)..
«Если убрать фирменный "истерновский" колорит режиссера и несколько ярких актерских ролей, сюжет не цепляет. Замысел героя Б. Ступки внедриться в банду известен заранее, соответственно, интриги нет, способ внедрения под видом белогвардейца тоже не нов, очень похожий использовался в «Свадьбе в Малиновке» (У барона Врангеля – всё английское!). Внедрившись, чекист цели своей не выполняет, да и попыток убить Кикотя не предпринимает. Потом – финальная битва добра со злом, добро, понятно, побеждает. В последнюю минуту на помощь приходит долгожданная красная армия. Трюковые съемки неравнозначны – есть великолепные конные, которые сейчас не встретишь, есть попахивающие халтурой – циркач сбивает жердью всадника с седла – еще на полметра кол не донес, а тот уже высигнул и т.д.» (Михаил).
Киновед Александр Федоров