Александра Бруштейн. Её книги почему-то прошли мимо меня. Причём, прошли дважды. В моём детстве и в детстве моей дочери. Вот, навëрстываю.
Александра Бруштейн написала автобиографическую трилогию. В своих повестях она описала своё детство, родной гостеприимный дом, многочисленных родственников, друзей, соседей, своих домашних учительниц, учёбу в институте для девочек в городе Вильно, преподавателей в этом институте.
Сашенька Яновская — главная героиня повестей. Сашенька — живая, непосредственная и очень любознательная девочка.
"Папа мой говорит, что вопросы созревают в моей голове, как крыжовник на кусте".
Сашенькин папа врач. Известный, очень занятой и почти всегда очень усталый. Но для задушевных разговоров с маленькой дочерью время находится всегда, папа с дочкой очень близки.
В доме живёт старая няня Сашеньки, ставшая впоследствии кухаркой в доме, горластая Юзефа.
"Юзефа сидит на кухне, чистит кастрюлю и ворчит на той смеси русского языка с белорусским и польским, на какой говорит большинство населения нашего края:
— Другой доктор за такую працу (работу) в золотых подштанниках ходил бы! " (Это она о главе семейства).
Фрейлейн Цецильхен, немка, живёт в доме доктора и занимается с Сашенькой немецким языком.
"... в комнату входит мама...
— Мне скучно... — обиженно бубню я под нос.
— Поди играть с фрейлейн Цецильхен.
На это я не отвечаю — я жду, пока мама выйдет из комнаты. Тогда я говорю не громко, но с громадной убеждëнностью:
— Фрейлейн Цецильхен дура! "
Немку сменяет француженка Полина Пикар (в доме все зовут её Поль). Поль на много лет станет настоящим другом Сашеньке и всей семье.
Вот только Юзефа...
" — Немкиня! Французинка! Нужны они нам, как нарыв в пупке... У ребёнка голова, а не бочка! Лопнет голова — от помяните Юзефино слово! "
Сашенька поступает в женский институт. Здесь у неё появляются настоящие подруги, интересные, умные девочки, с которыми она будет близка все годы учёбы. Очень интересно описан уклад жизни и учёбы в этом заведении.
Редко каких преподавателей девочки уважали. В первую очередь, конечно, за отношение к самим ученицам, за уровень преподавания, за манерность, неискренность.
"Будьте любэзны", "бэзумно, бэзумно" и "прэлэстно" говорили преподавательницы.
Все классные дамы и учительницы, конечно же, имели клички. Мопся — одна из них.
"Когда Льва Толстого в прошлом году отлучили от церкви, Мопся не возмутилась тем, что русское духовенство теперь всенародно с церковного амвона будет возглашать анафему величайшему русскому писателю. Нет, Мопся только крестилась мелкими крестиками и шептала: "И поделом! Граф, а безобразничает, как мещанин... "
Трилогия написана лёгким, живым языком. Читать интересно, иногда смешно, иногда...
" — Папа... Я бы хотела, чтобы ты сделал что-нибудь очень хорошее!
— Например?
— Ну, например, пошёл — и убил царя!
— Ох, какая Пуговка, какая глупая Пуговка!.. — посмеивается папа. Настоящие революционеры... этого не делают... Они царей не убивают!
— Почему? "...
Папа (доктор) "посмеивается"...
Тут надо сказать, что Александра Бруштейн сама участвовала в революционном движении. И поэтому, когда писались повести (1955-1959гг), я думаю, устоявшиеся убеждения автора диктовали свои акценты. (В книге немало революционной тематики). Но, как говорится, из песни слов не выкинешь.
Среди родственников Александры Бруштейн много известных и знаменитых медиков, инженеров, историков. Большое и нтересное семейство.
Сын Александры Яковлевны — Михаил Сергеевич Бруштейн, известный инженер-механик, главный инженер кондитерской фабрики "Красный октябрь".
Дочь — Надежда Сергеевна Надеждина, балетмейстер, создатель знаменитого ансамбля "Берёзка".
Что ещё хочу сказать. Читая повести А.Бруштейн, сразу вспомнились ещё две книги (но если порыться в памяти, подобных книг можно вспомнить немало). Это "Динка" Валентины Осеевой.
И "Марийкино детство" Дины Бродской.
Эти две книги я читала своей маленькой дочери, когда она ещё не умела читать сама. И что интересно. Научившись читать, к "Динке" дочка не вернулась. А вот "Марийку" перечитала сама, по собственному желанию. Впрочем, не удивляюсь, книга очень добрая.
А вот трилогию А.Бруштейн дочь не читала. Мне самой интересна оценка от другого поколения. Попробую убедить прочесть. А то в противном случае, прочитает, когда доживёт до моих лет. А это будет не скоро.