Я очень люблю машины. Помню свою первую- синий седан марки «Ford», с выдающейся коррозией на кузове. Помню, как мы с моим покойным дедушкой красили его железное полотно, стоя по пояс в голубой краске, оставшейся от старенького Гольфа. Краска была голубой, а Форд синим. Получилось что-то на подобии синее-голубой зебры. Но мне нравилось. Нравилась его слегка подпорченная гофра, которая давала пронзительный рев спортивного авто, нравилась его атмосфера, его надежный венгерский «движок», а также его забота обо мне. За свой солидный 20 летний возраст машина ни разу не оставила меня умирать на обочине темной холодной ночью. Довезти до дома — это была прерогатива моей ласточки. В ней была душа. Я знаю, что многие современные психологи советуют не воодушевлять и тем более не привязываться к предметам нашего обихода. Да что уж там говорить, советуют даже не привязываться к людям. Но знаете, мне кажется вся наша натура, она в мелочах. Пользуясь чем-то, мы оставляем часть свои души в куске, например безликого железа, вместе с которым вы делите радость и несчастье. Ваш дом, который вы любите и о котором вы заботитесь, непременно вас укроет от непогоды, поможет развеять все страшные мысли. Кусок железа, предназначение которого довезти из точки А в точку В непременно Вас поддержит, когда Вы впервые едите на свидание всей жизни, и утешит, когда оно станет последним. Как-то однажды, я с сестрами ехала по ночной трассе и в свете ослепительного блеска, увидела Порш. Поддавшись искушению, я вслух произнесла: «Вот бы мне такой». Мой Форд, спустя пару секунд, взял и заглох. Прямо посреди дороги. Открыв капот и посмотрев внутрь благодаря дедушкиному техническому напутствию, машина оказалась исправна. За лесом напротив, на черном небе висела огромная луна и нам очень хотелось домой под теплый плед. Пришлось извиняться и только после этого мы смогли оказаться там. Настало время расставаться с моим Фордом, и когда машину стал отгонять чужой, жадный до денег коммерсант, она стала буксовать, глохнуть и мне даже на миг показалось, что, подмигнув своим тусклым желтым глазом, она пожелала мне никогда не отчаиваться и верить в себя. Мы умираем тогда, когда умирает память о нас.
Следующей моей машиной была строптивая японская ярко-желтая спорт купе
марки Mitsubishi. Дела с ней обстояли иначе. Она, как по истине, красивая и дерзкая девушка, требовала больше, чем отдавала. Не считаясь ни с кем, делала то, что ей хочется. Характер такой, наверное,). Но каждый день с ней был наполнен такими невероятными приключениями, что можно было простить абсолютно любой каприз. Непохожая ни на кого, она рассекала асфальт, подначивая на приступ абсолютно всех водителей на дороге. И знаете, мне кажется, что она не принадлежала до конца никому, даже мне.
Сейчас, вспоминая лихие дни за рулем, я смотрю на улицы и вижу безликие, одинаковые, клонированные автомобили. Было время, когда каждая машина была индивидуальностью, пускай в них не было того заграничного отполированного лоска, но я всегда узнавала своих знакомых именно по их авто. Не хочется верить, что такая изумительная, яркая и свободная нация, как мы русские, будем вынуждены жить в клонированном мире штампованных вещей. Хочется пожелать каждой уникальной машине большого автомобильного здоровья и счастья их владельцев.