Ленка в своё время давала жару. Бедные родители не успевали запоминать потенциальных зятьков. Уезжает с одним, приезжает с другим. Кого у неё только не было. Отец срывался на мать:
– Это ты во всем виновата, твоё воспитание. Стыдно по деревне ходить.
– Ты на меня всю вину не сваливай, – огрызалась мать, всё детство: 《Доченька-принцесса, делай что хочешь》. Вот и вырастил принцессу. Прынцев не успеваем считать.
Казалось, что всё, не будет с Ленки толку. Но попался ей мужичишка. На первый взгляд – незавидный, выпивал каждый божий день, но зато руки не распускал и работал за троих. А это в деревенской жизни немаловажный фактор. И как-то прикипела Ленка к нему, угомонилась. Жила со своим "Крамором" душа в душу. Так-то по паспорту он был Юрка, но из-за большого сходства с актёром Савелием Краморовым прилепилась к нему эта кличка, так что по имени его никто никогда не называл. Юрка не обижался, привык.
Лена родила ему двоих сыновей. Сыновья получились, как правильно слово подобрать, стоумовые что ли или замудрённые. В деревне их именно так и называли. Старший с детства увлекался птицами, помешался на них. Соорудил свой инкубатор, выводил в нём птиц диких, домашних. Весь двор в пернатых – не пройти. Любимчик у него был журавль. Совсем ручной, ходил за ним по пятам. Куда Женька, туда и он. Он в школу, журавль за ним бродит по поляне, ждёт, когда Женька отучится. На этой поляне его пацанва из рогаток и расстреляла металлическими шариками. Женька потом страшно рыдал, над близкими умершими людьми так не плачут. Ничем не могли успокоить. Когда вырос стал орнитологом. Так и не женился, всё по лесам да болотам пропадал, птиц изучал, не до женитьбы.
Второй сын, Сашка, уродился кулибиным. Постоянно что-то конструировал, с утра до ночи в гараже. В десять лет мог уже мотоцикл разобрать по запчастям и снова собрать. С любой поломкой все в деревне шли к нему, как в мастерскую. Но на починке в деревне не разбогатеешь, уехал Сашка на вахту дороги строить. Полмесяца в городе, полмесяца дома.
Зря Лена переживала, что Сашка останется без невесты. Несмотря на свой кроткий нрав, я бы даже сказал воловий, познакомился в городе с девчонкой, да так познакомился,что она даже ради него переехала в деревню, устроилась медсестрой в местную поликлинику.
Всегда улыбчивая, с румянными щечками. Лене сноха понравилась, она с радостью приняла Ольгу в семью, словно родную дочь. Старалась не доставать просьбами и нравоучениями. Для Лены было очевидно, что городскую девку бесполезно приучать к хозяйству и огороду, всё равно толку не будет. Сашку любит – это главное, а всё остальное постепенно приложится. Где-то около года молодые прожили в родительском доме, а затем благодаря совместным усилиям купили квартиру в двухэтажке. И вот тут началось самое интересное.
На одной лестничной площадке с ними соседствовала молодая вдовушка. Муж у неё – пацан совсем, покончил с собой, оставив крохотную дочку сиротой. Что там случилось доподлинно неизвестно, но все деревенские винили Иришку. Красивая зараза, но стервозность в ней зашкаливала. Смерть мужа она перенесла довольно легко, как будто его и не было никогда. Все её желания и устремления сводились к одному – найти мужика подостойней, который отвечал бы всем запросам и исполнял все капризы. А чтобы такого найти, нужно ежедневно забрасывать невод, отсеивать мелкую рыбешку и терпеливо ждать, когда в сетях запутается крупная рыба. И тогда‐то уж она свой шанс не упустит.
Милые посиделки со спиртным и ухажеры на одну ночь, вот чего Оле не хватало в унылой, серой деревенской жизни. Как только Саша уезжал на вахту, Оля прямиком после работы шла в гости к своей новой подружайке Иришке. Там всегда её ждал полный набор развлечений.
Дня за два до приезда Саши Лена шла разгонять шалман. Будила пьяную сноху, бывало такое, что и не одну. Тащила за шиворот домой, приводила в чувства. Спокойно, без криков объясняла, что ни к чему хорошему такое поведение не приведёт. Прощала, списывала всё на молодость. Вспоминала, что сама раньше не лучше себя вела, а местами даже хуже. "Девка-то неплохая, –думала Лена, – перебесится поди".
И действительно всё как-то рассосалось само собой. Иришка выловила достойного кандидата в мужья, отшила Олю, чтоб не дай Бог не создала конкуренцию. И всё, посиделки прекратились. Оля превратилась в образцовую жену, в скором времени забеременела, на свет появился новый человечек. Лена не спускала с рук свою любимую внучку. С удовольствием взяла на себя все заботы, связанные с воспитанием. Казалось бы, Бог наградил её сполна за терпение и мудрость, которые она проявила к снохе, но это только казалось.
По деревне поползли слухи, что Оля во всю крутит любовь с кем бы путним, с Димкой. Молодой, красивый, тут не поспоришь, но алкаш первостатейный. Ни на одной работе долго не задерживался, отовсюду гнали поганой метлой. Весь в батю, царство ему небесное, до сорока лет не дожил, умер от пьянки. Родная мать на него махнула рукой, купила отдельный дом и живи ты уже как хочешь. А эта дурочка влюбилась.
Деревенским только дай повод, сплетен ушат выльют. Неоднократно Лена наблюдала одну и ту же картину. Зайдёт она, к примеру, в магазин, и все галдевшие до этого бабы резко замолкали, только снисходительные улыбочки на лицах. Стыдоба, хоть вообще из дома не выходи.
Мужики, подвыпив, выдвигали свою версию происходяшего. Мамзели, они ведь все ласку любят. А Сашка, что приедет с работы и сразу в гараж, железки свои крутить, нет, чтоб в постель бабу затащить, вот она с ума и сходит. В продолжении разговора каждый с обильным слюновыделением озвучивал свою версию, как бы он поступил с такой пышечкой. Дальше шла пьяная болтовня, что бабу надо в строгости держать, чуть ли не плёткой хлестать, как в старину. Но стоило появиться одной из жён на их собрании и топнуть ногой, все знатоки семейной жизни, как мыши, разбегались по углам.
В отличие от свекровки Оле не было дела до деревенской трепотни. Она не могла дождаться, когда Сашка смоется на вахту. Дальше всё по плану, дочку сплавить бабке и айда кувыркаться с Димкой.
Лена пыталась составить с Олей беседу и до Димки добралась, но тот в ответ хлопал своими бабскими длинными ресницами и мычал что-то нечленораздельное. Всё бесполезно, сокрушалась Лена. Раньше хоть просто шуры-муры крутила, а это влюбилась дура, так просто не отвадишь.
Зимой темнеет рано, в один из таких вечеров Лена убаюкала внучку и отправилась к Димке, чего конкретно хотела добиться от этого визита она и сама не знала, но валенки тянули её именно туда. Синий цвет от телевизора освещал спальню,сквозь занавеску она разглядела два знакомых силуэта, занимающихся художественной гимнастикой, да так активно, как будто это был Чемпионат мира и честь страны зависела от этого выступления. Такое зло взяло Лену, сыночек там впахивает, а эти смотри, что делают. Дальше как в тумане – подперла какой-то палкой дверь, надергала соломы и подожгла. Деревянный дом вспыхнул как порох. Лена прошла метров сто и очнулась с криком: "Господи, что я натворила!" Побежала назад спасать любовников. Димка разбил окно и они с Олей выплюнулись в сугроб абсолютно голые, глядя со стороны, можно было подумать, что их только что родила какая-то слониха.
На дымящемся пепелище толпился народ и не торопился расходиться. Когда ещё представиться возможность так всласть почесать языки. Пожарные скручивали шланги, стараясь не задеть Лену, стоящую на коленях в луже, которая постепенно обрастала коркой льда.
"Люди добрые, простите, не понимала, что делала, – как мантру Лена повторяла одни и те же слова, –Не понимала, простите".
Саша Олю простил, а мать почему-то нет, долго на неё потом злился. За два года, что она провела в тюрьме любимый сынок не написал ни одного письма, не сделал ни одной передачи. Убежал от позора вместе с Олей в город, там и прижился.
Лена ходила туда-сюда по тесному прогулочному дворику, смотрела на небо в клеточку, вспоминала внучку: "Как она там, мой ангелочек".
Зло над ней судьба посмеялась, впрочем кого винить?