Иван Сергеевич Кредитов
Проснулся рано, в шесть утра.
В окно мела пурга и сердито,
Сдувая завтра и вчера.
Глотнув вчерашний горький кофе,
Ища в шкафу-купе ремень,
Скребя заросший, сонный профиль,
Кредитов встретил новый день.
Поковылял привычно в центр,
В свой офис фирмы «ООО Хап».
Своих коллег и дело в целом,
Иван любил как муха жаб.
Но ипотека, мебель, телек,
Кредит на отпуск в Таганрог,
Его пинали в «Хап» быстрее,
Чтоб что-то выставить на торг.
Он ехал буквой зю в вагоне,
И точно помнил - рабства нет.
Так что ж к земле Ивана клонит
На пике его лучших лет?
На много ль стал Иван счастливее,
Когда на плазме «супер хром»,
Смотря на жителей Боливии,
Он чувствует себя рабом?
Иван Сергеевич Кредитов
Проснулся рано, в шесть утра.
В окно мела пурга и сердито,
Сдувая завтра и вчера.
Глотнув вчерашний горький кофе,
Ища в шкафу-купе ремень,
Скребя заросший, сонный профиль,
Кредитов встретил новый день.
Поковылял привычно в центр,
В свой офис фирмы «ООО Хап».
Своих коллег и дело в целом,
Иван любил как муха жаб.
Но ипотека, мебель, телек,
Кредит на отпуск в Таганрог,
Его пинали в «Хап» быстрее,
Чтоб что-то выставить на торг.
Он ехал буквой зю в вагоне,
И точно помнил - рабства нет.
Так что ж к земле Ивана клонит
На пике его лучших лет?
На много ль стал Иван счастливее,
Когда на плазме «супер хром»,
Смотря на жителей Боливии,
Он чувствует себя рабом?