"...Пару дней назад столкнулась в подъезде с соседской дочкой. Ей уже за тридцать, живет со своей семьей на другом конце города, но каждый день после работы обязательно заезжает к своей матери. К слову, моя соседка на два года младше меня, ей шестьдесят восемь, но так вышло, что весит она почти 150 килограммов, из-за чего страдает отдышкой, имеет проблемы с сердцем и опорно-двигательным аппаратом. Почти не выходит из дома, разве что в те редкие дни, когда дочь Ольга отвозит ее к врачу.
Я из вежливости поинтересовалась у Ольги, как обстоят дела с ее матерью. Та посетовала на то, что лучше Наталье не становится, она все реже поднимается с постели, а обслуживание себя самой становится непосильной ношей.
Возник разумный вопрос: почему не нанять для матери сиделку, вместо того, чтобы мотаться на другой конец города для того, чтобы забить холодильник матери очередной партией продуктов и не помочь ей с банальными вещами: мытьем, расчесыванием, переодеванием. Ольга так на меня посмотрела, как будто я предложила ей нечто кощунственное.
«Она ведь моя мать!» - сказала она и по ее взгляду я поняла, что и в самом деле своим вопросом задела ее за живое. – «Как я доверю уход за ней постороннему человеку?»
И вот она каждый день после окончания рабочего дня несется к матери, по пути заезжая в магазин, по выходным пытается вывести Наталью на прогулку, сама лично поддерживает в доме порядок, следит за питанием (весьма, впрочем, безрезультатно, иначе откуда бы у моей соседки наросли бы на боках ее десятки килограммов?)
Если отбросить в сторону вопрос о здоровье Натальи, который меня должен мало волновать, потому что это не я запихиваю в нее тазики салатов и по несколько куриц-гриль за раз, передо мной возникает другой вопрос, более для меня личный.
Наталья больна, беспомощна, а ее дочь постоянно находится рядом с ней несмотря на то, что следовало бы мамашу показать врачу, и не терапевту и кардиологу, а психотерапевту и диетологу. Я же совершенно здорова, активна, мне семьдесят лет, и я продолжаю работать и поддерживаю свое тело в тонусе, но… Я совсем не интересна своему сыну.
Сашку я родила в двадцать пять. Тогда у меня был счастливый брак, я порхала как бабочка, занимаясь семьей и облагораживанием дома.
Для меня семья вообще всегда была самым важным, самым главным, и я была готова на все ради того, чтобы в доме всегда было не только чисто и уютно, но еще и комфортно для всех обитателей. Мы с мужем никогда не ссорились, Сашка рос в атмосфере абсолютного счастья и заботы, и мне казалось, что это само собой разумеющийся факт – быть вместе и не приносить друг другу неприятностей. В какой-то момент промолчать, где-то не поспорить, кое в чем придержать свое мнение при себе.
Я овдовела в сорок пять, и сразу после смерти моего супруга Саша съехался со своей будущей женой.
Ему было двадцать, мне мой сын тогда казался ребенком, и я никак не могла представить его себе настоящим семьянином, главой в своей семье, отцом детей. Впрочем, ничего из этого всего мне так и не довелось увидеть.
Через полгода после того, как мой сын съехался со своей девушкой, ему предложили работу в Москве.
Сами мы жили в Новосибирске, я и сама тут по сей день обитаю, а сын со своей невестой перебрались в столицу. С того момента я бывала у них дома всего пару раз, и то проездом. Видела своих внуков, но с момента моего последнего визита в дом Саши прошло почти десять лет.
Были редкие звонки, вялые приглашения на праздники, а на мои приглашения незамедлительно следовал отказ. Мол, куда мы, жители столицы, со своим бешеным ритмом, попремся в вашу Сибирь? Что мы там не видели? Я не бралась в счет, меня видеть им не хотелось.
Я старательно отгоняла мысли о том, что совершенно не нужна своему сыну. Да, вырастила, помогла с образованием и покупкой квартиры, а потом Саша совсем отдалился, занялся своими семейными проблемами, а про то, что какие-то проблемы могли быть у меня, он и не задумывался.
Это ведь я сама старалась весь тот период его жизни, что он был со мной, сделать максимально счастливым и беззаботным. Наверное, Сашка и по сей день считает, что я живу вот так же без проблем и забот.
Теперь же, глядя на свою соседку с ее огромным весом и далеким от идеального состоянием здоровья, я начинаю ей завидовать. Наталье нужна помощь, и рядом с ней оказывается ее дочь, которая и смотрит на мать с любовью, и принимает ее такой, какой она является. В голове моей появляются глупые мысли о том: а, может быть, и мне заболеть, чтобы проверить, прибежит ли мой сын мне на помощь?
Думаю об этом и боюсь. Нет, не боюсь заболеть по-настоящему, я не суеверна. Я боюсь того, что мой сын не придет мне на помощь, потому что я ему не нужна. Ни больной, ни здоровой, никакой. И эта мысль не дает мне покоя..."
---
Что тут можно сказать?
---
Подписывайтесь на канал, будет интересно.