Туляк Ростислав Иванович Жидков с теплотой вспоминает предвоенные годы. Футбольные битвы улица на улицу. Занятия в авиамодельном и радио- кружках. Чтобы туда попасть (а это считалось очень престижным), надо было сперва «подтянуть» учёбу и предъявить достойные отметки в дневнике.
Сдачу нормативов на значки ГТО, «Ворошиловский стрелок» - это тоже было очень развито и считалось невероятно престижным, к чему любой всеми силами стремится.
После школы Жидков поступил в оружейно-техническое училище в родной Туле. Обучение шло по ускоренному, интенсивному графику. Времени на сон и отдых не хватало. Засыпали не только сидя, но и стоя!
К тому же, с января 1941-го начали ходить в патруль на железную дорогу: уже пошли на запад эшелоны с войсками. Стояли в оцеплении на ж/д станции.
В конце мая 1941-го - выпустили досрочно, присвоив звание лейтенанта. Выехали под Владимир. Там уже были лагеря, в которых сосредотачивали запасников, призванных на военные сборы. Шли стрельбы из всех видов оружия, патронов не жалели.
Весь этот интенсив был не зря, уверен Ростислав Иванович: «Как мы из 41-го года выскочили, я не знаю… Если бы дикие усилия не применили после финской - конец нам!»
Ещё бы: вторглась в СССР не одна Германия, а целый «Евросоюз», созданный Гитлером. Множество народов, огромная сила, на которую работала вся европейская промышленность!
«Эту бабу и всех, кто был в её избе, мы перестреляли. Я бы и сейчас так сделал»
Те дивизии, что под Владимиром формировались, были крепкими, хорошо вооружёнными. В конце июня их погрузили в эшелон и потянули на фронт. Ехали сперва с песнями: ух, сейчас мы дадим этим захватчикам по зубам!
Потом стали попадаться в хлам разбомбленные ж/д станции, толпы беженцев, эшелоны с несметным количеством раненых. Петь перестали - насторожились. В Смоленской области выгрузились, вошли вместе с каким-то кавалерийским полком в лес. Он не спас от мощного авиаудара «юнкерсов».
«Я не помню, как я влез в поленицу, которая там стояла. Долбили нас минут 20. Волнами. Вылез - гарь, дым. Особенно тяжело было смотреть на бьющихся лошадей. Вот так началась моя встреча с войной», - с горечью рассказывает Жидков.
Он воевал в составе 922-го полка 250-й дивизии 30-й армии. По его словам, первые недели четыре - как в каком-то бредовом тумане. Бомбили каждый день, а в перерывах между бомбёжками – немецкие механизированные группы на танках врывались на устроенное этими авиаударами месиво.
Бедлам, хаос. Жидков, назначенный вместо убитого комбата командиром батареи «сорокапяток» быстро их в таких условиях полной неразберихи растерял. Осталось два орудия. Сам стрелял из «сорокапятки». Машину немецкую сжёг. Стрелял и по бронетранспортёру… Вроде как попал. По танкам тоже стреляли, но ни один остановить не смогли.
После неудачных боёв – откатывались на восток. По словам Ростислава Ивановича, случалось так, что по одной и той же дороге впереди них идёт немецкая колонна и сзади ещё одна, а они посередине. И немцы не замечали, потому что сами ехали на всём, что двигалось, в том числе и на наших машинах.
Ростислав Иванович никогда не забудет такой случай. Тяжело раненого командира оставили в крайней избе одной деревни. Только отошли в лес в километре или полутора – смотрят, идут немцы. Хозяйка из избы выбежала - и к ним. Немцы вытащили раненого командира и расстреляли.
⚡Больше таких историй можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars
Наши дождались темноты, подкрались, и всех, кто был в этой избе перестреляли, а потом и избу сожгли. «Я бы и сейчас их пристрелил!» - заявляет Жидков.
В этой кровавой каше застала его телеграмма с приказом откомандировать всех выпускников военно-технических училищ в Москву. Как оказалось - на формирование частей реактивных миномётов, «Катюш».
Это Владимир «Две Войны». У меня есть Одноклассники, Телеграмм. Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком👍
А как Вы думаете, справедливо ли поступил Жидков?