Можно еще «простить» гражданского исследователя (хотя и это не оправдание: есть ведь военные консультанты – М.С.), но капитан 1 ранга В.Д. Доценко, наверняка, должен был знать, что замысел командующего отражается на Плане боевых действий (у Нахимова – на Плане атаки – М.С.) и в прилагаемой к нему Пояснительной записке. Еще до прибытия отряда Новосильского старший штурман Штаба командующего эскадры капитан Иван Некрасов «…для составления плана атаки снял расположение неприятельских судов и укреплений»[1]. На Плане атаки и были определены состав колонн эскадры для входа на Синопский рейд, порядок их боевого развертывания из походного положения в линию баталии, назначены диспозиции кораблей и предварительно распределены между ними атакуемые корабли и береговые батареи противника. Этот план, нанесенный на карту флагмана, и отражал замысел Нахимова на предстоящее сражение, об отсутствии которого сокрушается Доценко. А в Приказе, с целью единства понимания и согласованности действий, Нахимов, указывает на техническую сторону предстоящего боя, в основном, касающуюся морской практики и боевого применения корабельной артиллерии.
О каком направлении главного удара идет речь? Это не Трафальгар - сражение большого количества кораблей в открытом море. Здесь атака кораблей противника, находящихся под прикрытием береговых батарей в ограниченном водном пространстве с минимальными возможностями для маневра. Все турецкие корабли расположились дугой вдоль синопской набережной на небольшом расстоянии от берега. Нахимов, имея превосходство в огневой мощи и калибрах орудий, назначил диспозицию своим кораблям так, чтобы поражать одновременно все корабли противника и подавлять его береговые батареи. А расстояние, равное 1,5 – 2 кабельтов, не только повышало точность стрельбы, но и давало возможность применения всего бортового залпа, в том числе 68-фунтовых бомбических орудий нижних деков, имевших меньшую дальность стрельбы, чем другие калибры.
П. Кириллов, решил внести свою лепту в критический разбор решений Нахимова. Он рассказал нам как было «на самом деле», что все было не так, «как <…...> писали в книгах о Синопе». Для этого он выдумал две «серьезные» ошибки Нахимова, которые «дорого обошлись русской эскадре в начавшемся сражении». По Кириллову, первая ошибка состояла в том, что Нахимов вел свои корабли в ловушку, устроенную Осман-пашой: тот «подпустил русских на короткую дистанцию» и начал расстреливать русскую эскадру во время ее развёртывания. Корабли Нахимова, якобы, не смогли использовать всю свою артиллерию до постановки всех кораблей на шпринг, так как «Великий князь Константин» и «Чесма» встали неудачно и друг другу мешали и только потом, развернувшись на шпринге в разные стороны, могли стрелять всем бортом», а «Трем святителям» и «Ростиславу» ввести в действие артиллерию мешал «Париж». Второй «серьезной ошибкой» наш «разоблачитель» считает диспозицию, которую заняли корабли Нахимова в линии баталии: невыгодную позицию заняли «Императрица Мария» и «Великий князь Константин», а «Чесму» шедшего последним в колонне, Нахимов практически лишил возможности полноценно участвовать в сражении».
«Ошибки Нахимова, - делает вывод Кириллов, - дорого обошлись русской эскадре в начавшемся сражении, так как позиции кораблей его колонны оказались крайне неудачными».
Но документы, и в первую очередь вахтенные журналы русских кораблей, участвовавших в сражении, дают совсем другую картину. Несведущим читателям следует сообщить, что вахтенный журнал заполняется вахтенным офицером или, по боевой тревоге, старшим помощником командира корабля (во времена Нахимова – вахтенным начальником, а в бою – офицером Корпуса штурманов – М.С.) в момент совершения события или сразу после него.
Все эпизоды, предшествующие Синопскому сражению и самого сражения, зафиксированы в вахтенных журналах кораблей, участвовавших в сражении. Достоверность событий, при явном, за исключением некоторых нюансов, совпадении их описания, не вызывает сомнение. И когда читаешь эти журналы, возникает вопрос: откуда г-н Кириллов почерпнул сведения, давшие ему повод к его трактовке хода Синопского сражения?
Состав эскадры диктовал Нахимову использование линейной тактики ведения боя. Нахимов, придававший большое значение роли командиров в искусстве управления и использования оружия в бою, в своем приказе на бой писал: «… я предоставляю каждому ˂командиру корабля˃ совершенно независимо действовать по усмотрению своему, но непременно исполнить свой долг».
Русская эскадра превосходила турецкую по классу кораблей (техническая разница между линкорами и фрегатами существенна) и соотношению количества орудий и весу залпа. Черноморские линкоры имели прекрасные мореходные качества и команды, хорошо обученные морскому делу, быстроте и меткости артиллерийского огня. Все это сочеталось с высоким морально-волевым духом и храбростью русских моряков.
Ничего нового, для решения поставленной задачи по уничтожению турецкой эскадры, русскому адмиралу придумывать не было необходимости. Но, тем не менее, замысел Нахимова на бой, способствовал достижению успеха с наибольшей эффективностью.
[1] Нахимов. Документы и материалы стр. 328
Продолжение следует.... Начало здесь
Оставляйте свои комментарии, отмечайте лайками, подпишитесь на канал. Здесь только уникальный контент. Будет интересно