Мы ждем фотографии, на которых вы и ваша самая-самая МАМА. Самая красивая, талантливая, любимая, активная, неожиданная!
Напишите несколько добрых слов о близком человеке или интересную историю и присылайте на редакционный WhatsApp: 8-900-279-09-37.
Победителя ждет главный приз – профессиональная фотосессия от фотографа «НР» (5 фото), лауреатов конкурса – памятные подарки.
Фотографии и теплый рассказ о своей маме прислала Ольга Брынцева.
И как они всё успевали?
Самый страшный вопрос из детства: «Кого ты больше любишь – маму или папу?» всегда ставил меня в тупик. С годами чаша весов склонялась то в сторону папы, то в сторону мамы.
Вспоминая то время, становится стыдно за свое отношение к родителям в прошлом.
Я смотрю на свою 88-летнюю маму и говорю: «Мамочка, какая же ты у меня красивая!» Она недовольно перебивает: «Да уж, красавица. Не смеши меня». Но я совершенно искренна. Как говорится: после пятидесяти на лице всё написано: и сколько выпил, и сколько закусил, и вообще, какую жизнь прожил.
Я люблю тихие спокойные вечера и наши с мамой разговоры. Прошу рассказать её о той жизни, которую она прожила. И понимаю, что излюбленная фраза стариков «А вот в наше время…» — это не пустые слова. Потому что жизнь того поколения разительно отличалась от нашей.
Когда на выходных, изображаю из себя хозяюшку, нажимаю на кнопку стиральной машины, включаю хлебопечку, мультиварку и прочие прибамбасы, облегчающие труд женщины, но начинаю к обеду чувствовать себя невероятно уставшей, всегда, вспоминая мамины рассказы, одёргиваю себя.
С чего начать сравнивать? С военного детства, когда вкусняшками считались очистки с картофельных очисток, найденных на улице?
Как в 16 лет, закончив техникум, уехала в Казахстан, там вышла замуж за папу, рожала детей? Нас, детей, было трое. И это несмотря на то, что жили кровать в кровать со свекровью в одной комнате.
А как рожала второго сына? Была суровая зима и никакая машина по такому бурану бы не доехала. Погрузил папа маму на санки и повёз. Но не довёз, родила прямо в этих санках, в сугроб. И мой брат, хватанув с первым криком морозного воздуха, потом долгие годы болел.
А про декрет что рассказывала? В декрете мамочки были только месяц, а потом всё, иди работай, тунеядцы стране не нужны. Но нужно отдать должное, ясли давали сразу же, ни о каких очередях речи не было. А декретных на руки выдавали аж 20 рублей. «При какой зарплате?» — спрашиваю. «Ну… точно не помню, вроде бы 140. Но мы всегда покупали что-то на память. Помнишь, у нас были два коврика небольших? Вот на одни декретные мы их купили, на следующие добавили денежку и приобрели шифоньер».
Рабочая неделя была шестидневной. Это если не было субботников. И в этот выходной надо было успеть всё – и постирать, и убрать, и еду наготовить, и уроки с нами поделать. И всё ручками-ручками.
И были переезды, и на каждом новом месте требовались ремонты. «Приду с работы, накормлю всех, и до 12 ночи штукатурю».
Вот так и жили наши мамы. Не все, конечно, но многие. И вот что интересно – это поколение, так трудно жившее, оказалось на удивление крепким. И мудрым.
Мы выросли, мама, я смотрю на тебя и понимаю, что очень бы хотела быть такой же сильной духом, мудрой, доброй. Живи еще долгие годы, моя самая лучшая подруга на свете!
Твоя дочь Ольга.
На фото: моя мама Надежда Иосифовна, я и мой брат.
