Наш блогер Елена Проколова всегда в хорошем настроении. И даже плохое свидание не может ее расстроить.
Я очень люблю жизнь и считаю, что это главная ценность. И ко мне все время подходят знакомиться на улице, хотя мне уже за тридцать, я лохматая и в порванных кроссовках. Ко мне в Балашиху едут и старые знакомые, как недавно сделал Ф.
«Он меня не уважает, - подумала я, увидев его, - Потому что верх неуважения — прийти на свидание в косухе и с немытой головой».
Еще несколько дней назад он предложил мне встретиться («ради тебя я поеду за МКАД»). До этого в реальной жизни мы виделись единожды год назад, больше не общались, и я бы меньше удивилась, если бы ко мне приехали депутаты Госдумы (у них-то я хоть брала интервью). Но они не приехали, а приперся Ф. Я спросила: «Зачем?»
- Хочу освежить старые контакты, - махнул волосами он.
От нечего делать мы пошли в обшарпанную столовку. Ф. начал ныть про то, что живет один, но обожает рок и создал группу, репетирует в гараже, пишет рассказы и т. д.
Я испытала жуткое желание уткнуться в телефон. Оказалось, что за мной он следит в социальных сетях (о ужас) и даже мэссенджерах (точно ужас). Почему, ну почему все мои свидания похожи на катастрофу? Ты готовишься к серьезным отношениям, а к тебе приезжает рокер с ирокезом.
Несмотря на это, со мной все хотят пообщаться, даже по телефону. А раньше мне все это было трудно. Иногда я устремляю мысленный взгляд в прошлое.
После травмы в 16 лет я разучилась разговаривать. Помнила, что нужно как-то выговаривать слова, но они застревали в горле и получалось одно мычание.
Я всегда думала, что была в коме две с половиной недели. И буквально вчера поняла, что нет. Под грузовик я угодила 6 февраля, когда шла из школы, когда очнулась - не знаю. За меня очень долго дышал ИВЛ. Более-менее пришла в себя примерно 10 марта.
Когда ты взрослый человек и учишься заново говорить, тебя никто не понимает (вообще никто). Если ты пытаешься что-то промычать, то забываешь слова (они просто не приходят!) и приходится жестикулировать. Еще несколько лет меня никто не понимал.
Это только кажется, что жизнь, начавшаяся после смерти, должна быть непременно счастливой. На самом деле между тем, как меня вынесли из реанимации в Хабаровске и тем, как нейрохирург в подмосковном Видном сказал: «Вы совершенно здоровы», - огромная дорога ошибок.
Мне столько раз хотелось сдаться, получить инвалидность и сесть дома. Меня в то время просто не было, а было непонятное тело.
Зато теперь я безумно люблю жизнь и улыбаюсь всегда-всегда-всегда!
Я всегда радуюсь. Ко мне постоянно подходят знакомиться, особенно часто - когда я иду в спортивный зал ненакрашенная в растянутых штанах. Шрама от трахеостомы на шее почти не видно. А если б было видно - смотрите!..
P.S.
Возможно, все это никому неинтересно и неважно и никто не прочитает, но я хочу рассказывать о любви к жизни и о том, как важно любить ее, несмотря ни на что.