Найти в Дзене

«Защита Лужина» Владимир Набоков

Рубрика "Была такая книжка"
«Защита Лужина» Владимир Набоков.
Роман о шахматисте, о гении, о странном, неловком, глубоко аутичном человеке; впервые роман издавался в 1929-1930 годах в журнале «Современные записки» под псевдонимом Сирин.
«Лужина» у Набокова я прочёл первым; «Приглашение на казнь», «Камера обскура», «Машенька», «Дар» - всё это осваивалось позже, а «Лолита» и вовсе несколько лет спустя и по началу со скрипом. Но, повторюсь, начал с «Лужина». Я лежал в больнице, койка вытянулась у окна, осень стояла, как и положено Московским ближе к ноябрю, серенькая, унылая – всё это хорошо легло на интонацию текста, печальную, болезненную с первых до последних страниц.
Интереснее всего наблюдать за тем, как в Лужине ещё мальчике проявляется гений: как старенький учитель по шахматам, которого сыну нанял отец, в определённый момент (довольно быстро, чуть ли не на пятом уроке… могу ошибаться) понимает, что учить этого мальчика собственно нечему, поскольку тот раз за разом ставит учи

Рубрика "Была такая книжка"

Одно из распространённых изданий
Одно из распространённых изданий


«Защита Лужина» Владимир Набоков.
Роман о шахматисте, о гении, о странном, неловком, глубоко аутичном человеке; впервые роман издавался в 1929-1930 годах в журнале «Современные записки» под псевдонимом Сирин.

«Лужина» у Набокова я прочёл первым; «Приглашение на казнь», «Камера обскура», «Машенька», «Дар» - всё это осваивалось позже, а «Лолита» и вовсе несколько лет спустя и по началу со скрипом. Но, повторюсь, начал с «Лужина». Я лежал в больнице, койка вытянулась у окна, осень стояла, как и положено Московским ближе к ноябрю, серенькая, унылая – всё это хорошо легло на интонацию текста, печальную, болезненную с первых до последних страниц.

В розовых тонах)
В розовых тонах)


Интереснее всего наблюдать за тем, как в Лужине ещё мальчике проявляется гений: как старенький учитель по шахматам, которого сыну нанял отец, в определённый момент (довольно быстро, чуть ли не на пятом уроке… могу ошибаться) понимает, что учить этого мальчика собственно нечему, поскольку тот раз за разом ставит учителю шах и мат. Как это водится почти во всех романах Набокова, главный герой сторонится общества с малых лет, дружбы ни с кем завести не может и не хочет и всем своим существом является поводом для насмешек – но его внутренний мир так глубок, что обидные слова внутрь не долетают. Вскоре, эта глубина настолько поглощает Лужина, что шахматной доской для него становится обычная улица, гуляя по которой, он примеривается – можно ли этим кустом, как пешкой, шагнуть и съесть ту колонну-ладью (помню примерно, но нечто подобное в романе точно было).

Обложка аудиокниги
Обложка аудиокниги

Имя главного героя мы узнаём в самых последних строках, когда сам герой уже погибает. Тогда, в юности, в больничной палате этот ход меня поразил, и вся стилистика Набокова-синестетика поразила так, что означенный список романов я взялся читать следом сразу после «Защиты Лужина». Собственно, это частое явление – влюбиться в прозу Набокова на год другой до умопомрачения, переесть и несколько лет с трудом переваривать, что бы снова открыть какую-то его книгу, уже малоизвестную (например «Соглядатай» или рассказы) и читать уже спокойно, почти холодным умом, отмечая в Набокове не только талант стилиста, но и тонкого психолога.

Приглашаю Вас на мой тг канал о интересном в искусстве: новости, факты, худлит, кино, обложки книг и музыкальных альбомов, истории писателей и иллюстраторов:
https://t.me/parallelcurves

Ряд обложек:

-4
-5
-6