Первоначально мара (мора ) в славянской мифологии – злой дух, воплощение смерти, мора. Позднее мара отчасти утратила связь со смертью, но, судя по некоторым преданиям, сохранила свой вредный характер, способность к оборотничеству. Мара – призрак, видение, дух в облике женщины, появляющийся в доме: «Ходит как мара», «За печкой мара черным-черна», «Мара – как человек. Оставят прялку ночью, так кара придет», «На ровнице мара сидит, волосы свои расчесывает». Обычно мара видится в облике высокой женщины или, напротив, сгорбленной старухи, но почти всегда с длинными распущенными волосами.
На Ярославщине мару представляли красивой девушкой в белом. А по поверьям Олонецкого края, мара «черна», одета в рвань и даже космата: «Детей раньше бабкой да запечной марой пугали, наденут шубу вверх шестью и говорят: „Вот бабка или запечная мара идет"». В некоторых местах мару уподобляют кикиморе домовой: она незримо обитает в избе, чаще всего за печью. В поверьях псковичей марушка, подобно другим духам, проказящим в доме, незаметно похищает вещи.
Существа, подобные маре, есть в фольклоре других народов. Сходны и названия, восходящие, по-видимому, к единому корню. Это мара украинцев, злой дух мора сербо-хорватов, кошмар поляков. Согласно имеющимся материалам, мара русских поверий не столько ночной кошмар, сколько воплощенная судьба, «божество-пряха», вещающее перемены в судьбах обитателей дома, а также губительный призрак для детей.
В южных и юго-западных районах России мареной называли чучело (куклу, дерево, ветку), сжигаемое, разрываемое или потопляемое во время праздника проводов зимы, а также в ночь на Иванов день (7 июля). Такое чучело могло, по-видимому, воплощать уходящий отрезок времени – зиму (смерть), приветствуя весну как божество, связанное с плодородием и растительностью.
Таким образом, сущность мары в поверьях проявляет себя в разных ипостасях. Неизменным остается ее призрачность, влияние на судьбы людей, а также способность появляться только в определенное время. Это может быть ночь или, напротив, полдень, период летнего солнцеворота или созревания хлебов, «переломы» человеческой судьбы. Можно предположить, что мара – это и своеобразная персонификация разных световых состояний мира, универсума в женском облике: она и марево (полдень, полдневный зной), и мрак (ночь, тьма, морок). Собственно в поверьях XIX–XX веков все это составляет не столько определенный образ, сколько комплекс воззрений, который лежит в основе представлений о ряде женских мифологических персонажей (кикимора, удельница, мокуша, белая женщина и т. п.).
Мара в мифологии народов Европы тоже является злым духом, воплощением ночного кошмара (отсюда фр. сauchemar, англ. nightmare – «кошмар»). Она садится ночью на грудь спящего и вызывает удушье. В Средние века мара ассоциировалась с инкубами и суккубами; считалось также, что кошмары насылали ведьмы или дьявол.
Люди всегда не любили и боялись мару. В ее имени слышался отголосок тех самых ужасных слов: «мор», «ужас», «могильный мрак», ее считали темным существом, дряхлым и бесплодным, воплощающим дух смерти. Любящая кровавые жертвы неумолимая мара порой выкашивала целые племена, насылая на них мор. В старину, желая задобрить мару, подавить ее злую силу, перед ее соломенным обличьем совершали своеобразный обряд-оберег. На месте, избранном для игрища, вкапывали срубленное дерево, украшенное лентами и венками, а под него сажали куклу-мару. Перед нею ставили стол с едой и напитками.
Когда в конце концов куклу приносили к реке, с нее срывали все украшения и под всеобщие возгласы «предавали казни», надеясь, что таким образом избавляются от угрозы болезней, кошмаров и даже от смерти.