Заимствования в русском языке и борьба с ними – одна из самых популярных тем для обсуждения среди людей, интересующихся языком, но не имеющих профильного филологического образования. Как и русская акцентуация (система ударений), заимствования – благодатная почва для спекуляций, поэтому выражу свою позицию, присоединившись к очень уважаемым знатокам русской словесности, речь о которых пойдёт ниже.
Я попросил свою аудиторию Вконтакте определить, сколько заимствованных слов в фразе "Марш из кровати в ванную, в магазин за хлебом и гулять с собакой!". 75% опрошенных (88 человек, подавляющее большинство которых имеют высшее образование) решили, что в этой фразе или вовсе нет заимствованной лексики, или всего 3-4 слова пришли из других языков.
На самом деле все слова, кроме союза и предлогов, являются заимствованными. Сейчас коротко расскажу этимологию каждого, опираясь на данные этимологического словаря М. Фасмера.
Марш – заимствованное слово, пришло в русский язык из французского (marche), немецкого (mаrsсh) или польского (marsz). Исходное слово – латинское слово marcus 'молот'.
Кровать появилась ещё в древнерусском языке, именно поэтому сегодня так трудно опознать в ней заимствованное слово. Как и многие другие слова, появившиеся в XI-XIV вв. (скамья, свёкла, икона), кровать пришла из среднегреческого языка (слово κραββάτι(ο)ν буквально означает ложе из дуба).
Ванная, очевидно, появилась из ванной комнаты, а та, в свою очередь, из ванны. А вот уже слово ванна пришло из немецкого wanne посредством польского. Немецкое же слово восходит к латинскому vannus 'миска, таз'.
С магазином всё ещё интереснее. Вы задумывались, почему английский magazine означает 'журнал'? Всё дело в арабском этимоне (так называют исходное слово) mahāzin 'склад'. В английском языке со временем это слово сформировало значение 'склад статей', т.е. 'журнал', а вот у нас осталось складом товаров. Кстати, коробящее ухо правоверного граммар-наци произношение мага́зин соответствует арабскому первоисточнику.
Теперь о хлебе насущном. Кажется, более русского слова не найти.
Самая распространённая версия связывает это слово с готским hlaifs 'кусок хлеба' и древнеанглийским hlaf.
На мой взгляд, самым необычным в моём примере является глагол гулять.
Он не то чтобы заимствованный – скорее, не исконно русский. Образован ещё в праславянском языке (1 тыс. лет до н.э. – VI-VII в. н.э.), поэтому аналоги есть, например, в сербохорватском (гу́лити 'пьянствовать').
В словаре М. Фасмера про него прямо сказано "Трудное слово".
Обычный древнерусский глагол не вызвал бы таких затруднений.
"Куда едет собака крымский царь" – реплика, возмутившая булгаковского Ивана Васильевича Буншу в пьесе "Иван Васильевич". Несмотря на то, что в XVI в., когда правил Иван IV, собака уже была в нашем языке, родом это слово из персидского *sabāka.
До появления заимствования использовалось слово пёс.
К чему я всё это рассказал? К тому, что заимствований в русском языке десятки тысяч. Подчас заимствованными оказываются на вид абсолютно русские слова (см., например, короткую, но шокирующую статью на канале "Восстание редуцированных": https://dzen.ru/a/XTB16uMGLACtdfoB). Мы давно привыкли к ним, а теперь нас пугают новые заимствования, преимущественно англицизмы.
Теперь о политическом регулировании чистоты языка. О том, что людям нужно следить за языком, говорил ещё К.И. Чуковский в своей знаменитой книге "Живой как жизнь". Но не в смысле борьбы с заимствованиями, а в смысле борьбы с канцелярским, мёртвым языком шаблонов и штампов. Вот от этих сорняков следует беречь язык, мысля и говоря живыми, каждый раз заново собираемыми конструкциями. А от всяких хайпов, кейсов 'случаев' и прочего коучинга под прокторингом язык при необходимости избавится сам, как избавился от цирюльника, негоции, инспирации и тысяч других заимствований.
Могущество и величие русского языка К.И. Чуковский, а вслед за ним, к примеру, лингвист М.А. Кронгауз, автор книги "Русский язык на грани нервного срыва", видели в способности языка приспосабливать заимствованные слова так, чтобы в них редкий носитель угадывал их иноязычную природу. Как вам, например, слова пиар, пиарить, распиарить, пропиарить, отпиарить, пропиаренный, распиаренный и под.? Конечно, две гласные подряд в корне намекают на иноземные черты, но явно не на аббревиатуру PR (public relations – связи с общественностью). Наш язык взял чужую аббревиатуру и не только заставил её изменяться по падежам, но и построил целое гнездо однокоренных слов! Это ли не демонстрация могущества?
Радикальные меры языковых пуристов будут снова и снова напоминать усилия А.С. Шишкова, а более мягкие формы воздействия окажут эффект плацебо.
Продолжение темы о заимствованиях из русского языка здесь.